Русская Православная Церковь в Америке

VATNIKSTAN продол­жает знако­мить с инте­рес­ными публи­ка­ци­ями из пери­о­ди­че­ской печати прошлого, связан­ными с Русским зару­бе­жьем и исто­рией церкви. На этот раз пред­ла­гаем озна­ко­миться с найден­ной Андреем Диченко в журнале «Америка» за 1991 год (№ 3) статьёй. Очерк Роберта Л. Тейлора повест­вует об исто­рии и особен­но­стях церков­ного устрой­ства право­сла­вия в США. 


Русская Право­слав­ная Церковь пришла в Америку с запада, с прибы­тием мисси­о­не­ров, прие­хав­ших в 1790-х годах просве­щать корен­ных жи­телей Аляски. Позже она прибыла с востока с по­токами имми­гран­тов из Европы и России, нахлы­нувших в Соеди­нен­ные Штаты в тече­ние второй поло­вины XIX века и пер­вой поло­вине XX века.

Исто­рия Право­слав­ной Церкви в Америке была слож­ной и иногда даже бурной.

В сере­дине XVI века Россия стала продви­гаться на восток через Сибирь. К 1640 году, всего лишь через 60 лет после похода Ермака за Урал, русские земле­про­ходцы достигли Охот­ского моря. Вскоре после­до­вало засе­ле­ние но­вых краев русскими посе­лен­цами и орга­ни­за­ция адми­ни­стра­тив­ного управ­ле­ния. В 1741 году, следуя указу из Санкт-Петер­бурга, Витус Беринг и Алек­сей Чири­ков отплыли на двух кораб­лях в Тихий океан. Они верну­лись с изве­стием о новой земле, назы­ва­е­мой Аляска. Кроме того, Беринг привез несколько шкурок калана, или морской выдры, кото­рые вскоре стали считаться самым ценным мехом.

Нача­лось движе­ние в Америку через Алеут­ские острова. Однако русские охот­ники обна­ружили, что им нужна помощь мест­ных алеутов и индей­цев, умев­ших из своих каяков вылавли­вать быст­рых и ловких кала­нов. Живя с алеута­ми, русские начали обра­щать их в право­слав­ную веру. Один промыш­лен­ник, по имени Григо­рий Ивано­вич Шели­хов, прибыл на остров Кадьяк в 1784 году и прожил там два года, в тече­ние кото­рых он, будучи миря­ни­ном, крестил 40 че­ловек в право­слав­ную веру.

Препо­доб­ный Герман, один из первых мисси­о­не­ров Аляски, прожив­ший там с 1794 года до своей смерти в 1837 году.

Вернув­шись в Россию, Шели­хов пере­го­во­рил с церков­ными и граж­дан­скими властями о воз­можности напра­вить мисси­о­не­ров в Русскую Аме­рику. В 1793 году Импе­ра­трица Екате­рина II пред­ло­жила Митро­по­литу Петер­бург­скому и Ладож­скому Гаври­илу найти жела­ю­щих мис­сионеров. В декабре 1783 года восемь мона­хов Вала­ам­ского мона­стыря отпра­ви­лись из Петер­бурга на восток в Америку. Их долгое путе­шествие через весь конти­нент закон­чи­лось корот­ким плава­нием на корабле к острову Кадьяку. Они прибыли туда в сентябре 1794 года, пробыв в пути почти 300 дней и покрыв рассто­я­ние около 12 000 кило­мет­ров.

Через два месяца они осно­вали на острове церковь Воскре­се­ния Христова и присту­пили к постройке храма. Окон­ченный в 1796 году, он стал первым право­слав­ным храмом в Америке. Самым извест­ным из вала­ам­ских мона­хов был старец Герман, кото­рый остался в Америке до са­мой смерти в 1837 году. В 1970 году он был канони­зирован как первый право­славный святой в Америке.

Русские стали продвигать­ся вдоль побе­ре­жья на юг и осно­вали посе­ле­ние Крепость Росс (Форт- Росс) примерно в 130 км к северу от Сан-Фран­­циско. В 1812 году там была постро­ена часовня в честь Св. Елены. Произ­ве­ден­ный в 1819 году подсчет насе­ле­ния Русской Америки от Аляски до Ка­лифорнии уста­но­вил, что там прожи­вали 391 русский, 244 креола (детей русских отцов и ту­земных мате­рей) и 8385 тузем­цев. Другой ранний мисси­о­нер, священ­ник Иоанн Вени­а­ми­нов, прибыл на остров Уналашка в 1824 году. В тече­ние первого года он устроил там церковь, школу и метео­рологическую стан­цию. Он своими руками вы­строил церковь и дом для себя, попутно обучая алеутов плот­ниц­кому, столяр­ному, кузнеч­ному делу, обжи­га­нию и кладке кирпича. Он быстро овла­дел наре­чием живших на острове алеутов, изоб­рел для него азбуку, соста­вил грам­ма­тику и словарь, напи­сал букварь для употреб­ле­ния в своей школе и пере­вел на алеут­ский язык русский право­слав­ный кате­хи­зис, а также литур­гию и часть Священ­ного Писа­ния.

