«Ответный долг». Между Британией и нацизмом

Ещё со времён прав­ле­ния Ивана Гроз­ного у Брита­нии и России всегда были «инте­рес­ные» (в англий­ском смысле этого слова) отно­ше­ния. Боль­шой любви к друг другу нико­гда не было с обеих сторон. Там гово­рят и гово­рили про злоб­ного медведя, у нас же ворчат и продол­жают ворчать (не без осно­ва­ния!) про «гадя­щую англи­чанку».

У бело­эми­гран­тов межво­ен­ной эпохи и эпохи Второй миро­вой войны отно­ше­ние к Коро­лев­ству было особен­ное. Значи­тель­ная часть эмигран­тов весьма и весьма нега­тивно отно­си­лось к «англо­саксу», и на то были причины.

«Вина (ложится) на них!»
Итальян­ский плакат времен Второй миро­вой войны, изоб­ра­жа­ю­щий лиде­ров Брита­нии и США в виде ганг­сте­ров. С такой точкой зрения были соли­дарны многие русские эмигранты в период до 1944–1945 годов.

И Фран­ция, и Брита­ния были союз­ни­ками России в Первую миро­вую, а позже числи­лись и в союз­ни­ках различ­ных белых армий времён Граж­дан­ской войны. И там, и там в ранне­со­вет­ский период поли­тики извер­гали гром­кие и пафос­ные анти­боль­ше­вист­ские речи. Можно вспом­нить того же Черчилля. Однако, когда дошло до реаль­ной помощи русским, в действи­тель­но­сти руку помощи протя­нула только Фран­ция. Она и приютила до полу­мил­ли­она русских, она же помо­гала частично с эваку­а­цией. Брита­ния приняла лишь горстку русских эмигран­тов, в основ­ном аристо­кра­тию, связан­ную семей­ными узами с Альбио­ном, вела очень двусмыс­лен­ную и непо­сле­до­ва­тель­ную поли­тику поддержки белых армий и уста­но­вила торго­вые и поли­ти­че­ские отно­ше­ния со Стра­ной рабо­чих и крестьян раньше, чем Фран­ция.

Всё это, разу­ме­ется, оста­ва­лось не без внима­ния со стороны русских эмигран­тов, в чьём воспри­я­тии это пове­де­ние Брита­нии накла­ды­ва­лось на антиб­ри­тан­ские настро­е­ния времён англо-бурской войны начала ХХ века, а также довольно попу­ляр­ную точку зрения, что Первую миро­вую войну спро­во­ци­ро­вали именно англи­чане.

Когда же нача­лась Вторая миро­вая война, неуди­ви­тельно, что в среде боль­шин­ства русских эмигран­тов, изна­чально настро­ен­ных прогер­ман­ски, антиб­ри­тан­ские и анти­аме­ри­кан­ские настро­е­ния усили­лись. На самом деле, изна­чально просо­юз­ни­че­ски была настро­ена лишь горстка бело­эми­грант­ской элиты — гене­рал Дени­кин, лидер каде­тов Милю­ков, бывший русский посол в Лондоне Макла­ков. Сред­ний же русский эмигрант, как мини­мум до сере­дины войны, зача­стую был проник­нут симпа­тией к «Европе Нового Порядка».

Чтобы прочув­ство­вать, как могла видеть поли­ти­че­скую ситу­а­цию (вклю­чая англо-русский вопрос) русская эмигра­ция во Фран­ции в самый разгар войны, пред­ла­гаем вам прочи­тать статью «Париж­ского вест­ника» «Ответ­ный долг» от 2 авгу­ста 1942 года. Её автор — бывший доцент Киев­ского универ­си­тета, а в годы эмигра­ции актив­ный участ­ник Союза русских адво­ка­тов за грани­цей Иван Дуссан.


Ответный долг

2 авгу­ста 1942 года

Надежда креп­нет. Дух возрож­да­ется. Русские люди, те, кто за долгие годы не пере­ста­вали верить, испы­ты­вают сейчас чувство, кото­рое лучше всего опре­де­ля­ется фран­цуз­ским терми­ном «examen de conscience».

Русский опыт не должен пройти даром.

