Нелегальная революционная литература для народа 1870-х гг.

Отправ­ля­ясь «в народ», рево­лю­ци­о­неры 1870-х гг. брали с собой пропа­ган­дист­скую лите­ра­туру. Она могла быть легаль­ной — произ­ве­де­ния Н. И. Наумова, Ф. Д. Нефе­дова и других, и неле­галь­ной — сочи­нён­ные самими народ­ни­ками попу­ляр­ные брошюры, в кото­рых соци­а­ли­сти­че­ские и рево­лю­ци­он­ные идеи препод­но­си­лись в доступ­ной для крестьян форме — сказки, прокла­ма­ции, стихи, исто­ри­че­ские и псев­до­ре­ли­ги­оз­ные произ­ве­де­ния. Брошюры изда­ва­лись за грани­цей или неле­галь­ными типо­гра­фи­ями в России (прежде всего, типо­гра­фией «чайков­цев») под безобид­ными облож­ками и назва­ни­ями с вымыш­лен­ными выход­ными данными и помет­кой «дозво­лено цензу­рою». Авто­рами их были Лев Тихо­ми­ров, Сергей Степ­няк-Крав­чин­ский, Леонид Шишко, Васи­лий Берви-Флеров­ский, Алек­сандр Иван­чин-Писа­рев, Сергей Подо­лин­ский и др. Всего в 1872–1877 гг. таких брошюр было напе­ча­тано более двадцати.

Ведя пропа­ганду в деревне, народ­ники, как правило, сами читали брошюры крестья­нам. Неслу­чайно многие из них напи­саны в форме беседы. Само­сто­я­тельно неле­галь­ную лите­ра­туру крестьяне почти не читали: негра­мот­ные, как правило, отда­вали книги детям или пускали их на хозяй­ствен­ные нужды («на цыгарки»), грамот­ные же — либо не читали вовсе, либо, запо­до­зрив «вред­ное» содер­жа­ние, сооб­щали о книгах соот­вет­ству­ю­щему началь­ству.

Неле­галь­ные брошюры, напи­сан­ные народ­ни­ками для веде­ния пропа­ганды, пред­став­ляют боль­шую ценность для пони­ма­ния идео­ло­гии и миро­воз­зре­ния рево­лю­ци­о­не­ров 1870-х гг. В них причуд­ливо пере­пле­лись теории Маркса, Лассаля, Черны­шев­ского, Лаврова, Баку­нина, фольк­лор­ные и христи­ан­ские мотивы, отра­зи­лись пред­став­ле­ния народ­ни­ков о само­дер­жа­вии, капи­та­лизме, рево­лю­ции и прекрас­ном соци­а­ли­сти­че­ском буду­щем.


«Где лучше: Сказка о четырех братьях», Л. А. Тихомиров, 1873 год

Четыре брата — Иван, Степан, Демьян и Лука — с рожде­ния жили в глухом лесу, в мире и согла­сии, не ведая ничего об окру­жа­ю­щем мире. Случайно узнав о суще­ство­ва­нии других людей, они стал­ки­ва­ются с совер­шенно новыми для них поряд­ками и решают разде­литься и отпра­виться на поиски лучшей жизни — на Север, Юг, Запад и Восток. Но везде они стано­вятся свиде­те­лями страш­ных неспра­вед­ли­во­стей по отно­ше­нию к простому чело­веку — чудо­вищ­ной бедно­сти, наси­лия и обмана со стороны мест­ного началь­ства, купцов, духо­вен­ства. Встреч­ные люди объяс­няют братьям основы сложив­ше­гося порядка, один из них даже полу­чает исто­ри­че­ский экскурс о форми­ро­ва­нии крепост­ного права и нагляд­ное пред­став­ле­ние о марк­сист­ской теории приба­воч­ной стои­мо­сти. Всюду братья изум­ля­ются беспра­вию крестьян и пыта­ются поднять их на бунт. В резуль­тате их аресто­вы­вают и приго­ва­ри­вают к каторге. В перво­на­чаль­ном вари­анте Тихо­ми­рова сказка закан­чи­ва­лась мрачно: братья встре­ти­лись на этапе в Сибирь и запла­кали. После прочте­ния «Сказки» «чайков­цами» столь безна­дёж­ный финал было решено заме­нить на концовку, пред­ло­жен­ную П. А. Кропот­ки­ным: братья встре­ча­ются по дороге в Сибирь, но им удаётся бежать, и они отправ­ля­ются обратно пропо­ве­до­вать бунт по всей России:

«С той поры они ходят по русской земле, они будят везде мужи­ков-крестьян, их зовут на крова­вый пир. Они ходят на Юг, на Север, на Восток ходят, на Запад; их никто не знает, не ведает, но всяк слышит гром­кий голос их; и от голоса того мужик обод­ря­ется, поды­мает свою голову опущен­ную, заки­пает в нём кровь ключом, и готов он идти за волю свою, за землю и льготы крестьян­ские. И когда просве­тят они всех крестьян, загу­дит, зашу­мит Русь-матушка, словно море синее зако­лы­шется, и пото­пит волнами могу­чими она всех своих лютых недру­гов».