Храм Воскре­се­ния Господня на острове Уналашка

Отец Иоанн Вени­а­ми­нов поки­нул Уналашку в конце 1834 года и пере­ехал в горо­док Ново­ар­хан­гельск (позже назван­ный Ситкой), где он провёл следу­ю­щие четыре года. Он снова занялся изуче­нием языка мест­ных жите­лей — индей­цев тлин­ки­тов и вскоре открыл школу.

Со време­нем он принял мона­ше­ское имя Инно­кентия и стал Еписко­пом Камчат­ским и Куриль­­ско-Алеут­ским. Впослед­ствии он был возве­ден в сан архи­епи­скопа, а затем стал Митро­по­ли­том Москов­ским и Коло­мен­ским.

Русские право­слав­ные мисси­о­неры широко распро­стра­нили свою веру на новой терри­то­рии. В 1860 году госу­дар­ствен­ный реви­зор насчи­тал 12 000 тузем­цев, состо­яв­ших членами Право­слав­ной Церкви на Аляске. Они про­живали в 43 насе­лён­ных пунк­тах, имев­ших 35 часо­вен, девять церк­вей (две в Ситке), 17 школ и несколько приютов для сирот.

В 1867 году Россия продала Аляску правитель­ству Соеди­нен­ных Штатов за 7 200 000 долла­ров. Сооб­ра­зу­ясь с новым поло­же­нием, Синод Русской Право­слав­ной Церкви создал Аляс­кин­ско-Алеут­скую епар­хию, кото­рой вверя­лось попе­че­ние о всех членах Церкви в Америке.

Святи­тель Инно­кен­тий, изучав­ший в сере­дине XIX века языки корен­ного насе­ле­ния Аляски и став­ший впослед­ствии Митро­политом Москов­ским

В 1872 году Епископ Иоанн Митро­поль­ский пе­ренёс свою кафедру из Ситки в Сан-Фран­циско. В то время Кали­фор­ния, насе­ле­ние кото­рой всё время увели­чи­ва­лось, бурно разви­ва­лась, а Аляска, где морская выдра была почти истреб­лена, пере­жи­вала упадок. Между тем, право­слав­ные приходы стали возни­кать в разных горо­дах Америки: Порт­ленде (Орегон), Галь­ве­стоне (Техас), Новом Орле­ане (Луизи­ана), Чикаго и Нью-Йорке.

Эти приходы обра­ща­лись к Аляс­кин­ско-Алеут­ской епар­хии за духов­ным и адми­ни­стра­тив­ным руко­вод­ством. Многие из этих прихо­дов состоя­ли из лиц разных наци­о­наль­но­стей, кото­рых связы­вала общая вера. Церковь в Сан-Фран­ци­­ско назы­ва­лась Греко-русско-славян­ская право­славная церковь; приход в Порт­ленде состоял глав­ным обра­зом из греков и сирий­цев; церковь в Галь­ве­стоне обслу­жи­вала греков, сирий­цев, сербов и русских. Свято-Троиц­кая греко-русская церковь в Нью-Йорке отме­чала амери­кан­ские, грече­ские и русские празд­ники.

В конце 1870-х годов в Америку стало при­бывать много эмигран­тов из Карпат­ской обла­сти Австро-Венгрии. Поскольку эта область раньше была частью России, предки большин­ства этих людей были право­слав­ными. Однако, когда эти земли отошли к Австро-Венгрии, стране като­ли­че­ской, жители подверг­лись на­сильственному присо­еди­не­нию к Като­ли­че­ской Церкви и стали назы­ваться униа­тами. Им всё же было разре­шено сохра­нить неко­то­рые эле­менты преж­ней веры, вклю­чая право­слав­ное бого­слу­же­ние и жена­тое духо­вен­ство, что в Като­ли­че­ской Церкви не допус­ка­ется.

Неко­то­рые из этих имми­гран­тов посе­ли­лись в Нью-Йорке и других порто­вых горо­дах, но многие отпра­ви­лись в Пенсиль­ва­нию, находя себе работу в уголь­ных шахтах и на стале­литейных заво­дах. На родине церковь всегда была центром жизни этих людей, но сейчас у них не было священ­ни­ков. Они попро­бо­вали посе­щать поль­ские и словац­кие като­ли­че­ские церкви, где бого­слу­же­ние шло по-латыни, но такая альтер­на­тива их не удовле­тво­ряла. Они хотели иметь собствен­ные церкви, чтобы иметь возмож­ность молиться Богу так, как они при­выкли, и чтобы чувство­вать почву под ногами в этой новой и чуждой для них стране.

