Десять главных книг первой половины 2020 года

Реву­щий 2020 год уже подо­шёл к сере­дине. Обещан­ные Третья миро­вая война, нефтя­ной кризис, гибель людей от вируса и «Чёрный Октябрь» в США не состо­я­лись, но наде­лали много шума, в кото­ром мы все с вами пото­нули, прильнув к экра­нам смарт­фо­нов. Окон­ча­тельно чело­ве­че­ство не вымерло, но локдаун был вполне реален; книж­ные мага­зины закры­лись, изда­тель­ства прервали проекты, а новые книги пере­стали появ­ляться на полках и в пабли­ках. Действи­тельно, первая поло­вина этого года выда­лась скуд­ной на свежие книги извест­ных авто­ров, новые имена и пере­воды, однако всё же и в иссох­ших рощах нашлись живи­тель­ные плоды.

Итак, в этой подборке десять книг 2020 года, на кото­рые, по моему скром­ному мнению, стоит обра­тить внима­ние. Как всегда очерёд­ность не играет роли — это просто список.


«Старик путешествует», Эдуард Лимонов

Смерть Эдуарда Вени­а­ми­но­вича стала одним из глав­ных собы­тий в совре­мен­ной России, отде­ля­ю­щих долгий XX век от нового XXI века, начав­ше­гося на наших глазах совсем недавно. Став одна­жды симво­лом ушед­шей эпохи, Эдичка продол­жил быть скорее симво­лом, чем писа­те­лем.

Послед­няя, именно уже послед­няя, а не «край­няя», книга Лимо­нова не стала испо­ве­дью или финаль­ным фило­соф­ским Opus magnum, не стала призы­вом к рево­лю­ции или куль­тур­ным мани­фе­стом. Это свое­об­раз­ный сбор­ник заме­ток, пейзаж­ные зари­совки и нащу­пан­ные в помут­нён­ном созна­нии дрях­лой боль­ной стар­че­ской рукой воспо­ми­на­ния о яркой и долгой жизни. При прочте­нии возни­кает ощуще­ние, что вы не гово­рите с моло­дым и дерз­ким Эдич­кой. Ощуще­ние, что собран­ными в книге текстами он не совсем хотел с вами делиться. Не поду­майте только, ничего сверх­ин­тим­ного или карди­нально непуб­лич­ного в путе­ше­ствии старика нет. Но с каждой стра­ни­цей скла­ды­ва­ется впечат­ле­ние, что вы не ведёте прямую беседу с умуд­рён­ным жизнью дедуш­кой, а роетесь в верх­нем ящике его стола, кото­рый он забыл закрыть на ключ. Роетесь в запис­ках, пись­мах, помет­ках, фото­гра­фиях, пока дедушка спит в сосед­ней комнате после долгого разго­вора. Книги Лимо­нова меня­лись вместе с ним — от харь­ков­ского хули­гана через модного на западе русского писа­теля до главы запре­щён­ной поли­ти­че­ской партии. И вот послед­няя книга Лимо­нова — это возмож­ность дать всем нам поко­паться в дедуш­ки­ном столе, посмот­реть на его личное, прочи­тать его ворча­ние и увидеть, как старик всё ещё путе­ше­ствует.


«Русский комикс 1935 — 1945. Королевство Югославия. Том 2». Издательство «Чёрная Сотня»

 

Непо­нятно кому работ­ники «Чёрной Сотни» продали душу, но умение делать насто­я­щие книж­ные хиты стало их глав­ным конь­ком. Трудно вспом­нить и назвать изда­тель­ство в совре­мен­ной России, кото­рое вместо излиш­него фило­соф­ство­ва­ния или субкуль­тур­ного упое­ния марги­наль­ным могло бы смело и громко заявить о себе и о выпус­ка­е­мых книгах.

Ещё пару лет назад идея, что комиксы, создан­ные во второй четверти XX века белыми офице­рами на Балка­нах, станут в совре­мен­но­сти насто­я­щим книж­ным бест­сел­ле­ром, не прихо­дила никому в голову. Но сейчас это уже свер­шив­шийся факт. Второй том «Русского комикса» продол­жает выпол­нять миссию по уничто­же­нию разрыва в насле­дии и преем­ствен­но­сти русской куль­туры. Сам комикс — это возрож­де­ние утра­чен­ного наци­о­наль­ного досто­я­ния и демон­стра­ция того, какой смелой и краси­вой, какой захва­ты­ва­ю­щей и мощной может быть русская куль­тура, состо­я­щая из насто­я­щего эпоса и гран­ди­оз­ной эсте­тики, а не только из кокош­ника и песен Надежды Бабки­ной.