Читайте полно­стью: Сказка о четы­рёх братьях


«Сказка о копейке», С. М. Степняк-Кравчинский, 1874 год

Глав­ный герой сказки, простой мужик, выка­пы­вает из-под земли медную копейку. Обра­до­ван­ный, он идёт домой, но по пути встре­чает попа и отдает ему своё богат­ство. Далее разво­ра­чи­ва­ется захва­ты­ва­ю­щий рассказ о том, как эта копейка цирку­ли­рует между попом, поме­щи­ком и купцом, пери­о­ди­че­ски возвра­ща­ясь в руки того же мужика. Копейка доста­ется она ему тяже­лей­шим трудом, и каждый раз он вынуж­ден вновь с ней расста­ваться. Мужик безро­потно пере­но­сит свои стра­да­ния, с энту­зи­аз­мом выпол­няет работу, уважи­тельно отно­сится к своим мучи­те­лям. Но одна­жды, в очеред­ной раз полу­чив обратно свою медную копейку, пони­мает, что трудится даром, и отка­зы­ва­ется платить попу и поме­щику. Стано­вому не удается спра­виться с мужи­ком, и против него отправ­ляют целую роту солдат, но и от них мужик убегает в лес.

Заснув, мужик видит сон — картину свет­лого буду­щего без поме­щи­ков, купцов и чинов­ни­ков. Крестьяне совместно обра­ба­ты­вают принад­ле­жа­щую им землю, артели свободно обме­ни­ва­ются продук­тами, все вопросы реша­ются через само­управ­ле­ние. Увиден­ное не укла­ды­ва­ется у мужика в голове. Ему кажется, что без поме­щи­чьего надзора рабо­тать крестьяне будут плохо, а при обмене това­рами люди всё равно будут обма­ны­вать друг друга. Но сопро­вож­да­ю­щий мужика старец разве­и­вает его сомне­ния при помощи притч. И когда мужик полно­стью уверя­ется в спра­вед­ли­во­сти и разум­но­сти поряд­ков прекрас­ного буду­щего, старец благо­слов­ляет его идти пропо­ве­до­вать.

Проснув­шись, мужик впадает в уныние: увиден­ное буду­щее кажется ему невоз­мож­ным. Но тут он видит, как стая малень­ких птичек спаса­ется от ястреба, а табун лоша­дей побеж­дает волка. «Теперь я знаю, что нам нужно мужи­кам делать», — воскли­цает он и отправ­ля­ется в стран­ствие.

«Пойдём же братцы во все стороны вели­кого царства русского и будем гово­рить народу, что настала пора подняться нам против злодеев наших. Пусть каждый, до кого дойдёт голос мой, покля­нётся в сердце своём пропо­ве­до­вать братьям своим всю правду, как апостолы пропо­ве­до­вали. Пусть каждый покля­нётся принять муку и смерть за братьев своих, как прини­мали апостолы!! И тогда всей землей, как один чело­век, подни­мется вся Русь Матушка и ника­кая сила вражья не устоит против нас! Тогда-то наста­нет на земле царство Божие, царство правды и любви, и не будет на ней плача, ни болез­ней, ни скорби, ни стра­да­ний!».