В 1884 году несколько униат­ских шахте­ров из Шенан­доа, Пенсиль­ва­ния, обра­ти­лись к Ми­трополиту Гали­ции с прось­бой прислать им священ­ника. Когда отец Иоанн Волан­ский прибыл в декабре того же года, униат­ская община встре­тила его с энту­зи­аз­мом. Но преобладаю­щее като­ли­че­ское насе­ле­ние отнес­лось к нему с откры­той враж­деб­но­стью, не желая или будучи не в состо­я­нии принять жена­того священ­ника.

О. Волан­ский отпра­вился в Фила­дель­фию пред­ставиться като­ли­че­скому архи­епи­скопу, но тот отка­зался его принять, сказав, что священ­ник не может быть жена­тым и оста­ваться католи­ком. Затем епар­хия разо­слала сооб­ще­ние всем своим прихо­дам, что о. Волан­ский должен счи­таться отлу­чен­ным от Церкви. Като­ли­че­ская иерар­хия даже зашла так далеко, что официаль­но просила Рим запре­тить униат­ским священ­никам приез­жать в Америку, что, однако, не было испол­нено. О. Волан­ский решил начать постройку храма в Шенан­доа, не имея на это благо­сло­ве­ния от духов­ных властей. Его примеру после­до­вали и другие униат­ские священ­ники, прие­хав­шие после него в Пенсиль­ва­нию, Нью-Джерси и Минне­соту.

В 1889 году в Миннеа­по­лис (Минне­сота) при­был словац­кий священ­ник-униат по имени о. Алек­сей Тот. Ему удалось полу­чить аудиен­цию у като­ли­че­ского духов­ного началь­ства, но архи­епи­скоп гневно отка­зался разре­шить вдов­цу о. Тоту служить в Миннеа­по­лисе. «Тогда я принял реше­ние, — гово­рит о. Тот, вспо­ми­ная об этих собы­тиях, — сделать то, что я давно уже вына­ши­вал в своем сердце, чего жаждала моя душа: стать право­слав­ным».

В марте 1891 года о. Тот со своим прихо­дом, насчи­ты­ва­ю­щим около 360 имми­гран­тов, был формально принят еписко­пом Сан-Фран­цис­ским в русскую право­слав­ную Аляс­кин­ско-Алеут­скую епар­хию. Синод Русской Право­слав­ной Церкви одоб­рил этот шаг в июле 1892 года. В скором времени многие другие униат­ские священ­ники и приходы после­до­вали примеру о. Тота. Впослед­ствии свыше 90 000 униа­тов в Америке вос­соединились с Право­слав­ной Церко­вью.

Пока проис­хо­дило это воссо­еди­не­ние, другие приходы раска­лы­ва­лись по наци­о­наль­ной и этни­че­ской линии. В 1890-х годах в Сан-Фран­циско прибыло боль­шое число гре­ческих имми­гран­тов. Вскоре они обра­зо­вали в мест­ном приходе особое объеди­не­ние греков, а после 1900 года вышли из прихода и осно­вали свой собствен­ный. В 1905 году в епар­хии была учре­ждена отдель­ная серб­ская миссия, а в 1908 году — отдель­ная миссия для албан­цев. В тече­ние всех этих лет амери­кан­ское цер­ковное руко­вод­ство отно­си­лось к националь­ным разли­чиям с пони­ма­нием. В своем отчете в Москву в 1905 году Архи­епи­скоп Тихон (буду­щий Патри­арх Москов­ский и Всея Руси) писал, что паства Северо-Амери­кан­ской епар­хии «со­стоит из веру­ю­щих, принад­ле­жа­щих не только к разным наци­о­наль­но­стям, но даже к разным помест­ным Право­слав­ным Церк­вам, кото­рые, будучи единой веры, имеют свои особен­но­сти , кано­ни­че­ского порядка, бого­слу­же­ния и при­ходской жизни. Эти особен­но­сти им дороги и вполне прием­лемы с обще­пра­во­слав­ной точки зрения. Поэтому мы не считаем себя вправе вмеши­ваться в наци­о­наль­ный харак­тер помест­ных церк­вей в этой стране, а наобо­рот, ста­раемся сохра­нять его, давая каждой церкви возмож­ность непо­сред­ственно управ­ляться духов­ным возглав­ле­нием той же наци­о­наль­но­сти». Однако неко­то­рые члены Церкви не были удовле­тво­рены этими стара­ни­ями. В 1913 году с деся­ток серб­ских прихо­дов провели конвен­цию, на кото­рой поста­но­вили просить о выходе из юрис­дик­ции русского право­слав­ного епископа и посту­пить в веде­ние Серб­ской Право­слав­ной Церкви. Начало Первой миро­вой войны времен­но отло­жило это дело, но неспо­кой­ное настрое­ние нерус­ских этни­че­ских групп стало очевидно.

