Десять песен союзников времён Второй мировой войны

Песни Победы оста­нутся навсе­гда в исто­рии музыки, они искренни, сильны словом и прав­дивы. Кто бы их ни писал — поэт, солдат, журна­лист — слова и мело­дии шли от сердца, как и любовь к Родине и семье, жела­ние мира на земле и небе, грусть по погиб­шим. Этих искрен­них чувств нет в мире шоу-биза. «Журавли» вызы­вают слезы даже у подрост­ков, под «Брян­скую улицу» мы пуска­емся в пляс и всей стра­ной поём «День Победы». Это уже точно то, без чего нас невоз­можно пред­ста­вить, ещё труд­нее — понять.

Так много сказано о твор­че­стве совет­ских поэтов, их песни обросли преда­ни­ями и леген­дами, тради­ци­ями и риту­а­лами. А вот много ли вы знаете о том, что же испол­няли на фрон­тах наши союз­ники, парти­заны Польши или, может быть, Китая? Увы, дерзну пред­по­ло­жить, что немного. Поэтому ко Дню Вели­кой Победы мы собрали десять глав­ных песен Анти­гит­ле­ров­ской коали­ции и пред­став­ляем их на ваш стро­гий суд.


«Командант Сава», Югославия

Коро­лев­ство южных славян пало под натис­ком вермахта в 1941 году, но немец­ким солда­там пришлось там непро­сто. Гитлеру пришлось держать на Балка­нах 35 диви­зий (напри­мер, во Фран­ции их было 28), а причина тому — парти­заны под руко­вод­ством блиста­тель­ного това­рища Тито. Они терзали против­ника от Слове­нии до Маке­до­нии, и у них были свои герои.

Один из них — Сава Кова­че­вич, черно­го­рец, коман­дир 3-й диви­зии. Именно они приняли на себя удар врага в ключе­вой битве 1943 года на реке Сутьеске, где парти­заны попали в окру­же­ние. Во главе войска Сава двинулся в атаку, с ротой сопро­вож­де­ния, стре­ляя из пуле­мёта. Отряд сумел прорваться сквозь силы против­ника, но Саву сразила пуля. Его тело прикрыли, чтобы оно не доста­ва­лось врагу. Вместе с героем погибли его отец Благое, брат Янко и племян­ник Драган. Коман­дира нашли только уже через три месяца, опознать удалось по одежде и обуви с примет­ными запла­тами. Песня же напи­сана была уже после войны. Музыку взяли из совет­ской песни о Щорсе, ну а стихи сложили о слав­ном «Коман­дате Саве» уже сами.


¡Ay Carmela!, Испания.

Если Вторая миро­вая война нача­лась в 1939 году, то её крова­вым преди­сло­вием стала граж­дан­ская война в Испа­нии 1936–1939 гг. Здесь силы опро­бо­вали и страны «Оси», и Анти­гит­ле­ров­ской коали­ции. В лоб впер­вые столк­ну­лись фаши­сты и социал-анар­хи­сты. Совет­ский Союз помо­гает соци­а­ли­сти­че­ской респуб­ли­кан­ской армии, однако терпит пора­же­ние. Потом СССР предо­ста­вит убежище многим испан­цам, а сын пред­се­да­теля Компар­тии Испа­нии Рубен Ибарури в 22 года погиб­нет под Сталин­гра­дом.

Вместе с испан­скими солда­тами РККА к нам пришла и глав­ная песня борцов с фашиз­мом — ¡Ay Carmela! Эта песня, по мнению исто­ри­ков, проис­хо­дит из народ­ных напе­вов времён войны с Бона­пар­том, а стихи сочи­нены солда­тами в честь битвы на Эбро — глав­ного сраже­ния Граж­дан­ской войны в Испа­нии, в кото­ром побе­дил Франко. В песне чувству­ется прису­щая испан­ской музыке ритмич­ность и энер­гия, а с другой стороны, грусть и печаль, нервоз­ность — ведь этот бой для многих будет послед­ним.


«Алеет Восток», Китай

Исто­рики пола­гают, что начало миро­вой войны можно пере­дви­нуть на 1932 год — втор­же­ние япон­цев в Китай, созда­ние подкон­троль­ного Мань­чжоу-Го. Китай­ские комму­ни­сты под руко­вод­ством Мао Цзэдуна ведут упор­ную борьбу с китай­ским прави­тель­ством Чан Кайши и с Токио. Мао пришлось пройти непро­стой путь в партий­ной борьбе внутри комму­ни­сти­че­ской партии Китая, чтобы уничто­жить против­ни­ков, на кото­рых тогда делала ставку Москва.