Данный том вклю­чает пять графи­че­ских новелл по моти­вам извест­ных произ­ве­де­ний; «Ночь перед Рожде­ством» Нико­лая Гоголя, «Хаджи-Мурат» Льва Толстого, «Дочь Почт­мей­стера» по моти­вам пушкин­ского «Стан­ци­он­ного смот­ри­теля», «Воскре­се­ние» по моти­вам Льва Толстого и архе­ти­пич­ная для всего евро­пей­ского простран­ства исто­рия о проти­во­сто­я­нии чело­века и сата­нин­ских сил — «Дьявол и его ученик» Сергея Соло­вьева.


«Игра в цивилизацию», Егор Холмогоров

Эта книга попа­дает в список не только из-за акту­аль­но­сти в эпоху глобаль­ных пертур­ба­ций и пере­смотра исто­рии, но также и из-за весьма обшир­ного мате­ри­ала по теме разви­тия циви­ли­за­ци­он­ного процесса, подан­ного сжато и концен­три­ро­вано. В своей работе извест­ный публи­цист в виде очер­ков даёт обзор работ по циви­ли­за­ци­он­ному подходу и изуче­нию циви­ли­за­ций как тако­вых. Одним из глав­ных вопро­сов книги, выне­сен­ным в отдель­ный очерк, явля­ется вопрос о Русской/Российской циви­ли­за­ции и её само­опре­де­ле­нии. Весьма инте­рес­ный обзор, акту­аль­ный для нашего времени.


«Дневник Писателя», Ф. М. Достоевский

Чем хорош Петер­бург, так тем, что даже в эпоху пост­мо­дерна и ниги­лизма здесь будет изда­ваться и попу­ля­ри­зи­ро­ваться клас­сика. Неболь­шое фило­соф­ское изда­тель­ство «Умозре­ние» пере­вы­пу­стило (прону­ме­ро­вав каждый экзем­пляр) сбор­ник статей Фёдора Михай­ло­вича, кото­рые он изда­вал под назва­нием «Днев­ник Писа­теля» с 1873 по 1881 годы. Весьма объём­ная книга удосто­и­лась прекрас­ного худо­же­ствен­ного оформ­ле­ния, а сам «Днев­ник» — не личное и интим­ное вели­кого гения, а доброт­ная и каче­ствен­ная публи­ци­стика, кото­рая соче­тает в себе очерки, статьи, обзоры, заметки и коммен­та­рии.

Сейчас нам кажется, что русский писа­тель был эдаким боро­да­тым деми­ур­гом, воссе­да­ю­щим в высо­кой башне аки Сару­ман, но на самом деле Фёдор Михай­ло­вич был вполне соци­а­ли­зи­ро­ван­ным и обще­ственно-актив­ным чело­ве­ком (напри­мер, он вместе с Менде­ле­е­вым посе­щал модные тогда спири­ти­че­ские сеансы). «Днев­ник Писа­теля» — а именно на таком назва­нии наста­и­вал Фёдор Михай­ло­вич, как бы отсы­лая к профес­сии, а не к себе лично — станет для многих новым ракур­сом для взгляда на клас­сика и его космос.


«Золотой ключ, или Похождения Буратины» книга 2, том 1–2, Михаил Харитонов

В совре­мен­ном мире глав­ным действу­ю­щим лицом лите­ра­туры стал фанфик, причём во всех его прояв­ле­ниях. Глупые детек­тивы в мягких облож­ках — фанфики на произ­ве­де­ния Дойля и Кристи, исто­рии о попа­дан­цах — фанфики на «Трудно быть богом» и так далее. Совре­мен­ный потре­би­тель пере­гру­жен инфор­ма­цией, и ему очень трудно следить за новыми книгами и новыми явле­ни­ями, а уже знако­мые герои или сюжеты вызы­вают дове­рие.

На этой почве и появился «Золо­той ключик» — глобаль­ное фанта­сти­че­ское полотно с глобаль­ной вселен­ной, чёрным юмором, изде­ва­тель­ством над действи­тель­но­стью, буду­щим и прошлым, а также с огром­ным аппа­ра­том сносок и коммен­та­риев для объяс­не­ния сути проис­хо­дя­щего. Сам мир рису­е­мого буду­щего — это не соро­кин­ская «Теллу­рия», а насто­я­щий шизо­фре­ни­че­ский поста­по­ка­лип­ти­че­ский мир с кибри­дами, боевыми гомо­се­ками и равви­нами (не шутка), куль­том педо­фи­лов. Это мир, в кото­ром знако­мые вещи имеют совсем другое значе­ние и пред­на­зна­че­ние. Хотя о чём речь? Един­ствен­ным доступ­ным источ­ни­ком о пред­ше­ству­ю­щей циви­ли­за­ции в данной книге явля­ется ноут­бук депу­тата Госдумы от ЛДПР, умер­шего на очеред­ной попойке. Прекрасно? Я тоже так думаю.