Двадцать лет тому назад русские люди оста­вили своё отече­ство не потому, что они отрек­лись от России, а потому что Россия, в руках пора­бо­тив­ших её боль­ше­ви­ков, пере­стала быть для них родной стра­ной. Громад­ное боль­шин­ство ушло тогда, когда на русской земле продол­жать борьбу стало невоз­мож­ным, но, может быть, оста­ва­лась надежда продол­жать эту борьбу в эмигра­ции. Эта надежда оправ­да­лась, и ход исто­рии оказался тако­вым, что она выли­лась в борьбу против комму­низма не только уцелев­ших русских людей, но почти всей объеди­нён­ной Европы, кото­рая нако­нец осознала, что эта борьба не есть одно только внут­рен­нее русское дело.

Но боль­ше­визм ещё не совсем изжит. Его суще­ство­ва­ние неко­то­рым ещё нужно. И теперь ещё так назы­ва­е­мые «вели­кие демо­кра­тии» в одном лагере с комму­ни­сти­че­ской совет­ской респуб­ли­кой ведут борьбу против объеди­нён­ных наро­дов Европы.

Это не ново! На заре боль­ше­визма, ещё в период подпи­са­ния Версаль­ского трак­тата, англо­сак­сон­ские народы, будучи тогда в лагере побе­ди­те­лей, прило­жили свою руку к тёмному делу выручки комму­ни­сти­че­ского режима в России.

Обложка эмигрант­ского журнала «Бич» (Париж), 1920 год, высме­и­ва­ю­щая пара­док­саль­ные эконо­ми­че­ские отно­ше­ния Брита­нии и Совет­ской России.

В 1920 году, когда ещё были активны русские наци­о­наль­ные воен­ные силы, ведшие борьбу против комму­ни­сти­че­ской власти, неко­то­рые фран­цуз­ские госу­дар­ствен­ные люди поняли, что их инте­ресы требуют оказа­ния помощи союз­ной России в её стрем­ле­нии сбро­сить комму­ни­сти­че­ский режим. Клемансо, Фош и даже Пуан­карэ, не любив­ший России, но ещё меньше любив­ший боль­ше­ви­ков, решили послать на юг России союз­ные силы, взамен остав­ляв­ших страну — по силе Версаль­ского дого­вора — герман­ских отря­дов. Эту задачу должна была взять на себя Ближне-Восточ­ная армия гене­рала Франшэ д-Эсперэ, штаб кото­рой тогда нахо­дился в Сало­ни­ках. Всем известно появ­ле­ние фран­цуз­ской эскадры у черно­мор­ских бере­гов и высадка первых фран­цуз­ских и грече­ских эшело­нов на одес­ском побе­ре­жье.

Но Ллойд-Джордж и Виль­сон кате­го­ри­че­ски потре­бо­вали от фран­цуз­ского прави­тель­ства отказа от этой интер­вен­ции, под пред­ло­гом неже­ла­тель­ного вмеша­тель­ства во внут­рен­ние русские дела. Фран­цуз­ский десант вновь был поса­жен на суда, герман­ские войска уже раньше были вынуж­дены к отходу, и белые русские силы остав­лены были одни продол­жать нерав­ную борьбу за спасе­ние России.

На эту тему читайте также наш мате­риал «Интер­венты в России».

Так отпла­тили англо-саксы русскому союз­нику за поне­сён­ные им неис­чис­ли­мые жертвы в только что закон­чив­шейся, ненуж­ной России, войне.

Ещё один факт. Русские беженцы 1920 года из Крыма помнят фран­цуз­скую и англий­скую эскадры, стояв­шие тогда на сева­сто­поль­ском рейде.

После втор­же­ния боль­ше­ви­ков в Крым 100 тыся­чам русских ничего не оста­ва­лось другого, как искать спасе­ния в немед­лен­ной посадке на суда, уходя­щие из преде­лов черно­мор­ских вод. Русским наци­о­наль­ным флотом было сделано многое, но его не хватало. Тем менее, англий­ская эскадра отка­за­лась принять русских на свои суда. Под пред­ло­гом соблю­де­ния стро­жай­шего нейтра­ли­тета, Ллойд-Джоржд кате­го­ри­че­ски запре­тил прини­мать русских бежен­цев, даже не воен­ных, на вели­ко­бри­тан­ские суда.

К чести фран­цуз­ской эскадры под началь­ством извест­ного друга России, адми­рала Дюме­ниль, фран­цузы посту­пили иначе. Был отдан приказ всецело пойти на помощь русским бежен­цам. Фран­цуз­ские суда приняли на свой борт более 80000 русских и доста­вили их частью на острове Лемнос и в Констан­ти­но­поль.