Святи­тель Тихон, возглав­ляв­ший Аляс­кин­ско-Алеут­скую епар­хию (1898— 1907) и затем став­ший Патри­ар­хом Москов­ским и Всея Руси (1917— 1925). Вверху: храм Возне­се­ния Господня на острове Уналашка

В начале XX века в жизни Церкви произо­шло несколько важных собы­тий.

В 1900 году в соот­вет­ствии с новым положе­нием вещей было изме­нено назва­ние епар­хии.

Она стала Алеут­ской и Северо-Амери­кан­ской епар­хией, а епар­хи­аль­ное управ­ле­ние стало уже не Аляс­кин­ским, а Севе­ро­аме­ри­кан­ским. Нача­лась постройка двух собо­ров — Свято-Нико­ла­ев­ского в Нью-Йорке, закон­чен­ного в 1902 году, и Свято-Троиц­кого в Чикаго, закон­ченного в 1903 году. Было уста­нов­лено два вика­ри­ата: один для Аляски в 1903 году, а другой для Бруклина в 1904 году с назна­че­нием окорм­лять сирий­ские приходы. Кафедра самой епар­хии была перене­сена в 1905 году из Сан-Фран­циско в Нью-Йорк, а в 1907 году церков­ный Собор поста­но­вил, что Церковь в Америке будет назы­ваться «Русской Право­слав­ной Греко-Кафо­ли­че­ской», обни­мая все наци­о­наль­но­сти и языки.

С каждым годом возрас­тали труд­но­сти управ­ления громад­ной, распро­стер­шейся на целый конти­нент епар­хией, вклю­чав­шей много наци­о­наль­но­стей и ответ­ствен­ной перед нахо­дя­щимся в дале­кой России Сино­дом. В своем отчете Синоду в 1916 году Архи­епи­скоп Евдо­ким (Архи­епи­скоп Тихон был отозван в Россию) повто­рил реко­мен­да­цию своего предшественни­ка о даро­ва­нии Русской Право­слав­ной Церкви в Америке боль­шей авто­но­мии. Кроме того, нужны были деньги. Амери­кан­ская епар­хия просила у Матери-Церкви 1 000 000 долла­ров, Синод ассиг­но­вал лишь 550 000.

Вскоре после­до­вал ещё более круп­ный кризис: в 1917 году в России произо­шла рево­лю­ция. Непо­сред­ствен­ными резуль­та­тами этого кризи­са были поли­ти­че­ский раскол, поскольку неко­торые священ­ники в Америке восполь­зо­ва­лись случаем, чтобы восстать против церков­ной иерар­хии, и эконо­ми­че­ский хаос, так как вся­кая поддержка из России для Церкви в Америке была прервана. Амери­кан­ские приходы поняли, что им придется самим себя содер­жать, что оказа­лось непо­мерно тяже­лой зада­чей во время после­до­вав­ших эконо­ми­че­ских затруд­не­ний во время Вели­кой депрес­сии 30-х годов.

Ввиду того что поло­же­ние ухуд­ша­лось и связь с церков­ной адми­ни­стра­цией в Москве стано­вилась затруд­ни­тель­ной и даже невоз­мож­ной, в марте 1924 года в Детройте собрался Собор церков­ных руко­во­ди­те­лей в Америке. Они при­няли реше­ние объявить русскую право­слав­ную епар­хию в Америке «временно самоуправляю­щейся Церко­вью, назы­ва­е­мой Амери­кан­ской Митро­по­лией и руко­во­ди­мой своим выбран­ным главой архи­епи­ско­пом совместно с Собо­ром еписко­пов… и пери­о­ди­че­скими Собо­рами всей Амери­кан­ской Церкви». Отчуж­де­нию между Моск­вой и Амери­кой суждено было продлиться многие годы.