Читайте полно­стью: Сказка о копейке


«Хитрая механика: правдивый рассказ, откуда и куда идут деньги», В. Е. Варзар 1874 год

Брошюра напи­сана как диалог двух рабо­чих, один из кото­рых (Степан) разъ­яс­няет другому (Андрею) «хитрую меха­нику» — устрой­ство бюджетно-нало­го­вой системы в России. На приме­рах из обыден­ной жизни Степан расска­зы­вает о тамо­жен­ных пошли­нах, косвен­ных и прямых нало­гах, подводя своего изум­лён­ного собе­сед­ника к тому, что все налоги в госу­дар­стве так или иначе берутся из крестьян­ского кармана. (Это было попу­ляр­ное изло­же­ние работы Ферди­нанда Лассаля о косвен­ных нало­гах, опуб­ли­ко­ван­ной на русском языке в 1870 году). Но крестья­нину из собран­ных с него же нало­гов ничего не возвра­ща­ется — только мизер­ная сумма на содер­жа­ние народ­ных школ. Все бюджет­ные сред­ства тратятся на армию, дворян, чинов­ни­ков и царя — живу­щего в роскоши «первого поме­щика и фабри­канта». От всех этих расска­зов Андрей прихо­дит в уныние, но Степан его приобод­ряет надеж­дами на пред­сто­я­щую рево­лю­цию.

Прохо­дит неко­то­рое время, за кото­рое Андрей уже сам начи­нает лучше разби­раться в «хитрой меха­нике». Его разго­вор со Степа­ном продол­жа­ется, но посвя­щён он уже другой теме — свер­же­нию суще­ству­ю­щего порядка и образу буду­щего спра­вед­ли­вого строя. Степан убеж­дает скеп­ти­че­ски настро­ен­ного Андрея, что власть слаба и лишена внут­рен­него един­ства, так как постро­ена лишь на воров­стве и мошен­ни­че­стве: «Вся-то их хитрая меха­ника выросла из одного корня: никому не верь; тащи, что сможешь; а совесть — к черту». Един­ствен­ная реаль­ная сила в госу­дар­стве — крестьяне и из них же набран­ное войско. Кроме того, на помощь крестья­нам идёт обра­зо­ван­ная моло­дежь, кото­рая воору­жит их науч­ным знанием. Но Андрей продол­жает сомне­ваться: а что если и при новом порядке опять заве­дется «хитрая меха­ника»? Но Степан уверенно отве­чает, что в борьбе с врагом крестьяне осознают себя братьями, и когда все мучи­тели будут уничто­жены, то ничто не поме­шает им уста­но­вить свой поря­док — брат­ство и правду:

«Надо, чтобы весь люд право­слав­ный жил между собой, что братья родные; чтобы не было твоего али моего, а все было бы общее — брат­ское; чтобы и трудился-то всякий, не так как теперь, только для себя одного, а со всеми сообща, каждый по своей силушке, а брал бы сколько каждому нужно, ни больше, ни меньше. <…> Тогда нечего мне думать о том, как бы с бары­шом для себя свою силу продать <…>. Когда все мы братья, то к черту барыш. А если нет барыша, так никто не нако­пит и богат­ства супро­тив другого. Никто у другого воро­вать не станет. А без воров­ства — ни бари­ном не сдела­ешься, ни кула­ком не будешь, и разле­тится тогда, как дым, всё нынеш­нее зло. Одно слово, коли мы, мужики, уста­но­вим промеж себя брат­ство, то будет правда между нами и не будет той правде конца…».

Читайте полно­стью: Хитрая меха­ника


«Сказка о Мудрице Наумовне» («Сказка-говоруха»), С. М. Степняк-Кравчинский, 1875 год

Глав­ный герой сказки в поис­ках правды встре­чает Любушу (Любовь), кото­рая приво­дит его к своему брату старцу Науму (Разуму). Тот отво­дит героя в волшеб­ный лес с бабоч­ками (книгами). Одна из них — Мудрица Наумовна («Капи­тал» Маркса) пере­но­сит героя на своих крыльях в Лондон. Там перед ним раскры­ва­ются жуткие сцены жизни англий­ских рабо­чих. В ужасе герой пони­мает, что это страш­ное капи­та­ли­сти­че­ское буду­щее ждёт и русский народ. Один из рабо­чих пропа­ган­ди­стов гово­рит глав­ному герою:

«Ужасны муки народа нашего, а о том, до чего дове­дут они вас, даже и поду­мать страшно! Откройте же глаза и взгля­ните на пропасть, перед кото­рой стоите! Вы изба­ви­лись от кабалы поме­щи­чьей, а ждет вас еще худшая кабала — купе­че­ская! Все отни­мут у вас купцы, как у нас отняли. Будут они зама­ри­вать вас на своей прокля­той работе, как нас зама­ри­вают. Поте­ря­ете вы силу и здоро­вье на ней, как мы поте­ряли. Подни­ми­тесь же, пока не поздно, пока купцы не насо­са­лись вашей крови, пока не окрепли они как у нас, потому тогда трудно будет спра­виться с ними».

