10 главных песен Егора Летова

Твор­че­ство Егора Летова соче­тает несо­че­та­е­мое. Элементы гараж­ного рока и «гараж­ного» звуча­ния сохра­ни­лись в его твор­че­стве даже в 2000-е: студия «ГрОб-рекордс», где запи­сы­ва­лись альбомы группы «Граж­дан­ская оборона», распо­ла­га­лась прямо в омской квар­тире Летова, изрядно потре­пав нервы сосе­дям за долгие годы суще­ство­ва­ния. Куда там самым попу­ляр­ным русским роке­рам, мота­ю­щимся с этими целями на элит­ные британ­ские и амери­кан­ские студии! При этом многие из них могут поза­ви­до­вать поэти­че­скому таланту омского само­родка, в текстах кото­рого на поря­док выше процент уникаль­ных слов, чем у «Машины времени», «Аква­ри­ума», «Сплина» и многих других.

Егора Летова одина­ково любят и нена­ви­дят «правые» и «левые» всех мастей за меняв­ши­еся поли­ти­че­ские увле­че­ния: вот, напри­мер, Чубайс недавно демон­стра­тивно отка­зался читать стихо­тво­ре­ния музы­канта. Его песни орга­нично смот­рятся в испол­не­нии дворо­вых гита­ри­стов — при том, что его тексты стано­вятся пред­ме­том серьёз­ных науч­ных иссле­до­ва­ний, конфе­рен­ций и сбор­ни­ков. Летов так и остался нонкон­фор­ми­стом и нефор­ма­лом, а его имя уже после смерти вышло из подпо­лья и стало брен­дом родного Омска, где даже в шутку пред­ла­гали пере­име­но­вать мест­ный аэро­порт в его честь.

VATNIKSTAN после обзора десяти глав­ных песен Высоц­кого и БГ пред­став­ляет анало­гич­ный список хитов из репер­ту­ара Летова. Безусловно, и в этот раз выбор может пока­заться субъ­ек­тив­ным, но в нём равным обра­зом присут­ствуют как ранние, так и позд­ние песни лидера «ГрОба», что убеж­дает в одном — как бы ни коррек­ти­ро­ва­лись его взгляды и его стиль, он всё равно продол­жал творить. А мы продол­жаем его слушать и сего­дня.


1. Зоопарк («Поганая молодёжь», 1985)

Егор Летов собрал первую рок-группу в 1982 году, когда ему было 18 лет. Она прово­ка­ци­онно назы­ва­лась «Посев» в честь эмигрант­ского журнала Народно-трудо­вого союза русских соли­да­ри­стов — поли­ти­че­ской орга­ни­за­ции наци­о­на­ли­сти­че­ского толка. Ника­кой правой идео­ло­гии музыка Летова не несла, это был баналь­ный протест несо­глас­ной «пога­ной» моло­дёжи конца эпохи застоя. Запи­сав больше десяти (!) альбо­мов за пару лет, группа распа­лась, а на её облом­ках в конце 1984 года появи­лась «Граж­дан­ская оборона».

В квар­тир­ных усло­виях, в основ­ном из сочи­нён­ных ранее для «Посева» песен, был запи­сан первый альбом, кото­рый, в общем, отра­жает бунтар­ские настро­е­ния моло­дой группы. Одной из компо­зи­ций, кото­рую Летов не забыл и часто испол­нял на концер­тах вплоть до смерти, стал «Зоопарк». Песня весьма пози­тив­ная, и с жела­нием лири­че­ского героя «уйти из зоопарка», чтобы «найти таких, как я, сума­сшед­ших и смеш­ных, сума­сшед­ших и боль­ных», хочется согла­ситься даже сего­дня.

На альбоме — под номе­ром 12:


И позд­нее концерт­ное испол­не­ние:

читать текст


2. Всё идёт по плану («Всё идёт по плану», 1988)

Эта песня не нужда­ется в пред­став­ле­нии. Кажется, что её знают во всех угол­ках нашей необъ­ят­ной родины, и для многих Егор Летов и «Граж­дан­ская оборона» — это «Всё идёт по плану», и больше ничего.

В одном из сбор­ни­ков стихов Летова текст «Всё идёт по плану» дати­ро­ван 1986 годом. Выхо­дит, что он напи­сал его вскоре после трёх­ме­сяч­ного прину­ди­тель­ного лече­ния в псих­боль­нице и ещё до гром­кого выступ­ле­ния на Ново­си­бир­ском рок-фести­вале в 1987 году, после кото­рого о «Граж­дан­ской обороне» стали гово­рить по всей стране. Действи­тельно, не самый пози­тив­ный год в биогра­фии Летова. Вот как он описы­вал обсто­я­тель­ства созда­ния текста:

«Я смот­рел очень долго теле­ви­зор… Мне было страшно хуёво (не помню почему). Но у меня почти все песни рожда­ются в состо­я­нии, в общем, таком… Я смот­рел теле­ви­зор и… не помню, какое там [шло] дерьмо. А после этого я просто пришёл в комнату, сел и у меня пошёл такой поток изнутри, что я просто взял и стал подряд запи­сы­вать. Она, по правде, длин­ная была перво­на­чально…
<…>То есть, песня не про Ленина ника­кого там, ни про комму­низм, ни про КГБ. А от имени чело­века, кото­рый прихо­дит домой и начи­нает там кула­ком по столу стучать или голову на руки пове­сит… <…>
Вокруг этой песни столько было наве­шано — каких-то лозун­гов поли­ти­че­ских, каких-то там фило­со­фий. Просто песня совсем, в общем-то, не про то».