Между тем на Юге России, нахо­див­шемся в то время в руках Белой армии, собра­лось свыше 30 право­слав­ных еписко­пов. Также не имея связи с Сино­дом в Москве, они орга­ни­зо­вали Высшее Церков­ное Управ­ле­ние, возглав­лен­ное Митро­по­ли­том Киев­ским и Га­лицким Анто­нием Храпо­виц­ким. В ноябре 1920 года, с паде­нием Юга России, они эваку­и­ро­ва­лись в Констан­ти­но­поль с 200-тысяч­ной паст­вой. В 1921 году по пригла­ше­нию серб­ского Патри­арха Димит­рия они пере­ехали в Югосла­вию, где в Срем­ских Карлов­цах со­стоялся первый Собор еписко­пов Русской Пра­вославной Церкви Загра­ни­цей. Отча­сти в резуль­тате после­до­вав­шего за рус­ской рево­лю­цией беспо­рядка един­ство право­славных Церк­вей в Америке стало всё больше разру­шаться. В тече­ние 20—30-х годов Констан­тинопольская, Антио­хий­ская, Серб­ская, Болгар­ская, Румын­ская и Албан­ская Право­слав­ные Церкви уста­но­вили «юрис­дик­ции» для паствы своей наци­о­наль­но­сти в Америке. В 1922 году греки отошли окон­ча­тельно и осно­вали собствен­ную епар­хию — Грече­скую Право­слав­ную Архи­епи­ско­пию Север­ной и Южной Америки.

За ними после­до­вали сербы, албанцы, карпа­то­россы, укра­инцы, болгары и румыны. Эти епар­хии суще­ствуют и по сей день. Однако в статье, напе­ча­тан­ной в 1927 году в «Право­слав­ном Кафо­ли­че­ском Вест­нике», Архи­епи­скоп Евфи­мий Бруклин­ский указал путь к едине­нию, кото­рого он наде­ялся достиг­нуть в буду­щем: «Сего­дня более поло­вины право­славных в Америке — дети право­слав­ных им­мигрантов, вырос­шие и воспи­тан­ные в Америке. Эти моло­дые люди и их дети будут завтраш­ними право­слав­ными Америки. Они мало знают и еще меньше инте­ре­су­ются расо­выми и нацио­нальными пред­рас­суд­ками и юрис­дик­ци­он­ными спорами Европы. Такие вещи чужды и не­понятны им с их амери­кан­ским воспи­та­нием и инте­ре­сами. Всякая Церковь, притя­за­ю­щая на их принад­леж­ность к ней и предан­ность на основе языка, наци­о­наль­но­сти или расо­вых пред­рас­суд­ков их дедов, не будет иметь для них ника­кого значе­ния. Они вправе требо­вать, что­бы Церковь в первую очередь инте­ре­со­ва­лась их собствен­ным поло­же­нием и пробле­мами в Америке, а не поли­ти­кой на Балка­нах, в Гре­ции, России или Сирии».

Отно­ше­ния между Русской Право­слав­ной Церко­вью Загра­ни­цей и Амери­кан­ской Митро­по­лией всегда были слож­ными.  Зару­беж­ная Церковь не признала объявлен­ной в 1924 году декла­ра­ции об авто­но­мии Амери­кан­ской Церкви, и в 1935 году един­ство её с Зару­беж­ной Церко­вью было вос­становлено. Однако в 1946 году Амери­кан­ская Митро­по­лия снова отошла от Зару­беж­ной Церк­ви, признав духов­ное возглав­ле­ние Москов­ской Патри­ар­хии. Собы­тия, привед­шие к разрыву, нача­лись в 1943 году, когда остав­шейся в Совет­ском Союзе русской право­слав­ной иерар­хией был из­бран в Москве новый Патри­арх — Митро­по­лит Сергий. После него в 1945 году Патри­ар­хом был избран Митро­по­лит Алек­сий. В том году новая Москов­ская Патри­ар­хия обра­ти­лась к Зару­беж­ной Церкви с призы­вом воссо­еди­ниться с ней. Собор еписко­пов Русской Право­слав­ной Церкви Загра­ни­цей отве­тил, что «пови­ну­ясь веле­ниям своей пастыр­ской сове­сти, мы не на­ходим для себя нрав­ственно возмож­ным пойти навстречу этим призы­вам до тех пор, пока высшая церков­ная власть в России нахо­дится в проти­во­есте­ствен­ном союзе с безбож­ной вла­стью и пока вся Русская Церковь лишена при­сущей ей по ее боже­ствен­ной природе истин­ной свободы». Собор отка­зался иметь какое-либо кано­ни­че­ское, молит­вен­ное и даже быто­вое обще­ние с Моск­вой.

Амери­кан­ская Митро­по­лия, напро­тив, привет­ствовала восста­нов­ле­ние Москов­ской Патриар­хии. Наде­ясь, что нако­нец станет возмож­ным возоб­нов­ле­ние отно­ше­ний с Мате­рью-Церко­вью, Митро­по­лия послала в Москву деле­га­цию для участия в церков­ном Соборе в 1946 году. Деле­гаты, однако, не были допу­щены; вместо этого им был выдан доку­мент за подпи­сью Патри­арха, в кото­ром было два требо­ва­ния: воссо­еди­не­ние без какой-либо авто­но­мии для Амери­кан­ской Митро­по­лии и заяв­ле­ние о том, что члены Пра­вославной Церкви в Америке воздер­жатся от всякой поли­ти­че­ской деятель­но­сти против Со­ветского Союза. По этим требо­ва­ниям не было достиг­нуто ника­кого согла­ше­ния, но разрыв с Зару­беж­ной Церко­вью продол­жался.