Первая книга серии вышла в 2019 году, но оба тома второй продол­жают повест­во­ва­ние об удиви­тель­ной (во всех смыс­лах) Вселен­ной, где прак­ти­че­ски не оста­лось людей, а боевой раввин Кара­бас бар Раббас отправ­ля­ется на поиски «Золо­того ключика». Прекрас­ный пример отече­ствен­ного пост­мо­дерна, полу­чив­шего хоро­шее худо­же­ствен­ное вопло­ще­ние.

В завер­ше­ние хоте­лось сказать, что 2020 год стал роко­вым для русской лите­ра­туры, и, унёс жизнь вели­кого русского писа­теля Констан­тина Анато­лье­вича Крылова, кото­рый и творил под псев­до­ни­мом Михаил Хари­то­нов.


«Божественная Комедия» в зеркалах русских переводов: К истории рецепции дантовского творчества в России«, Кристиан Ланда

Пери­о­ди­че­ски анали­зи­руя отече­ствен­ные лите­ра­тур­ные медиа, пора­жа­ешься насколько узко они осве­щают книж­ный рынок. Иногда возни­кает ощуще­ние, что у «власте­ли­нов дискурса» есть только 10–20 имён и фами­лий, кото­рые они способны назы­вать, а кроме Сьюзен Зонтаг они ничего не читали (скорее всего, не читали и её). В связи с этим хочется напом­нить, что суще­ствует и здрав­ствует прекрас­ное изда­тель­ство РХГА, выпус­ка­ю­щее огром­ное коли­че­ство книг по фило­со­фии, социо­ло­гии, исто­рии, куль­ту­ро­ло­гии и смеж­ным наукам. К непо­нят­ной для меня лично неспра­вед­ли­во­сти, это изда­тель­ство как будто не суще­ствует для совре­мен­ного книж­ного медиа-сегмента. Что и хоте­лось бы испра­вить.

Книга «Боже­ствен­ная коме­дия в зерка­лах русских пере­во­дов» — это не просто исто­рио­гра­фи­че­ская или исто­ри­че­ская работа, отнюдь, этот труд явля­ется внуши­тель­ной ретро­спек­ти­вой, позво­ля­ю­щей лучше разо­браться не только в самой «Боже­ствен­ной коме­дии», но и сквозь её призму взгля­нуть на изме­не­ния русского языка, обще­ствен­ных собы­тий, лите­ра­тур­ного процесса в проме­жутке с XIX по XXI века. Крайне инте­рес­ная работа не только для тех, кто зани­ма­ется Данте, но и для рядо­вого чита­теля.


«Кривоклят», Яцек Денель

У совре­мен­ной отече­ствен­ной лите­ра­туры есть две проблемы. Первая — мы недо­ста­точно читаем друг друга, а вторая — мы слиш­ком много читаем пере­во­дов, но не тех, кото­рые следо­вало бы. Этот пробел посте­пенно воспол­ня­ется.

Так, неболь­шое петер­бург­ское изда­тель­ство Яромира Хладика успело выпу­стить в свет пере­вод романа «вундер­кинда» поль­ской совре­мен­ной лите­ра­туры «Криво­клят», повест­ву­ю­щий о Хансе Иоахиме Боль­мане — знаме­ни­том «кислот­ном убийце», поли­ва­ю­щем миро­вые шедевры кисло­той (64 картины постра­дали от него). В реаль­но­сти Боль­ман был просто боль­ным чело­ве­ком, не спра­вив­шимся с поте­рей люби­мой супруги. В романе, как и поло­жено худо­же­ствен­ному произ­ве­де­нию, взгляд на Боль­мана изме­нён; здесь мы смот­рим на поступки вандала его же глазами, глазами чело­века, не прини­ма­ю­щего клас­си­че­ское искус­ство и высту­па­ю­щего против него самым разру­ши­тель­ным спосо­бом. По ходу романа чита­тель стано­вится соучаст­ни­ком ванда­лизма. Само произ­ве­де­ние смакует насла­жде­ние от разру­ше­ния, напи­сан­ного в манере потока созна­ния, напо­ми­на­ю­щего чем-то манеру Корта­сара. Удиви­тельно, что роман не был заме­чен крити­кой и прак­ти­че­ски не оста­вил о себе следов. Настой­чиво реко­мен­дуем прочи­тать.