Рабо­чие соби­ра­ются поднять восста­ние. Хотя собы­тия по-преж­нему проис­хо­дят в Англии, описаны они так, будто это крестьян­ский бунт в русской деревне. Однако ещё до начала восста­ние подав­ляют солда­тами. Друг глав­ного героя рабо­чий Нико­лай поги­бает у него на руках и перед смер­тью заве­щает ему продол­жать борьбу. Опусто­шён­ный герой бредёт по лесу, где снова встре­чает Мудрицу Наумовну, и она пере­но­сит его в Брюс­сель на собра­ние между­на­род­ного союза рабо­чих (имеется в виду III конгресс Интер­на­ци­о­нала 1868 года). Собрав­ши­еся расска­зы­вают о своих бедах и дого­ва­ри­ва­ются отпра­виться подни­мать людей по всему свету против поме­щи­ков, купцов и власти­те­лей:

«Весь тепе­реш­ний поря­док это — ядови­тое дерево. Ветки на нём — это купцы. Ствол — это поме­щики. А корень — это царь. <…> Только тогда истре­бишь ты его, когда с корнем вырвешь его из земли и сожжёшь его до послед­ней веточки и разве­ешь пепел на все четыре стороны».

После собра­ния герой решает вернуться обратно в Россию, так как теперь он знает, что нужно делать.

В конце сказки автор разво­ра­чи­вает перед чита­те­лем образ прекрас­ного буду­щего — «работ­ниц­кий поря­док», при кото­ром работ­ники — сами себе господа, произ­вод­ством владеют всем миром, произ­ве­дён­ное распре­де­ляют поровну, а исполь­зо­ва­ние машин повы­шает произ­во­ди­тель­ность труда, предо­сте­ре­гая от идеи всеоб­щего дележа, кото­рый приве­дёт лишь к возрож­де­нию нынеш­него нера­вен­ства. Автор не оста­нав­ли­ва­ется на эконо­ми­че­ских выго­дах буду­щего порядка, но идёт дальше и описы­вает небы­ва­лый взлёт искус­ства и науки и духов­ное пере­рож­де­ние чело­века:

«Когда ты поплы­вёшь по тече­нию вели­кой реки, то ты увидишь, что чем дальше плывёшь ты, тем она дела­ется всё шире и шире, всё глубже и глубже, пока не впадет нако­нец в беско­неч­ное море.

Таково же и буду­щее царство.

Велико счастье, кото­рое оно даёт через богат­ство. Ещё больше то, кото­рое дадут людям искус­ства, худо­же­ства и науки. Но это только верхо­вья вели­кой реки. Глубоки они, но ничтожна их глубина перед глуби­ной того беско­неч­ного моря, в кото­рое впадает она.

Это море — то счастье, кото­рое даёт чело­веку сам чело­век. Ибо истинно говорю тебе, что придет время, когда сами люди пере­ро­дятся, когда очистятся они от всех поро­ков, кото­рые осквер­няют их теперь, и не будет уже на земле ни лжи, ни обмана, ни обиды, ни наси­лия, ни коры­сти, ни зави­сти, ни злобы, ни вражды! Любовь и правда воца­рятся на ней и царствию их не будет ни предела, ни конца».

Читайте полно­стью: Сказка-гово­руха


«Внушителя словили», А. И. Иванчин-Писарев, 1875 год

В деревне старо­ста ловит народ­ника-пропа­ган­ди­ста («внуши­теля») и соби­ра­ется отве­сти его к стано­вому. Но крестьяне заин­те­ре­со­вы­ва­ются новым чело­ве­ком и угова­ри­вают старо­сту его «допро­сить». «Внуши­тель» объяс­няет крестья­нам, что он учит «правде». А правда заклю­ча­ется в том, что крестья­нин всех кормит и всех одевает, а сам оста­ется ни с чем, а вино­ваты в этом поме­щики, купцы и началь­ство (вплоть до царя), от кото­рых нужно изба­виться. Речи «внуши­теля» быстро нахо­дят отклик у крестьян. Только старо­ста до конца пыта­ется отсто­ять суще­ству­ю­щие порядки, наде­ясь на прави­тель­ство и царя. В итоге крестьяне отби­вают пропа­ган­ди­ста у старо­сты и помо­гают ему бежать. Текст брошюры построен как диалог, имити­ру­ю­щий живую народ­ную речь.