Тем време­нем Зару­беж­ная Церковь пере­вела свой Синод из Югосла­вии в Мюнхен. В 1950 году Синод пере­ехал в Нью-Йорк, где он нахо­дится по сей день. Эта ветвь Русской Право­слав­ной Церкви стала наби­рать силу после окон­ча­ния Второй миро­вой войны, по мере того как прибы­вали тысячи русских лю­дей, пред­по­чи­тав­ших оста­ваться в юрис­дик­ции Зару­беж­ной Церкви. У этой Церкви в то время по всему миру было 15 епар­хий, возглав­ля­е­мых 24 еписко­пами, 500 прихо­дов и десять мужских и женских мона­сты­рей.

Одно­вре­менно стали пред­при­ни­маться шаги к уста­нов­ле­нию коопе­ра­ции между другими пра­вославными епар­хи­ями в Соеди­нен­ных Штатах.

Прео­свя­щен­ный Лазарь, Епископ Там­бовский и Моршан­ский, с о. Викто­ром Пота­по­вым, насто­я­те­лем Свято-Иоанно-Пред­те­чен­ского собора в Вашинг­тоне

В 1960 году была осно­вана Посто­ян­ная конфе­ренция кано­ни­че­ских право­слав­ных еписко­пов в Америке, и 12 еписко­пов, пред­став­ляв­ших десять право­слав­ных юрис­дик­ций, приняли ре­шение обсу­дить «общие проблемы, коор­ди­на­цию усилий в делах, каса­ю­щихся общих инте­ре­сов, и укреп­ле­ние един­ства, явля­ю­ще­гося сущно­стью право­сла­вия». Одним из их реше­ний было соз­дать объеди­нен­ное пред­ста­ви­тель­ство при Нацио­нальном Совете Христи­ан­ских Церк­вей в США и других экуме­ни­че­ских учре­жде­ниях. Митро­по­лия продол­жала мечтать об авто­кефалии, или полном само­управ­ле­нии, как о лучшем опре­де­ле­нии ее статуса. Но для этого нужно было выра­бо­тать какое-то согла­ше­ние с Церко­вью в России. В марте 1963 года Архи­епископ Нико­дим, глава посе­тив­шей Соединен­ные Штаты деле­га­ции Москов­ской Патри­ар­хии, встре­тился с главой Церкви в Америке Митропо­литом Леон­тием. Ника­ких конкрет­ных обсужде­ний не было, но все присут­ство­вав­шие ощутили общее жела­ние разре­шить разно­гла­сия.

Серьёз­ные пере­го­воры нача­лись в 1968 году, и в марте 1970 года было достиг­нуто окон­чательное согла­ше­ние. В апреле того же года Патри­арх Москов­ский и Всея Руси Алек­сий да­ровал само­управ­ле­ние и осно­вал Святую Авто­кефальную Право­слав­ную Церковь в Америке, равную по досто­ин­ству всем осталь­ным Пра­вославным Церк­вам в мире. Собор еписко­пов новой Церкви должен был состо­ять из Митро­полита Всея Америки и Канады и еписко­пов восьми епар­хий этой Церкви. Этот акт усилил разрыв между Амери­кан­ской Митро­по­лией и Зару­беж­ной Церко­вью. Иерар­хия Зару­беж­ной Церкви считала, что авто­кефалия, даро­ван­ная Москов­ской Патри­ар­хией, состо­я­щей в подчи­не­нии у безбож­ной власти, совер­шенно непри­ем­лема. Неко­то­рые из русских право­слав­ных в Америке были того же мнения, и целый ряд прихо­дов отверг новую Церковь и присо­еди­нился к Зару­беж­ной Церкви. Совсем недавно, в потоке собы­тий, свидетель­ствующих о новом духе глас­но­сти в Совет­ском Союзе, несколько нахо­дя­щихся там прихо­дов поки­нули Москов­скую Патри­ар­хию и вошли в юрис­дик­цию Русской Церкви Загра­ни­цей. Первым пред­при­няв­шим такой шаг был приход Св. Царей Констан­тина и Елены в Суздале, кото­рый пере­шел в апреле прошлого года; в тече­ние лета за ними после­до­вало ещё не­сколько прихо­дов, а неко­то­рые другие уже подали проше­ние о приня­тии их.