«Ягоды», Роман Михайлов

Романа Михай­лова — гени­аль­ного мате­ма­тика, а по совме­сти­тель­ству и прекрас­ного само­быт­ного писа­теля — принято назы­вать чуть не новой рок-звез­дой попо­лам с Пеле­ви­ным. С нашей точки зрения, всё же, Роман Михай­лов — это явле­ние, насто­я­щий, само­сто­я­тель­ный, уникаль­ный фено­мен и как чело­век и как твор­че­ский субъ­ект, решив­ший вопло­тить «Капи­та­лизм и шизо­фре­нию» на русской лите­ра­тур­ной почве со всеми выте­ка­ю­щими. Его книги стоит прочи­тать как мини­мум за их необыч­ность и истин­ную шизо­ид­ную струк­тур­ность, за непо­вто­ри­мый микро­косм и взры­ва­ю­щий мозги взгляд на мир. Новая же книга «Ягоды» явля­ется не фило­соф­скими эссе или рома­ном (как это было раньше), а сбор­ни­ком сказок-расска­зов, сквозь кото­рые можно по-разному взгля­нуть на мир. Рассказы не стро­ятся в какую-то одну канву, они все отли­ча­ются и тем самым создают гран­ди­оз­ный коллаж, с помо­щью кото­рого можно окунуться в реки старого доброго безу­мия. Очень сове­тую обра­тить внима­ние, особенно тем, кто только знако­мится с твор­че­ством Романа.


«Барон Унгерн — Бог Войны», А. С. Макеев

Барон Унгерн — фигура леген­дар­ная, чьё отра­же­ние в исто­рии обросло огром­ным коли­че­ством мифов и домыс­лов. Сейчас «крова­вый барон» рису­ется нам насто­я­щим псом войны, орга­ни­зо­вав­шим конные отряды из жите­лей степи и объявив­шим войну всему Модерну и совре­мен­но­сти в лице боль­ше­ви­ков и рефор­ма­то­ров. Увы, совре­мен­ная исто­ри­че­ская лите­ра­тура напол­нена разного рода пере­осмыс­ле­ни­ями или откро­вен­ными профа­на­ци­ями фигуры Унгерна, ввиду отсут­ствия креп­кой источ­ни­ко­вой базы.

Воспо­ми­на­ния Маке­ева, адъютанта самого барона — это те немно­гие крупицы, те свиде­тель­ства очевидца, остав­ши­еся нам от эпохаль­ных собы­тий. Текст книги уника­лен, ибо издан лишь одна­жды в Шанхае в 1934 году, даже многим иссле­до­ва­те­лям он изве­стен лишь по назва­нию, и после первого вопло­ще­ния ни разу не пере­из­да­вался. Надо ли гово­рить ещё что-то об уникаль­но­сти этих воспо­ми­на­ний? И боль­шая слава ребя­там из обще­ства ЧА-ЩА, кото­рые впер­вые за долгое время пере­из­дали этот труд на бумаге.


«Глава ПраВИТТЕльства», автор-составитель Элла Сагинадзе

 

Внуши­тель­ное и прекрасно оформ­лен­ное изда­ние, выпу­щен­ное к 170-летию со дня рожде­ния первого премьер-мини­стра Россий­ской импе­рии. В книге чита­тель найдёт 270 поли­ти­че­ских кари­ка­тур из отече­ствен­ных журна­лов 1905 — 1908 годов (период явля­ется насто­я­щим расцве­том сати­ри­че­ской пери­о­дики) и коммен­та­рии к ним. Несмотря на обилие графи­че­ских элемен­тов, книга предо­став­ляет чита­телю возмож­ность увидеть повсе­днев­ное изме­ре­ние русского обще­ства начала XX века, а также поли­ти­че­ские дебаты и споры, шутки и насто­я­щие изде­ва­тель­ства над лицами, прини­ма­ю­щими реше­ния. Как гово­рят сами изда­тели — «…мало­изу­чен­ный, но ценней­ший пласт визу­аль­ной исто­рио­гра­фии, — впер­вые вводятся в оборот» — и здесь я могу подпи­саться под каждым словом.


Публи­ка­цию подго­то­вил Влади­мир Кова­ленко, писа­тель-пост­мо­дер­нист, автор рома­нов «Ах Куй или Исто­рия о зага­доч­ной и трагич­ной смерти Павла Петро­вича, пробле­мах Пост­мо­дерна, и о пробле­мах лите­ра­туры и лите­ра­то­ров и вообще» и «Из-под ногтей».


Читайте также «Анде­гра­унд­ный русский small-press: десять неза­ви­си­мых изда­тельств»

Поделиться