«— Значит, я так пони­маю, ты себе линию взял внушать? — спро­сил Егор.
— Точно.
— То-то: я сам смекаю — поке­лева мужик-от себе в поня­тие не взял… вон старо­ста-то наш — видел? Тоже нескоро сгово­ришь…
— Вестимо, так!.. Вот мы и раски­ну­лись было по разным местам… Хотели…
— Осве­тить?
— Да, да!.. За то и ловят нас, на каторге гноят, в тюрьме мучат…
— Страх их берет!
— Еще бы: не равно как мужик всю правду разню­хает — что тогда? Много ль, мали ли поймет ежели — за дело можно! А заатра­чится, добром не усту­пит и силком вправе… Вам что? Разе по правде господа чем владеют? Разе по правде купец в масле ката­ется, а ты..? Разе хозя­ева да чинов­ники за труды свои… чьи денежки-то они прожи­гают? Все у рабо­чего выбрано!.. А от царя вам ждать, чтоб он… не срами­тесь лучше: царь завсе­гда есть и будет царь барский, купе­че­ский… Самим вам надоть подняться! Сами отни­мите: там все ваше, награб­лен­ное!».


«Из огня да в полымя, или Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!», С. М. Степняк-Кравчинский, 1876 год

В брошюре на основе «Капи­тала» Маркса в соче­та­нии с народ­ни­че­скими воззре­ни­ями разъ­яс­ня­ется сущность гряду­щего в России капи­та­ли­сти­че­ского строя. В 1861 году на смену крепост­ни­че­ству пришёл капи­та­лизм — «нани­ма­тель­ский поря­док». Но долго­ждан­ная свобода оказа­лась обма­ном: из «кабалы палоч­ной» мужик попал в «кабалу голод­ную». Изла­гая теорию приба­воч­ной стои­мо­сти Маркса, Крав­чин­ский пока­зы­вал, что при добро­воль­ном наём­ном труде поме­щик, как и раньше, обкра­ды­вал крестья­нина, заби­рая себе боль­шую часть его труда. В чём-то новый поря­док был даже страш­нее старого. При крепост­ном праве степень эксплу­а­та­ции крестьян зави­села лично от поме­щика. Теперь же все поме­щики стали частью единой системы, кото­рая вынуж­дает их грабить крестьян с каждым годом всё больше и больше:

«Не люди страшны теперь, а самый поря­док. Вот потому-то он и ужас­нее старого. У чело­века есть жалость, есть разум. У целого же порядка нет ни разума, ни жало­сти».

«Нани­ма­тель­ский поря­док» грозит трудо­вому народу России всё увели­чи­ва­ю­щи­мися несча­стьями и обни­ща­нием. Машин­ное произ­вод­ство позво­ляет хозя­е­вам уволь­нять рабо­чих и разо­рять ремес­лен­ни­ков, обра­зуя массу проле­та­ри­ата, гото­вого рабо­тать за предельно низкую плату. Кроме того, Россию ждут страш­ные «торго­вые погромы» — эконо­ми­че­ские кризисы. Описы­вая ужасы жизни рабо­чих Англии, где новый поря­док уже полно­стью востор­же­ство­вал, автор пред­ре­кает русскому народу те же муки. Однако возмож­ность сойти с гибель­ного пути капи­та­ли­сти­че­ского разви­тия для России ещё оста­ется:

«Затем-то и пишу я эту книгу, чтоб пока­зать всем, имею­щим очи: пусть увидят всю страш­ную глубину трясины, в кото­рую уже ступил русский народ и в кото­рой он уже завяз по пояс. Горе, горе тебе, русский народ, если ты не выско­чишь из неё, а заду­ма­ешь перейти на другую сторону! Через нее нет пере­хода. Гибель, гибель неми­ну­чая ждёт тебя впереди!».

Но что же проти­во­по­ста­вить «нани­ма­тель­скому порядку»? Мелкие уступки, кото­рых можно доби­ваться стач­ками, карди­нально не изме­нят ситу­а­цию. Един­ствен­ный путь — бунт и разру­ше­ние всего нынеш­него порядка и уста­нов­ле­ние нового — «работ­ниц­кого», при кото­ром артели рабо­чих будут всем владеть и управ­лять.

Читайте полно­стью: Вот тебе, бабушка, и Юрьев день


Боль­шая коллек­ция элек­трон­ных вари­ан­тов народ­ни­че­ских неле­галь­ных брошюр пред­став­лена на сайте Между­на­род­ного инсти­тута соци­аль­ной исто­рии (Амстер­дам).


Читайте также «Библио­тека народ­ника. Что читали рево­лю­ци­о­неры 1870-х годов»

Поделиться