Ария войны. Оперы и балеты на военную тематику

Исто­ри­че­ские собы­тия остав­ляют неиз­гла­ди­мый след в куль­туре, и Вели­кая Отече­ствен­ная война не стала исклю­че­нием. Массам гораздо более известны книги и фильмы на воен­ную тема­тику, но мы решили продол­жить исто­рию оперно-балет­ной сцены в Совет­ском Союзе, нача­тую мате­ри­а­лом об исто­рико-рево­лю­ци­он­ных поста­нов­ках. Сего­дня речь пойдёт о бале­тах, операх и оперет­тах, авторы кото­рых размыш­ляли о собы­тиях глав­ной отече­ствен­ной войны XX века.


Дмит­рий Шоста­ко­вич писал:

«Одна­жды я услы­шал в разго­воре пора­зив­шую меня фразу: „Ника­кая симфо­ния не оста­но­вит танк, ника­кая песня не прервёт полёт бомбар­ди­ров­щика с бомбами“. Фраза эта гром­кая, но глубоко не верная по суще­ству».

Да, на воен­ную силу отве­чать следует только силой. Но всегда есть что-то, что укреп­ляет эту силу, подни­мает дух — музыка, очища­ю­щая душу. Она же помо­гает нам осмыс­лить миро­вой воен­ный ката­клизм и его послед­ствия. Посред­ством музыки люди отдают дань героям, предо­сте­ре­гают буду­щие поко­ле­ния от повто­ре­ния ката­строфы, увеко­ве­чи­вая пере­жи­тую траге­дию в искус­стве.

Балет Игоря Бель­ского «Ленин­град­ская симфо­ния». Фото 1967 года

Война на танце­валь­ной сцене отра­зи­лась спек­тром остро эмоци­о­наль­ных бале­тов. Их поста­нов­щики сказали новое слово не только в содер­жа­тель­ном напол­не­нии оперно-балет­ного репер­ту­ара, но и в хорео­гра­фии в целом. Это такие спек­такли, как «Татьяна» («Дочь народа») Алек­сандра Крейна, «Берег счастья» Анто­нио Спада­век­киа, «Бухен­вальд­ский набат» (по моти­вам песни поэта Алек­сандра Собо­лева и компо­зи­тора Вано Мура­дели).

Мало кто знает, что «Ленин­град­ская симфо­ния» — это не только вели­кое произ­ве­де­ние Шоста­ко­вича, но и одно­имён­ный балет по её моти­вам. Первая поста­новка одно­акт­ного балета на музыку первой части знаме­ни­той Седь­мой симфо­нии прошла в Нью-Йорке в 1945 году и осуществ­лена извест­ным хорео­гра­фом Леони­дом Мяси­ным. Однако широ­кую извест­ность полу­чила версия совет­ского балет­мей­стера Игоря Бель­ского, постав­лен­ная в Ленин­град­ском театре оперы и балета в 1961 году. Идея Бель­ского поста­вить балет на музыку Шоста­ко­вича встре­тила одоб­ре­ние компо­зи­тора, кото­рый сказал:

«Если вы хотите ставить балет-симфо­нию, именно балет-симфо­нию, то должны создать хорео­гра­фи­че­скую парти­туру. Как есть парти­тура музы­каль­ная, так у вас должна быть хорео­гра­фи­че­ская».

Эпизод «Горе­льеф» из «Ленин­град­ской симфо­нии». Фото 1962 года

Пона­чалу проект не вызвал инте­реса у руко­вод­ства театра, а глав­ный балет­мей­стер театра Констан­тин Сергеев согла­сился на поста­новку, лишь когда Бель­ский пред­ло­жил сделать спек­такль «внепла­но­вым и моло­дёж­ным». Ни залов, ни сцены, ни репе­ти­ци­он­ного времени у поста­но­воч­ной группы не было — рабо­тали где придётся, в нера­бо­чее время под магни­то­фон­ную запись. Впослед­ствии «Ленин­град­ская симфо­ния» приоб­рела боль­шую попу­ляр­ность, пере­но­си­лась на многие сцены и была хорошо принята не только в СССР, но и в запад­ных стра­нах.

Совре­мен­ная поста­новка «Ленин­град­ской симфо­нии» в Мари­ин­ском театре

Одна из важных вех в разви­тии акту­аль­ного балет­ного искус­ства — поста­новка балета «Помните!» («Круг») Андрея Эшпая, осуществ­лён­ная в 1981 году на сцене Куйбы­шев­ского театра. Балет-преду­пре­жде­ние, глубо­чай­ший в плане интер­тек­сту­аль­но­сти, «Помните!» проник­нут ощуще­нием трагич­ной конфликт­но­сти мира, хруп­кого по своей сути. Слово свиде­телю первой поста­новки, музы­ко­веду Инне Касья­но­вой:

«Эшпай как бы даёт „срез“ музы­каль­ных стилей, харак­тер­ных для 20-х — 30-х годов ХХ века, — неоклас­сика, джаз, модерн во всех его прояв­ле­ниях. Но как, каким другим языком точно и емко можно было расска­зать о пути чело­ве­че­ства к миро­вой ката­строфе?! Мы прожи­вали вместе с компо­зи­то­ром и поста­нов­щи­ком (Игорем Черны­шё­вым. — Прим.) эволю­цию поко­ле­ния… Раско­ван­ность превра­ща­лась во вседоз­во­лен­ность, проис­хо­дила пере­оценка ценно­стей. Из конструк­тив­ной пластики рожда­лась шаги­стика. Невольно вспом­ни­лись кадры фильма „Обык­но­вен­ный фашизм“. А потом — лес рук, шаг по распро­стёр­тым телам, призрач­ный хоро­вод теней, ассо­ци­и­ру­ю­щий к карти­нам Пикассо, транс­фор­ми­ро­ван­ному Матиссу и траге­дии Хиро­симы и Нага­саки. На сцене люди, превра­тив­ши­еся в надгро­бия. Звуча­ние срыва­ю­ще­гося в плаче одино­кого голоса альто­вой флейты, коло­кол и — хорал как музы­каль­ный символ смерти, близ­кий сред­не­ве­ко­вой секвен­ции „Dies irae“ („День гнева“)…»

Он и Она (Сергей Воро­бьёв и Елена Брижин­ская) в балете «Помните!». Куйбы­шев­ский театр оперы и балета

Всегда полная экспрес­сии в сред­ствах выра­же­ния, в соче­та­нии с воен­ной тема­ти­кой опера стано­вится ещё более прон­зи­тель­ной, проник­но­вен­ной. Траге­дию и геро­изм воен­ных лет вопло­тили в себе спек­такли «Моло­дая гвар­дия» Юлия Мейтуса, «Днев­ник Анны Франк» Григо­рия Фрида, «Семья Тараса» Дмит­рия Каба­лев­ского, «А зори здесь тихие» Кирилла Молча­нова.


Совре­мен­ное испол­не­ние «Днев­ника Анны Франк», Мари­ин­ский театр

«А зори здесь тихие» — особенно инте­рес­ное явле­ние в опер­ном искус­стве: сюжет пове­сти Бориса Васи­льева так полю­бился китай­скому народу, что в 2015 году опера с этим назва­нием была заново постав­лена пекин­ским Наци­о­наль­ным центром испол­ни­тель­ских искусств, но уже на музыку Тан Цзянь­пина, перед кото­рым стояла труд­ная задача прида­ния ей русского духа. Режис­сёр Ван Сяоин гово­рит:

«Перед тем, как созда­вать поста­новку, я прочи­тал повесть „А зори здесь тихие“, потом посмот­рел фильм режис­сёра Стани­слава Ростоц­кого. Я знаю, как любят в России это произ­ве­де­ние. И я старался пока­зать теплоту чело­ве­че­ских отно­ше­ний и беспо­щад­ную жесто­кость войны».

Китай­ская поста­новка «А зори здесь тихие»

Одной из первых опер, отра­зив­ших собы­тия войны и также имев­ших лите­ра­тур­ную основу, была «Повесть о насто­я­щем чело­веке» Сергея Проко­фьева по одно­имён­ному произ­ве­де­нию Бориса Поле­вого, создан­ная в 1948 году. Проко­фьеву удалось создать нова­тор­ское по содер­жа­нию и по форме произ­ве­де­ние. Твор­че­ская смелость компо­зи­тор­ского замысла состо­яла в разру­ше­нии привычно опер­ной услов­но­сти, ведь место действия — аэро­дром, воздуш­ный бой, госпи­таль, а драма­тур­ги­че­ский конфликт пред­став­лен лишь через описа­ния собы­тий, пере­жи­ва­ния героев, а не посред­ством их столк­но­ве­ний друг с другом. Но закры­тый показ оперы в Ленин­град­ском театре оперы и балета завер­шился разгро­мом. Премьера в новой редак­ции состо­я­лась только после смерти компо­зи­тора в Боль­шом театре в 1960 году.

Алек­сандр Воро­шило в партии Алек­сея в опере «Повесть о насто­я­щем чело­веке». Боль­шой театр, 1980-е годы


Совре­мен­ная поста­новка «Пове­сти о насто­я­щем чело­веке»

Нако­нец, жанр оперетты, кото­рый воспри­ни­ма­ется зрите­лем в первую очередь как развле­ка­тель­ный. Даже в нём поста­нов­щики довольно удачно вопло­щали тему войны: можно вспом­нить «Раски­ну­лось море широко» Виктора Витлина, Льва Круца и Нико­лая Минха, «Нет меня счаст­ли­вей» Андрея Эшпая и другие примеры.

В 1961 году Констан­тин Листов создает геро­ико-роман­ти­че­скую оперетту «Сева­сто­поль­ский вальс», лейт­мо­ти­вом кото­рой стала мело­дия одно­имён­ного вальса. Компо­зи­тор вспо­ми­нал:

«Я напи­сал много песен о море и моря­ках, и когда мои соав­торы пред­ло­жили напи­сать музы­каль­ную коме­дию о сева­сто­поль­цах, я радостно согла­сился, потому что в этой, близко знако­мой мне теме соче­та­ются геро­ика и лирика, роман­тика и юмор».

«Сева­сто­поль­ский вальс» в испол­не­нии Госу­дар­ствен­ного Акаде­ми­че­ского музы­каль­ного театра Респуб­лики Крым

Действие этой роман­ти­че­ской исто­рии проис­хо­дит в дни геро­и­че­ской обороны Сева­сто­поля, в июне 1942 года, на Инкер­ман­ских высо­тах, а затем в мирное время, когда фрон­то­вые друзья встре­ча­ются вновь. В 2010 году, в канун 65-летия Победы, спек­такль поста­вили в Петер­бурге, где он прошёл 400 раз, в Воро­неже и других горо­дах России.

Поделиться