Малороссы или украинцы?..

Хотя термин «мало­росс» формально счита­ется мёрт­вым, сказать, что мало­рос­ский вопрос больше не суще­ствует, будет боль­шой неправ­дой. Отно­сится это и к эмигра­ции XX века. С одной стороны, вопрос об укра­ин­стве стоял там менее остро: всё-таки где Укра­ина, Россия, СССР? На другой планете, где-то за желез­ным зана­ве­сом. А на чужбине эмигрант сам волен, с кем общаться и пере­се­каться. Не хочешь — не заме­чай этих укра­ин­цев.

С другой стороны, ещё с 1930-х годов сепа­ра­тист­скому укра­ин­скому движе­нию начали уделять внима­ние сразу две вели­кие державы — Герма­ния, прикарм­ли­вав­шая ОУН и прочих банде­ров­цев, и Брита­ния, у кото­рой в Канаде прожи­вало до 200 тысяч гали­чан-ферме­ров, очень поли­ти­зи­ро­ван­ного мень­шин­ства, нахо­дя­ще­гося в близ­ком контакте со своими собра­тьями из Поль­ской Гали­ции. После Второй миро­вой войны к укра­ин­скому вопросу подклю­чи­лись и Штаты, кото­рые откроют не только «Голос Америки» на укра­инь­ской мови, но и универ­си­тет­ские кафедры укра­ин­ской исто­рии и языка, а ЦРУ начнёт кури­ро­вать сепа­ра­тист­ски настро­ен­ное эмигрант­ское движе­ние. Поли­ти­че­ских укра­ин­ских эмигран­тов стало тяже­лее не заме­чать.

Русская эмигра­ция была нередко соли­дарна с таким взгля­дом совет­ского офици­оза на укра­ин­ских поли­ти­че­ских эмигран­тов.
Кари­ка­тура из совет­ского укра­ин­ского журнала «Перець», 1950-е годы.

Для после­во­ен­ных русских эмигран­тов это, должно быть, выгля­дело в новинку, такого боль­шого внима­ния к укра­ин­ским сепа­ра­ти­стам со стороны действи­тельно серьёз­ных держав прак­ти­че­ски нико­гда не уделя­лось. Я напомню, что с 1654 до 1991 года Укра­ина, по сути, никуда не уходила, если не брать довольно карна­валь­ный период 1918–1920-х годов. Идея неза­леж­ной Укра­ины выгля­дело довольно фанта­стично и, более того, фана­тично. Плюс ко всему значи­тель­ная часть эмигра­ции того времени — это русские того самого мало­рос­ского разлива — киев­ляне, харь­ковцы (такое само­на­зва­ние доми­ни­ро­вало до рево­лю­ции), одес­ситы, казаки — для боль­шин­ства кото­рых идея того, что они не русские, звучала дико­вато.

Статья мало­росса Бориса Баши­лова-Юрке­вича (Баши­лов — псев­до­ним, Юрке­вич — насто­я­щая фами­лия), эмигранта второй волны, осев­шего в Арген­тине — это типич­ный крик души русского чело­века на идео­ло­ги­че­ское расчле­не­ние его народа на две части. Борис Баши­лов — крас­но­ар­меец, попав­ший в плен к годы Вели­кой Отече­ствен­ной, участ­ник Народно-трудо­вого союза и журнала «Посев», друг Ивана Соло­не­вича — сам по себе инте­рес­ный персо­наж, и мы ещё вернёмся к нему в нашей рубрике. А пока обра­тимся к журналу «Влади­мир­ский вест­ник», выхо­див­шему в бразиль­ском Сан-Паулу в 1940–1960-е годы. В одном из номе­ров за 1952 год и вышла статья Баши­лова, затра­ги­ва­ю­щая вопросы, о кото­рых и сейчас могут поспо­рить многие мало­россы. Или всё-таки укра­инцы?..

Обложка журнала «Влади­мир­ский вест­ник» за июнь 1954 года.

Малороссы мы или украинцы?

Передо мной на пись­мен­ном столе лежит мой родо­слов­ный герб. После бегства из СССР и много­лет­них скита­ний по всему свету я случайно нашёл его изоб­ра­же­ние в Буэнос-Айресе у русского инже­нера, зани­ма­ю­ще­гося гераль­ди­кой. Над рыцар­ским шлемом — пышные стра­у­со­вые перья, на синем щите — полу­ме­сяц внизу, справа и слева — золо­тые звёзды, в верх­ний полу­ме­сяц летит оперён­ная стрела.