Оста­ётся под вопро­сом, какие из ветвей Церкви учре­ждены законно, а какие нет. Москов­ская Патри­ар­хия утвер­ждает, что Зарубеж­ная Церковь не имеет «кано­ни­че­ской основы, без кото­рой немыс­лима ни одна христи­ан­ская право­слав­ная Церковь». Зару­беж­ная Церковь считает, что совре­мен­ная Москов­ская Патриар­хия не явля­ется «истин­ной преем­ни­цей» Русской Право­слав­ной Церкви и, став «всё более и более подвласт­ной влия­нию атеи­сти­че­ского и анти­хри­сти­ан­ского прави­тель­ства, пере­стала быть голо­сом Русской Право­слав­ной Церкви». Таким обра­зом, утвер­ждает Зару­беж­ная Цер­ковь, даро­ва­ние авто­ке­фа­лии Амери­кан­ской Митро­по­лии в 1970 году не имело закон­ного осно­ва­ния.

Епископ Лазарь возглав­ляет Свобод­ную Россий­скую Право­слав­ную Церковь, кото­рая нахо­дится в обще­нии с Русской Право­слав­ной Церко­вью Загра­ни­цей. Справа: Его Блажен­ство, Блажен­ней­ший Феодо­сий, Архи­епи­скоп Вашинг­тонский, Митро­по­лит Всея Америки и Канады, Перво­и­е­рарх Право­слав­ной Церкви в Америке с 1977 года

На сего­дняш­ний день Право­слав­ная Цер­ковь в Америке насчи­ты­вает около 1 млн. членов в 500 прихо­дах. Она активно участ­вует в наци­о­наль­ном и миро­вом экуме­ни­че­ском движе­нии, и даже один из ее прото­и­е­реев, о. Леонид Кишков­ский, явля­ется в данное время прези­ден­том Наци­о­наль­ного Совета Церк­вей в Америке Русская Право­слав­ная Церковь Загра­ни­цей насчи­ты­вает около 100 000 членов в 120 при­ходах в Соеди­нен­ных Штатах. Она считает своей миссией быть «свобод­ным голо­сом Рус­ской Церкви до тех пор, пока Богу будет угодно осво­бо­дить Русскую Церковь на родине и смогут состо­яться свобод­ные и кано­нич­ные выборы Патри­арха».

Сойдутся ли когда-либо эти две ветви Церкви?

Право­слав­ная Церковь в Америке гово­рит, что «необ­хо­димо помнить, что Амери­кан­ская Церковь имеет важную миссию служить делу право­слав­ного едине­ния в Америке. Таким об­разом, мы должны быть внима­тельны к опы­ту и жизни других право­слав­ных, кото­рых мы призы­ваем к едине­нию с собой, и должны рабо­тать совместно с ними на благо нашего общего Право­сла­вия». Епископы Русской Право­слав­ной Церкви За­границей гово­рят, что они «стара­ются сохра­нить Право­сла­вие во всей его чистоте, и по­этому не терпят ника­кого модер­низма в своей Церкви и отка­зы­ва­ются участ­во­вать в так на­зываемом экуме­ни­че­ском движе­нии». Дьякон Андрей Филлипс пишет в выпуске «Православ­ной Жизни» за май-июнь 1990 года: «Сего­дня через ересь экуме­низма совер­ша­ется напа­де­ние на един­ство Церкви. Экуме­низм факти­че­ски явля­ется идео­ло­гией Анти­церкви, чей глава — Анти­христ… Модер­низм есть факти­че­ски новая вспышка иконо­бор­че­ства, чьей целью явля­ется разру­ше­ние иконо­гра­фи­че­ского и священ­ного уклада Церкви». Какое-либо согла­ше­ние в неда­ле­ком буду­щем пред­став­ля­ется мало­ве­ро­ят­ным.


Врезки

Православный священник возглавляет национальный совет церквей

Прото­и­е­рей Леонид Кишков­ский — первый пред­ста­ви­тель право­славной веры, избран­ный прези­ден­том Наци­о­наль­ного Совета Христи­ан­ских Церк­вей в США. Совет Церк­вей, осно­ван­ный в 1950 году, явля­ется глав­ной экуме­ни­че­ской орга­ни­за­цией в стране.

В Совет входят 32 проте­стант­ские, право­слав­ные и англи­кан­ские Церкви, насчи­ты­ва­ю­щие в общей слож­но­сти 42 милли­она христиан.