В 1938 году Мао стано­вится первым чело­ве­ком в компар­тии Китая, начи­нает форми­ро­ваться культ лично­сти, Сталин благо­слов­ляет его на войну с япон­скими солда­тами. Все отныне штуди­руют труды Мао, дискус­сии запре­ща­ются, а партап­па­рат попа­дает под его контро­лем от мала до велика. Тогда же и рожда­ется компо­зи­ция «Алеет Восток», объявив­шая Мао первым чело­ве­ком и призы­вав­шая на борьбу с япон­цами.

Вы будете смеяться, но музыка песни — это народ­ная шуточ­ная песня о кунжут­ном масле провин­ции Шэньси:

«Кунжут­ное масло, капуст­ная коче­рыжка,
Ешь с коро­вьими бобами —
и нака­ча­ешь мускулы о-го-го!».

Под «Алеет Восток» отряды комму­ни­стов сокру­шили капи­та­ли­стов Гоминь­дана, изгнали япон­цев, но в тексте оста­лось упоми­на­ние о капуст­ной коче­рыжке. В 1943 году на эту же мело­дию были напи­саны другие слова, уже прослав­ля­ю­щие лидера. Вот так — от коче­рыжки до Корм­чего.

В СССР китай­ские студенты любили испол­нять эту песню, и в Ленин­граде в 1960-х годах был изве­стен такой вари­ант текста:

«Алеет восток
Мага­зин неда­лёк
Пойдём в мага­зин
На троих сооб­ра­зим»

Во времена куль­тур­ной рево­лю­ции песню «Алеет Восток» в обяза­тель­ном порядке пели ученики перед первым уроком. В горо­дах и дерев­нях стояли репро­дук­торы, через кото­рые компо­зи­ция испол­ня­лась дважды в день. Песня до сих пор отби­ва­ется часами на Пекин­ском вокзале каждый час.


«Расшумелись плачущие вербы», Польша

Армия Край­ова — те поль­ские парти­заны, что были против комму­ни­стов и немцев, свой глав­ный марш поза­им­ство­вали у русских собра­тьев. Прослу­шав первые ноты, вы поймёте, что это «Проща­ние славянки». Так уж вышло, что простой школь­ный учитель Роман Шлен­зак напи­сал на свой люби­мый марш стихи «Rozszumiały się brzozy placzące» — «Расшу­ме­лись плачу­щие берёзы».

В годы окку­па­ции Шлен­зак подпольно препо­да­вал и помо­гал борцам с немцами. Около 1943 года солдат Край­о­вой изме­нил текст песни, после чего она превра­ти­лась в «Rozszumiały się wierzby placzące» и полу­чила широ­кую попу­ляр­ность среди поль­ских парти­зан. Её разу­чили и дружно пели по всем фрон­там. Вот так вот. Ну как-никак при царе мы были с поля­ками в одной стране, где в 1912 году и напи­сали «Славянку», почему бы и не взять её себе?


«This Is The Army, Mr. Jones», США

Голли­вуд в 1940-е гг. уже «фабрика грёз», кото­рая не могла не поддер­жать солдат, улетав­ших из родных краев в далё­кую Европу сражаться с немцами или же ушед­ших на войну против япон­цев. В честь этого в 1943 году был снят фильм «Это армия», «This Is the Army». Сюжет его такой: бывший танцор Джерри Джонс, инва­лид Первой миро­вой, орга­ни­зует показ концерта армей­ской само­де­я­тель­но­сти Yip Yip Yaphank на Брод­вее. Но из-за ране­ния отца показ прихо­дится прово­дить его сыну. Конечно, он влюб­лён и обяза­тельно поко­рит сердце дамы. Всё это сопро­вож­да­ется песнями, пляс­ками и, конечно, уверен­но­стью в победе.

В разгар войны амери­канцы сняли фильм, где весело и задорно пока­зали мощь США, духа солдат и офице­ров. Заглав­ной песней и стала «This Is The Army, Mr. Jones». В ней расска­зы­ва­ется о том, что в армии строго и нет отдель­ных комнат, а домра­бот­ница не прибе­рётся в казарме, зато солдаты станут мужчи­нами.