Герб Юрке­ви­чей, найден­ный на просто­рах Сети. Он в неко­то­рых дета­лях немного разнится с описа­нием: звёзды, к примеру, не золо­тые, а стрела направ­лена вниз, а не вверх, но скорее всего, это тот самый герб, о кото­ром пишет Баши­лов.

Если вы развер­нёте «Мало­рос­сий­ский герб» Модза­лев­ского на соот­вет­ству­ю­щей стра­нице, то вы узна­ете, что этот герб принад­ле­жит потом­кам Ивана Юрке­вича. Род Ивана Юрке­вича — один из древ­ней­ших родов Мало­рос­сии. Члены нашего рода знаме­ниты не только ратными подви­гами в борьбе с турками и крым­скими тата­рами. Ещё больше наш род знаме­нит успе­хами на почве русского просве­ще­ния. Один из родо­на­чаль­ни­ков рода был ближай­шим помощ­ни­ком Киев­ского митро­по­лита Петра Могилы, первым профес­со­ром фило­со­фии Киев­ской Акаде­мии. А ведь почти всё просве­ще­ние Малой и Вели­кой России имеет своими исто­ками Киев­скую Акаде­мию. Мой предок был один из тех людей, трудами кото­рых стро­и­лась общая русская куль­тура. И так было в нашей семье всегда на протя­же­нии веков. Одни участ­во­вали в стро­и­тель­стве русской куль­туры, другие защи­щали обще­рус­скую куль­туру от турец­ких султа­нов, крым­ских ханов и поль­ских коро­лей. Так было до Богдана Хмель­ниц­кого; так было на Пере­я­с­лав­ской Раде, когда один из Юрке­ви­чей, взма­хи­вая кривой казац­кой саблей, кричал вместе с другими: «Волимъ под Царя Москов­ского право­слав­ного! Волимъ!»

Со времён Петра Могилы до сих пор и до наших дней наш род был актив­ным участ­ни­ком в стро­и­тель­стве русского наци­о­наль­ного госу­дар­ства! Любовь к Мало­рос­сии, к её исто­ри­че­скому прошлому всегда соче­та­лась с любо­вью к русскому госу­дар­ству. Были в нашем роду воен­ные, были фило­софы, были скром­ные неза­мет­ные труже­ники, но нико­гда не было сторон­ни­ков отде­ле­ния Мало­рос­сии от России.

Профес­сор Москов­ского Универ­си­тета П. Юрке­вич (фило­соф Памфил Юрке­вич, декан исто­рико-фило­ло­ги­че­ского факуль­тета Москов­ского универ­си­тета в 1869–1873 годах. – Ред.) был одним из ярост­ных борцов с мате­ри­а­ли­сти­че­ской фило­со­фией. Неда­ром Ленин в своих книгах с такой яростью обру­ши­вался на него. Мой отец, дирек­тор учитель­ской семи­на­рии, уехал с Колча­ком в Сибирь и погиб в Чите. Мои двою­род­ные братья, морские офицеры, все приняли актив­ное участие против боль­ше­ви­ков. Ни Петлюра, ни Скоро­пад­ский не соблаз­нили их, они чувство­вали себя русскими и боро­лись не против русских, а против боль­ше­ви­ков. Один из двою­род­ных братьев поднят на штыки в бою под Киевом, другие эмигри­ро­вали из Крыма с Вран­ге­лем. Когда я оказался за грани­цей, то нашёл за рубе­жом гораздо больше родствен­ни­ков, чем у меня было в России.

Расска­зы­ваю я всё это к тому, чтобы дока­зать, что как пото­мок древ­него мало­рос­сий­ского рода, как пото­мок одного из твор­цов мало­рос­сий­ской и русской куль­туры имею право обсуж­дать буду­щее Укра­ины не меньше, а больше, чем все нынеш­ние деятели укра­ин­ских сепа­ра­ти­стов, гнуша­ю­щи­еся неиз­вестно почему именем мало­рос­сов. Обуре­ва­е­мые свире­пой злобой ко всему «москаль­скому», эти люди совер­шенно не знают ни подлин­ной исто­рии своего народа, ни проис­хож­де­ния слов «мало­росс», «Мало­рос­сия», «укра­и­нец» и «Укра­ина».

