Путь боли: ещё раз о фильме «Про рок»

На стри­мин­го­вых серви­сах нако­нец-то появился фильм «Про рок», кото­рый в обыч­ных кино­те­ат­рах вышел ещё в 2017 году. Это исто­рия моло­дых музы­кан­тов, кото­рые идут к своей мечте, по пути стал­ки­ва­ясь с рути­ной повсе­днев­но­сти, пере­ме­нами в личной жизни, нехват­кой обра­зо­ва­ния и денег и другими труд­но­стями. Режис­сё­ром высту­пил Евге­ний Григо­рьев, снимав­ший до этого «Напро­тив Левого берега» и сериал «И ты, Брут?! Всемир­ная исто­рия преда­тельств».

Взгля­нем на кино ещё раз, теперь из 2020 года.


Напом­ним идею ленты: созда­тели фильма орга­ни­зо­вали смотр-конкурс групп Екате­рин­бурга и окрест­но­стей, пригла­сили в жюри Бобунца, Шахрина и прочих деду­шек сверд­лов­ского рока. Они отобрали три группы, за кото­рыми наблю­дали следу­ю­щие несколько лет с пере­ры­вами на безде­не­жье и прочие неуря­дицы. Съёмки картины нача­лись почти декаду назад: 2011 год, из кото­рого поют нам участ­ники отбо­роч­ного тура — это уже какая-то совсем другая архео­ло­ги­че­ская эпоха. С тех времён случи­лась «новая русская волна», и выход в мейн­стрим русского хип-хопа, и стри­мин­го­вые сервисы — в общем, инду­стрия сильно изме­ни­лась. И только русский рок формата «Нашего радио» остался преж­ним.

Фильм, если гово­рить о стили­сти­че­ских кате­го­риях, всё-таки именно про такую музыку. Да, одна из трёх групп — это «Горо­док чеки­стов», опере­див­шая всю продол­жа­ю­щу­юся до сих пор волну пост­панка про спаль­ные районы русской провин­ции. Именно она смот­рится на общем фоне фильма макси­мально странно, как некие сторон­ние и отстра­нён­ные коммен­та­торы, зара­нее надев­шие маски, а не как полно­цен­ные участ­ники проекта. Осталь­ные два коллек­тива — «Сам себе Джо» и «Cosmic LATTE» — стре­мятся как раз к «Наше­ствию», «старому доброму року» и одоб­ре­нию шахри­но­ба­бун­цо­кин­че­во­шев­чу­ков. И, надо признать, отыг­ры­вают роль эдаких типич­ных россий­ских рок-провин­ци­а­лов очень хорошо.

Собственно, это один из пластов фильма, даже если так кино авто­рами и не заду­мы­ва­лось — как явле­ние окук­ли­ва­ется, замы­ка­ется в себе и пере­стаёт пред­став­лять какой-либо инте­рес. Гранды, отби­ра­ю­щие свежую кровь, сами ничего не знают о свежей крови, да и знать не хотят — только чван­ливо, на правах хозяев жизни сыплют беспо­лез­ными, уста­рев­шими и просто тупыми сове­тами типа «надо репе­ти­ро­вать по восемь часов в сутки, иначе ничего не полу­чится». Они тоже отыг­ры­вают роли уста­лых и всё давным-давно поняв­ших мэтров, но иногда прока­лы­ва­ются. Сценка из фильма, обсуж­де­ние уже упомя­ну­того «Городка чеки­стов». «Ни на что не похо­жие!» — гласит вердикт жюри. Эй, ну вы же жили в вось­ми­де­ся­тые, вы же сами слушали ещё тот пост­панк, неужели формат «Нашего радио» — это и вправду учение деструк­тив­ной секты, и все, кто в него попа­дают, теряют ум и память?

Ещё исто­рия, не вошед­шая в фильм. Группа на отбо­роч­ном прослу­ши­ва­нии играет построк — в 2011 году в опре­де­лён­ных кругах это было модно — а жюри путает синте­за­торы, подложки и гитар­ные эффекты и сове­тует сделать звук как у Jamiroquai.