«The White Cliffs of Dover», Великобритания

Белые скалы Дувра — ключ к Англии, непри­ступ­ная крепость, что оборо­няет страну во все времена. Именно они пред­стают перед нами в послед­них кадрах фильма «Дюнкерк» как надежда на защиту. Вели­ко­бри­та­ния борется с врагом в воде, на суше Эль-Аламейна и воздухе. Лётчики приняли глав­ный удар в «битве за Англию», столк­нув­шись с асами люфтваффе. Они каза­лись спаси­те­лями нации. Премьер Черчилль не уста­вал жать им руки и вручать ордена.

Стоит ли удив­ляться тому, что именно о них тогда сложили песни. В ноябре 1941 года, когда стало ясно, что вермахт надолго застрял в СССР, впер­вые прозву­чала песня «Будут лазур­ные птицы над белыми скалами Дувра», «There’ll be Bluebirds over the White Cliffs of Dover», впослед­ствии извест­ная как «Белые скалы Дувра» в испол­не­нии Веры Линн.

Пара­докс, лазур­ные птицы из песни, они же сиалии, не живут в Европе, не летают над Дувром, но текст, поло­жен­ный на мело­дию британца Уолтера Кента (Walter Kent), был слиш­ком красив. Эта глав­ная песня радио Англии всей войны. В ней есть надежда и любовь к солда­там, а что ещё нужно?


«Песнь партизан», Франция

Фран­ция пала от ударов Рейха за три недели, создан мари­о­не­точ­ный режим Виши. Шутки о трусо­сти фран­цу­зов попу­лярны до сих пор. Но те, кто остался верен своей стране, боро­лись в подпо­лье или в Лондоне. Де Голль на волнах британ­ской ВВС призы­вал бороться на суше и на море, а русская пари­жанка — Анн Марли (Анна Бету­лин­ская) хотела помочь своей уже родной Фран­ции (она уехала когда ей не было и года из России). «Вице-мисс зару­беж­ной России» Марли хорошо пела и танце­вала, на родном ей русском она сочи­нила призыв к борьбе.

В 1943 году видный деятель Сопро­тив­ле­ния де Ла Вижери услы­шал клич пари­жанки из России и вдох­но­вился. Сразу же Жозеф Кессель и его племян­ник Мориса Дрюон там же в Англии напи­сали текст на фран­цуз­ском. «Песня парти­зан» поко­рила всех по обе стороны Ла-Манша, её распе­вали и на митин­гах, и идя в атаку. Песня достигла такой попу­ляр­но­сти, что по окон­ча­нии войны её пред­ла­гали сделать наци­о­наль­ным гимном Фран­ции. Восхи­щён­ный Шарль де Голль после скажет ей: «Свой талант Вы превра­тили в оружие для Фран­ции». Вот он, русский вклад во фран­цуз­ский шансон!


«Comin’ in on a Wing and a Prayer», США

Глав­ный хит США времён войны. Модный тогда фокс­трот был напи­сан о реаль­ном собы­тии. В основе сюжета — действия британ­ских и амери­кан­ских бомбар­ди­ров­щи­ков, опера­ция «Гоморра» 1943 года, ковро­вые бомбар­ди­ровки Гамбурга и иных горо­дов рейха. Один из само­лё­тов якобы не вернулся с вылета, но неожи­данно выхо­дит на связь со своими и докла­ды­вает: «Разбом­били фаши­стов, но летим на одном крыле». И конечно — хэппи энд — они доле­тели.

Возможно, речь о бое 26 февраля 1943 года, когда бомбар­ди­ров­щик B-17, пило­ти­ру­е­мый Хью Г. Ашкраф­том-млад­шим, был сильно повре­ждён и доле­тел до базы в Англии. Когда они подле­тели, пилот по радио заявил «Те, кто хочет, пожа­луй­ста, моли­тесь», «Those who want to, please pray). Чудом Ашкрафт призем­лился. Новость об успеш­ном спасе­нии пилота и экипаже, кото­рый «помо­лился» своему само­лёту, стала известна в его родном штате Север­ная Каро­лина и в других местах.

В 1943–1944 гг. эта песня лидер чартов США. Потом её со своим оркест­ром запи­шет и Утёсов в СССР «Мы летим, ковы­ляя во мгле». По сути будет пере­вод песни, за исклю­че­нием строк:

«Бак пробит, хвост горит, но машина летит
На чест­ном слове и на одном крыле».

Леонид и его дочь Эдит:

Ориги­наль­ный текст:

«Comin’ in on a wing and a prayer
With our one motor gone
We can still carry on
Comin’ in on a wing and a prayer»


«Лили Марлен», Европа

Глав­ная воен­ная лирика Европы 1930–1940-х гг. Вот уж точно война войной, а музыке границы не писаны даже на Второй миро­вой. Немец­кую песню о любви солдата Первой миро­вой распе­вали на фронте не только на родине в Герма­нии, но в Англии, Фран­ции, Польше, Швеции. Вот уж правда — если песня с душой, уже и нет мысли, чья она, нацист­ская или наша.