«Укра­ин­цам» почему-то не нравится слово «мало­росс». Не нравится и слово «Мало­рос­сия». А ведь эти слова приду­маны вовсе не «моска­лями», а жите­лями Червон­ной Руси. Этими словами широко поль­зу­ется Богдан Хмель­ниц­кий в своем Бело­цер­ков­ном Универ­сале в 1648 году: «…Вам всем обще Мало­рос­си­я­нам о том доно­сить…» «Кому из вас любима целость отчизны вашей Укра­ины Мало­рос­сий­ской…» В письме Запо­рож­ской Сечи к Богдану Хмель­ниц­кому, напи­сан­ном 3 января 1654 года, мы нахо­дим следу­ю­щие строки: «А замы­сел вашъ добь удаться и буде всемъ наро­дамъ мало­рос­сий­скимъ по обеимь сторо­намь Днепра будучимъ, под протек­цию Вели­ко­дер­жав­ней­шаго и Пресвет­лей­шаго монарха Россий­ского, заслушны быть призна­емъ и даемо нашу войско­вую вамь параду, а быстё того дела не остав­ляли и оное кончили, яку наилуч­ший полъзе отчизне Мало­рос­сий­ской».

Термин «Малая Русь», «Мало­рос­сия» возник в 1335 году, когда «москали» все, Москов­ское Княже­ство, как и другие, было под татар­ским игом. Мало­рос­сиею, Малой Русью назвал княже­ство Галиц­кое и Волын­ское князь Юрий Второй. И Юрий Второй назвал себя «князем всея Малая Россия». «Москали» к созда­нию назва­ния «Мало­рос­сия» не имеют ника­кого отно­ше­ния. В послед­нее время этот термин был досто­я­нием только поэзии да царского титула. А все — и жители Малой Руси, как и Боль­шой, — одина­ково считали себя русскими.

Ничего, конечно, обид­ного в назва­нии «Малая Русь» или «Мало­рос­сия» нет. В одном из номе­ров «Влади­мир­ского Листка», изда­ю­ще­гося в Брази­лии, мы нахо­дим следу­ю­щую справку о проис­хож­де­нии назва­ния «Малая Русь»: «Малыми в исто­рии назы­ва­лись страны, откуда выхо­дил народ — его наци­о­наль­ная колы­бель. Вели­кими — центр терри­то­ри­аль­ного завер­ше­ния госу­дар­ствен­ной консо­ли­да­ции или коло­нии, достиг­шие особенно пышного расцвета, богат­ства и могу­ще­ства. Отсюда — Малая Греция (Афины) и Вели­кая Греция (Эллада), вели­кая Италия (после Рима), Малая Польша (Краков) и Вели­кая Польша (Варшава), Малая Россия (Киев) и Вели­кая Россия (Москва)». Как видим, пишет автор той справки Семён Витя­зев­ский, имя «Мало­рос­сия» или «Малая Русь» не содер­жит в себе ничего обид­ного или позор­ного для обита­те­лей юга России. Мало­рос­сией назы­ва­ется колы­бель русского народа; неда­ром Киев — «мать горо­дов русских», отсюда «пошла быть Русская Земля». Имя «мало­росса», если вообще можно гово­рить о пред­по­чте­нии, скорее явля­ется более почёт­ным, чем «вели­ко­росс», ибо оно озна­чает дословно: мало­росс — первый русский, самый древ­ний в своем гене­а­ло­ги­че­ском корне, в прямой его линии.

Наиме­но­ва­ние нашего народа русским известно с глубо­чай­шей древ­но­сти… «Мы — единый русский народ!» Мало­рос­сия — есть поня­тие племен­ное. Укра­ина обозна­чает не что иное, как окра­ину, окра­ин­ные земли госу­дар­ства. Кто хоть немного знаком с исто­рией русского госу­дар­ства, с доку­мен­тами, напи­сан­ными в то время, когда о наших сепа­ра­ти­стах слыхом не было слышно, когда ни о каком «укра­ин­ском народе» ни один чело­век не слыхал, тот знает, что в этих старин­ных госу­дар­ствен­ных бума­гах часто употреб­ля­ются следу­ю­щие выра­же­ния: Рязан­ская Укра­ина, Воро­неж­ская Укра­ина, Курская Укра­ина, Сибир­ская Укра­ина. В старин­ной песне сибир­ских земле­про­ход­цев, сложен­ной во времена, когда Ерофей Хаба­ров заво­ё­вы­вал Амур, поётся:

«Как во Сибир­ской во Укра­ине,
Да во Даур­ской стороне…»

Из песни, как известно, — особенно из старин­ной, — слов не выки­нешь. Как, инте­ресно, совре­мен­ные сепа­ра­ти­сты объяс­нят эти слова? Ведь в то время ника­ких укра­ин­цев в Даурии не жило. А Сибир­ская Укра­ина озна­чало просто окра­ин­ная Сибир­ская земля. Мало­рос­сию, конечно, можно назы­вать Укра­и­ной, а мало­рос­сов укра­ин­цами. И Киев, в случае удачи, сепа­ра­ти­сты могут пере­име­но­вать, конечно, в Скоро­падск, Петлю­ровск или Бенде­ровск. Но от этого Киев не пере­ста­нет быть Киевом, мате­рью горо­дов русских. Мало­рос­сия — есть древ­нее перво­на­чаль­ное назва­ние опре­де­лён­ной части России. И отка­зы­ваться нам, мало­рос­сам, от исто­ри­че­ского имени своей Родины нет ника­кого смысла. Сепа­ра­ти­сты же могут назы­вать себя как угодно. Эти люди, хотя и носят назва­ние «панов-профес­со­ров» и «панов-маги­стров», не дают себе отчёта, что собственно обозна­чает слово «Укра­ина» и что «Мало­рос­сия».

Борис Баши­лов

Да, я мало­росс. Я первый русский, самый древ­ний русский. Может быть, мой предок во время Игоря прибил свой щит на воро­тах Царь­града. С какой стати я буду менять истин­ное имя своих пред­ков на новое, кото­рое выду­мали осно­ва­тели сепа­ра­тизма? С какой стати я буду считать моска­лей врагами, москов­скую куль­туру враж­деб­ной, когда вся москов­ская куль­тура тонким ручей­ком вытекла из древ­ней Киев­ской Акаде­мии и когда один из Юрке­ви­чей был первым мало­рос­сий­ским и русским фило­со­фом.

Не для того мои предки скла­ды­вали свои чуба­тые головы в боях с турками, тата­рами и поля­ками, поги­бали на каторж­ных гале­рах в Турции, в подзе­ме­льях поль­ских замков, не для того они дрались под Полта­вой на стороне Петра, а позже сража­лись на Боро­дин­ском поле, чтобы потомки их в тяже­лую годину для России отка­за­лись от всего наци­о­наль­ного наслед­ства своих пред­ков. Во имя чего это делать? Во имя того, чтобы иметь возмож­ность стать помощ­ни­ком пана-мини­стра в бута­фор­ской Укра­ине, игруш­кой враж­деб­ных России поли­ти­че­ских сил?

Да здрав­ствует Мало­рос­сия — древ­няя праро­дина вели­кой России, обли­ва­ю­ща­яся нынче кровью в объя­тиях интер­на­ци­о­наль­ного боль­ше­визма! Я прожил под властью боль­ше­ви­ков двадцать четыре года и не видел наци­о­наль­ной вражды мало­рос­сов к «моска­лям». И когда грянет вели­кая война против боль­ше­ви­ков, под знамена Россий­ской Осво­бо­ди­тель­ной Армии собе­рутся все верные сыны России: вели­ко­россы, мало­россы, бело­руссы, грузины, татары, армяне — все, кто хочет быть сыном свобод­ной вели­кой страны, а не малень­кой сепа­ра­тист­ской конюшни. И первая наша пуля и первый удар саблей будет по голо­вам боль­ше­ви­ков, а вторая пуля, второй удар саблей будет по аген­там иностран­ных разве­док, мечта­ю­щих стать мини­страми госу­дарств, не зави­ся­щих от «моска­лей», но зави­ся­щих от иностран­цев. Мы, мало­россы, вовсе не желаем быть игруш­кой в руках чуждых нам по рели­гии и куль­туре «панов-маги­стров» и «панов-профес­со­ров», нахо­дя­щихся на содер­жа­нии иностран­ных разве­док.



Публи­ка­ция подго­тов­лена авто­ром теле­грам-канала CHUZHBINA.

Поделиться