Типич­ный «русский рокер» любого масштаба — это вот такая изна­чально закры­тая, не имею­щая гори­зон­тов и ведо­мая прак­ти­че­ски одним лишь ресен­ти­мен­том твор­че­ская единица. В каждом городе будут десятки и сотни извест­ных и не очень подоб­ных групп, даже сейчас, а уж тем более, десять лет назад — и все они до сих пор убеж­дены в ценност­ных преиму­ще­ствах своей музыки с её «лого­цен­трич­но­стью» (хотя поэти­че­ски русский рок ничего никуда не развил и вообще дальше школь­ной программы по лите­ра­туре обычно не ходит), месси­ан­ством, моро­ком борьбы с «нена­сто­я­щей музы­кой», комплек­сом исклю­чи­тель­но­сти. И, кстати, тради­ци­о­на­лиз­мом тоже. Русский рок с девя­но­стых после­до­ва­тельно пытался изба­виться от имиджа «музыки проте­ста», сложив­ше­гося в конце совет­ской эпохи, и со време­нем изба­вился от неё окон­ча­тельно. Поэтому неуди­ви­тельно, что в интер­вью фронт­мен Cosmic LATTE повто­ряет офици­оз­ные лозунги про необ­хо­ди­мость стро­и­тель­ства храма в Екате­рин­бург­ском парке — сам Шахрин делал то же самое.

В итоге при взгляде из 2020 года картина полу­ча­ется экзо­ти­че­ской. Возможно, она грешит неко­то­рой энто­мо­ло­гич­но­стью: герои пока­заны пусть и со специ­фи­че­ской любо­вью, но при этом макси­мально жалкими. По сути, это изна­чально проду­ман­ная и выстре­лив­шая исто­рия заве­до­мых неудач. Неудач, в кото­рых никто не сомне­вался и в 2011 году.

Не думаю, что автор­ская интен­ция была в духе «о, посме­ёмся над неудач­ни­ками» — на это никто не стал бы тратить милли­оны рублей, и, повто­рюсь, сопе­ре­жи­ва­ние всё-таки заметно нево­ору­жён­ным глазом. При этом зритель­ский инте­рес осно­ван именно на том, что герои фильма — в быто­вом и твор­че­ском смысле в целом неудач­ники. Это музы­каль­ная версия фильма «Пыль» с маяча­щим на гори­зонте успе­хом вместо аппа­рата, созда­ю­щего иллю­зию испол­не­ния жела­ний.

Режис­сёр пыта­ется подсла­стить пилюлю — мол, я такой же, как и вы, парни. Вот, видите, у меня была неудач­ная премьера доку­мен­талки, с неё даже люди уходили, а потом я напился. Навер­ное, самое неубе­ди­тель­ное место всего фильма; ну, право, к чему это кокет­ство.

Чисто по-чело­ве­че­ски наибо­лее сопе­ре­жи­ва­ешь тут макси­маль­ному аутсай­деру, вока­ли­сту группы «Сам себе Джо». Там сразу поня­тен пото­лок коллек­тива в виде выступ­ле­ний в «Бургер Кинге». Говорю без сарказма, я не считаю, что все музы­канты должны быть попу­ляр­ными, куль­то­выми, значи­мыми или просто «инте­рес­ными». Траге­дия возни­кает там, где так считает сам музы­кант. «Чеки­сты» кажутся вполне хоро­шими ребя­тами, с кото­рыми можно было бы выпить и побе­се­до­вать за куль­турку (они своим присут­ствием разру­шают вот эту удуша­ю­щую русско­роч­ную атмо­сферу безна­дёги), а Cosmic LATTE в плохом смысле слова раздра­жают буквально всем.

Забавно, но и «Сам себе Джо», и Cosmic LATTE могли бы звучать в регу­ляр­ном эфире «Нашего радио». Ни стили­стика, ни «каче­ство», ни ценност­ные рамки этому, кажется, не мешают. Но тут мы опять упира­емся в формат, инсти­тут продю­сер­ства, марке­тинг и прочие штуки, о кото­рых шахрины и бобунцы гово­рить не будут, пред­по­чи­тая абстракт­ные нраво­уче­ния и мантры про дух русского рока, кото­рые в 2020 году звучат уже даже почти не раздра­жают своей несу­раз­но­стью, а вызы­вают чисто иссле­до­ва­тель­ский инте­рес.


Читайте также рецен­зию на первый полно­мет­раж­ный фильм Алек­сея Бала­ба­нова «Кино­зал. „Счаст­ли­вые дни“ (1991)». 

Поделиться