«Спокойно! Ампу­та­ция этих щупа­лец идёт по плану!»
Плакат наци­о­наль­ной Фран­ции, 1940–1943 годы. Русским Фран­ции не сложно было стано­виться англо­фо­бами — мест­ная почва к этому распо­ла­гала.

Долг чести и чело­ве­ко­лю­бия каждый пони­мает как может!

Прошло 20 с лишним лет. Россия по-преж­нему в центре собы­тий. Борьба возоб­но­ви­лась! Прекра­ща­лась ли она когда-нибудь и не были ли прошед­шие 20 лет простой пере­дыш­кой для наро­дов, дове­дён­ных до отча­я­ния той неспра­вед­ли­во­стью и тем гнётом, кото­рые поро­дил Версаль­ский трак­тат, создав­ший ту «атмо­сферу», в кото­рой только и мог удер­жаться в России боль­ше­визм.

22 июня 1941 года начата была борьба во имя не только осво­бож­де­ния России, но и всего чело­ве­че­ства от смер­тель­ной комму­ни­сти­че­ской заразы.

Правда, борьба ведётся теперь не русскими силами. Но русские руки к ней прило­жатся, и уже прило­жены. И боль­ше­визм ведь не специ­ально русское дело, а зло миро­вого масштаба.

Знамя борьбы поднято герман­ским наро­дом. В Герма­нии появился тот Вождь, кото­рый всегда ниспо­сы­ла­ется в самые крити­че­ские эпохи исто­рии чело­ве­че­ства. Вождь должен был появиться в Герма­нии, потому что именно этот народ оказался достой­ным своего Вождя, а Вождь своего народа.

Суще­ствует ли сейчас в мире другая страна, другой народ, способ­ный взять на себя гран­ди­оз­ную задачу умиро­тво­ре­ния и обнов­ле­ния всей исстра­дав­шейся Европы?

В этом вели­кая заслуга всех без исклю­че­ния герман­цев. Следуя с верой и без страха за своими Вождём, Герма­ния выпол­няет свою не только обще­ев­ро­пей­скую, но и обще­че­ло­ве­че­скую миссию. Она дове­дёт борьбу до конца.

Но для победы оружия должна быть обре­тена победа духа. Так назы­ва­е­мые «демо­кра­тии» ещё борются во враж­деб­ном лагере. За ними созна­тельно или всле­пую идут ещё многие.

Когда русские эмигранты стали прибы­вать во Фран­цию, страна была ещё в упое­нии своей недав­ней побе­дой. О боль­ше­визме во Фран­ции тогда не было и речи. Его отри­ца­ние было, можно сказать, общим явле­нием. Русские, ушед­шие от этого режима, встре­чены были в общем сочув­ственно.

Теперь — не то. Пере­жит опыт Торр­эса и Леона Блюма. Поне­сено небы­ва­лое пора­же­ние.

Быть может, больше чем Россия, Фран­ция нахо­дится сейчас на пере­ломе.

Многие, слиш­ком многие ещё не осознали собы­тий, не научи­лись ещё мыслить в обще­ев­ро­пей­ском кадре.

Но для победы оружия должна быть зара­нее обре­тена победа духа.

Такими плака­тами немцы зама­ни­вали фран­цу­зов на службу в элит­ные подраз­де­ле­ния Waffen SS, куда, кстати, русским эмигран­там было сложно попасть. Обычно им прихо­ди­лось доволь­ство­ваться рабо­тами низо­вых совет­ни­ков и пере­вод­чи­ков.

Немно­гие русские пока на воен­ном фронте. Но все русские должны считать себя моби­ли­зо­ван­ными на фронте идей­ной борьбы. Их долг повсюду, где они нахо­дятся, бороться с тайными и явными прояв­ле­ни­ями комму­ни­сти­че­ской пропа­ганды.

Этим они заслу­жат своё право вновь обре­сти родину.

Этим они запла­тят долг благо­дар­но­сти борцам, веду­щим герой­скую борьбу на восточ­ном фронте.

Этим они оста­вят у приютив­ших их стран память не как о людях, бежав­ших за границу спасти свою жизнь, а как идей­ных борцах, с верой, двадцать с лишним лет, гото­вив­ших дело спасе­ния родины.

И. Дуссан



Публи­ка­ция подго­тов­лена авто­ром теле­грам-канала CHUZHBINA.

Поделиться