Ханс Ляйп, простой рабо­тяга из порта Гамбурга, любил писать стихи, за что полу­чал от папы. В 1915 году, полный роман­ти­че­ских настро­е­ний, он пошёл на фронт. Стоя на Восточ­ном вокзале Берлина, он напи­сал песню о Лили Марлен. Это такая «Прекрас­ная дама» — в ней было немного от дочери бака­лей­щика Лили и медсестры Марлен, кото­рых он любил когда-то. И вот, он едет на фронт, может не вернётся и поёт своей Лили — мы встре­тимся снова у нашего фонаря, только жди меня.

Und sollte mir ein Leid gescheh’n 
Wer wird bei der Laterne stehen
Mit dir Lili Marleen? 

И если со мной приклю­чится беда,
Кто будет стоять у фонаря
С тобой, Лили Марлен?

В 1937 году Ляйп издал стихи, они понра­ви­лись компо­зи­тору Шульце, кото­рый исполь­зо­вал мело­дию для одной реклам­ной пластинки. И вот вроде бы… но песня никому не понра­ви­лась, пластинки не прода­лись. Нача­лась война, и одну из таких пласти­нок начали крутить на радио, рабо­тав­шее на армию Роммеля в Африке. Вскоре рейхс­ми­ни­стер­ство пропа­ганды её запре­тило как упад­ни­че­скую, мол как это, груст­ная песня в разгар войны. Но солдаты, да и сам Роммель, начали упра­ши­вать вернуть мело­дию, так согре­вав­шую их души. В 1942 году «Лили Марлен» глав­ная песня вермахта, каждый полк досо­чи­нял свои куплеты и распе­вал их на привале.

Самое удиви­тель­ное, что «Лили» пели и в Париже в кабаре, а англи­чане, воевав­шие там же в Африке, приду­мали версию на англий­ском. То же сделали и амери­канцы, и финны, и шведы, и поляки. Упрёки коман­ди­ров, что нельзя петь враже­ские напевы, не рабо­тали. Эфир ВВС и амери­кан­ских стан­ций обры­вали, зака­зы­вая «Марлен» ещё раз. Многие начнут считать это омма­жем Марлен Дитрих. ВВС даже сочи­нит «Ответ Лили Марлен Хансу», где та поёт люби­мому: «Повесь Гитлера на этом нашем фонаре, и тогда всё нала­дится».

Супер­хит в эпоху войны и винила. Эту песню пере­вели на 50 языков, а Иосиф Брод­ский сочи­нил свою версию «Лили». Дуайт Эйзен­хауэр гово­рил, что «Ханс Ляйп — един­ствен­ный немец, доста­вив­ший в годы Второй миро­вой войны радость всему чело­ве­че­ству».


«Белла чао», Италия

Ещё один супер­хит — его пели Маго­маев, Сука­чев, Горан Брего­вич, Ив Монтан, Ману Чао. Песня, овеян­ная леген­дами.

Легенда первая — это гимн движе­ния Гари­бальди и Рисор­джи­менто XIX века. Увы, нет ника­ких доку­мен­таль­ных дока­за­тельств.

Легенда вторая — это одес­ская песенка «Мешо­чек угля», попу­ляр­ная в Нью-Йорке среди наших в 1920-е гг. благо­даря Мишке Цыга­нову. Этому тоже нет убеди­тель­ных подтвер­жде­ний, так как нет запи­сей.

Легенда третья — это песня работ­ниц рисо­вых план­та­ций из долины По. Но этот миф разве­яла пресса самой Италии.

Допод­линно известно, что песня итальян­ских парти­зан роди­лась в реги­оне Эмилия-Рома­ния в 1941–1943 годах. Напи­сал её полко­вой врач. Скорее всего, мело­дия парти­зан­ского напева наве­яна народ­ной песней «E picchia picchia la porticella», попу­ляр­ной там. Версия о народ­ном истоке кажется самой верной. В 1947 году песню полю­била Европа, когда вете­раны начали петь её на фести­вале в Праге. В СССР её привез Муслим Маго­маев, учив­шийся пению в Италии.

Непод­ра­жа­е­мый Маго­маев!


Читайте также рассказ о совет­ских солда­тах в Берлине 1945 года «„Всё Будет Хорошо“ Генна­дия Андре­ева»

Поделиться