Кроме поста прези­дента Совета, о. Леонид Кишков­ский продол­жает зани­мать разные долж­ности в Право­слав­ной Церкви в Америке. Он яв­ляется секре­та­рем отдела экуме­ни­че­ских и внеш­них сноше­ний этой Церкви, а также редак­то­ром ее ежеме­сяч­ной газеты «Право­слав­ная Церковь», выхо­дя­щей на англий­ском языке. Кроме того, он еще и насто­я­тель церкви Казан­ской иконы Бо­жией Матери в Си-Клиффе, Нью-Йорк.

Леонид Кишков­ский

Отец Леонид Кишков­ский родился в 1943 году от русских роди­те­лей в окку­пи­ро­ван­ной немцами Варшаве. В 1944 году семья Кишков­ских бежала в запад­ную часть Герма­нии, а в 1951 году они с помо­щью Церкви посе­ли­лись в Лос-Андже­лесе.  Леонид Кишков­ский сперва посе­щал Универ­си­тет Южной Кали­фор­нии, думая посту­пить на амери­канскую дипло­ма­ти­че­скую службу, но затем ре­шил пойти по стопам своего деда со стороны отца и принять священ­ство.


Православный монастыри и семинарии

Русская Право­слав­ная Церковь Загра­ницей и право­слав­ная Церковь в Америке имеют свои семи­на­рии и мужские и женские мона­стыри, раз­бросанные по всей стране.

Право­слав­ная Церковь в Америке имеет три семи­на­рии, насчи­ты­ва­ю­щие около 180 студен­тов. Свято-Влади­мир­ская бого­слов­ская се­минария в Крествуде, Нью-Йорк, была осно­вана в 1938 году и сего­дня пред­ла­гает курсы, веду­щие к дипло­мам маги­стра и доктора бого­сло­вия.

Свято-Тихо­нов­ская бого­слов­ская семи­на­рия в Саут-Кана­ане, Пенсиль­ва­ния, осно­ван­ная в 1937 году, выдает дипломы бака­лавра и маги­стра богосло­вия. Свято-Герма­нов­ская бого­слов­ская семи­на­рия на острове Кадьяк на Аляске была открыта в 1973 году как пастыр­ское училище. В 1977 году она стала семи­на­рией и теперь выдает свидетель­ства о прохож­де­нии бого­слов­ских наук и дипломы бака­лавра бого­сло­вия.

Право­слав­ная Церковь в Америке также имеет шесть мона­ше­ских общин, подчи­нен­ных непосред­ственно Перво­и­е­рарху: Новый Валаам на Еловом острове на Аляске; Успен­ский мона­стырь в Кали­стоге, Кали­фор­ния; Новос­кит­ский мона­стырь и Знамен­ский женский мона­стырь в Кембри­дже, Нью-Йорк; общину Жен Миро­но­сиц в Отего, Нью- Йорк; и Свято-Тихо­нов­ский мона­стырь в Саут-Кана­ане, Пенсиль­ва­ния. Еще восемь мона­ше­ских общин нахо­дятся в веде­нии епар­хи­аль­ных архи­ереев в разных штатах.

Храм Св. Троицы в Свято-Троиц­ком мона­стыре в Джор­дан­вилле, штат Нью-Йорк

Русской Право­слав­ной Церкви Загра­ни­цей при­надлежит Свято-Троиц­кая духов­ная семи­на­рия, осно­ван­ная в 1948 году при Свято-Троиц­ком мона­стыре в Джор­дан­вилле, в штате Нью-Йорк. Семи­нария пред­ла­гает пяти­лет­ний курс бого­слов­ских наук для подго­товки моло­дых людей к приня­тию священ­ства и служе­нию в Русской Право­слав­ной Церкви. Семи­на­рия выдает дипломы бака­лавра бого­сло­вия. Число студен­тов колеб­лется от трид­цати до пяти­де­сяти.

Девять мужских и женских мона­сты­рей также принад­ле­жат к Русской Право­слав­ной Церкви Загра­ни­цей. Пять мужских мона­сты­рей вклю­чают: Свято-Троиц­кий мона­стырь в Джорданвил­ле, Нью-Йорк; Успен­ский скит в Буэна-Виста, Коло­радо; Кресто­воз­дви­жен­скую пустынь в Хаус- Спрингс, Миссури; Новую Корен­ную пустынь в Маго­паке, Нью-Йорк; и мона­стырь Св. Марка в Нью- Йорке. Кроме того, есть четыре женских мона­стыря: Бого­ро­дице-Влади­мир­ский мо­настырь в Сан-Фран­­циско, Кали­фор­ния; мона­стырь Новое Диве­ево в Спринг-Валли, Нью-Йорк; мона­стырь Рожде­ства Пресвя­той Бого­ро­дицы в Хаус- Спрингс, Миссури; и Свято-Апостоль­ский мона­стырь в Буэна- Виста, Коло­радо.


Роберт Л. Тейлор, журнал «Америка», 1991, № 3 

Поделиться