В начале 1988 года Летов запи­сал целых три альбома, отчего, конечно, они не выиг­рали в каче­стве записи. Но в случае с глав­ным хитом группы, кото­рый вошёл в одну из пласти­нок, каче­ство звука не имело ника­кого значе­ния. Титулы «эпохаль­ного» произ­ве­де­ния, «гимна поко­ле­ния» и даже фольк­лор­ное твор­че­ство в виде допол­ни­тель­ных купле­тов (один из самых извест­ных: «Моя мили­ция меня бере­жёт, сначала сажает, а потом стере­жёт…») — в чём причина такого успеха? Навер­ное, в простоте и при этом искрен­ней злоб­но­сти абсурд­ного текста, а заодно и в баналь­ной музыке из повто­ря­ю­щихся четы­рёх аккор­дов.

На альбоме — под номе­ром 16:


Несмотря на то, что Летов устал от попу­ляр­но­сти песни, он почти всегда испол­нял её на концер­тах. Его жена и бас-гита­ристка «ГрОба» Ната­лья Чума­кова так пере­да­вала его слова: «вот мы прие­хали в этот город един­ствен­ный раз — и как не сыграть её этим людям? Они, может быть, всю жизнь мечтали эту песню услы­шать». Поэтому послу­шаем и мы:

И ещё в краси­вом инстру­мен­таль­ном пере­ло­же­нии:

И даже в симфо­ни­че­ском:

читать текст


3. Моя оборона («Здорово и вечно», 1989)

«„Здорово и вечно“ я напи­сал, пребы­вая в нату­раль­ном тран­со­вом, одер­жи­мом состо­я­нии, очень близ­ком, „церковно-кано­ни­че­ски“ выра­жа­ясь, к бесно­ва­нию», — гово­рил Летов об этом альбоме. В него попал шедевр «Моя оборона», кото­рый, как и «Всё идёт по плану», стал одной из песен для народ­ных завы­ва­ний под гитару и паро­дий­ных пере­пе­вок. По словам брата Егора, саксо­фо­ни­ста Сергея Летова, «пласт­мас­со­вый мир» — это пласт­мас­со­вые игрушки, кото­рые в огром­ном коли­че­стве были у них в детстве.

Во второй поло­вине 1980-х годов Егора Летова (слева) чаще всего ещё можно было наблю­дать без бороды. Более привыч­ный образ появился позже.

И правда, текст песни содер­жит какие-то детские образы — кораб­лик, мячик, солнеч­ный зайчик. Но детской сама песня от этого не стано­вится, и под «пласт­мас­со­вым миром» мы нередко пони­маем суро­вую реаль­ность, кото­рая ломает наши идеа­ли­сти­че­ские, почти детские пред­став­ле­ния о жизни.

На альбоме — под номе­ром 3:


Благо­даря лако­нич­но­сти текста и его фило­соф­ской отстра­нён­но­сти «Моя оборона» неплохо звучит в нето­роп­ли­вом акусти­че­ском испол­не­нии:

При этом и полно­цен­ное дина­мич­ное испол­не­ние песне не вредит:

«Моя оборона» — одна из самых попу­ляр­ных песен Летова для кавер-версий, причём чаще именно в жёст­кой «рокер­ской» версии. Скажем, такой вари­ант испол­нял Шнур в составе своего сайд-проекта «Рубль»:

читать текст


4. Русское поле экспериментов («Русское поле экспериментов», 1989)

Назва­ние этой песни тоже стало крыла­тым выра­же­нием, хотя, в отли­чие от двух преды­ду­щих, вряд ли многие смогут воспро­из­ве­сти на память очень длин­ный текст данной компо­зи­ции. Зато разби­рать её с точки зрения пост­мо­дер­нист­ского цити­ро­ва­ния очень любо­пытно: тут вам и отсылка к Бертрану Расселу («вечность пахнет нефтью»), и образ дебют­ной пове­сти «Посто­рон­ний» Альбера Камю («искус­ство быть посто­рон­ним»), и иска­жён­ные цитаты русских поэтов («сеяли разум­ное, доброе, вечное» из Некра­сова). В итоге студий­ная запись на одно­имён­ном альбоме зани­мает 14 минут — насто­я­щее фило­соф­ское размыш­ле­ние о судь­бах России. В 1990 году Егор Летов сказал:

«Я вообще заме­чаю, что подо­шёл к некоей услов­ной грани — к неко­ему, как бы высшему для меня уровню крутизны, за кото­рым слова, звуки, образы уже „не рабо­тают“, вообще, всё, что за ним — уже не вопло­тимо (для меня, во всяком случае) через искус­ство. Я это понял, когда напи­сал „Русское поле экспе­ри­мен­тов“. Оно для меня — вышак. Предел. Крас­ная черта. Дальше — у меня нет слов, нет голоса».

Кроме ощуще­ния, что твор­че­ство дошло до пика и «выдох­лось», Летова на рубеже 1980–1990-х годов стала беспо­ко­ить расту­щая попу­ляр­ность группы. Он не хотел превра­щать её в коммер­че­ский проект, и в итоге «Граж­дан­ская оборона» была распу­щена. Послед­ний альбом до роспуска — «Инструк­ция по выжи­ва­нию» (1990) — состоял даже не из песен Летова, он высту­пил только в каче­стве соли­ста. Одним словом, на тот момент действи­тельно могло казаться, что «Русское поле экспе­ри­мен­тов» и как альбом, и как послед­няя песня — это финаль­ный аккорд быст­рой, но очень плодо­ви­той музы­каль­ной эпопеи «ГрОба».

На альбоме — под послед­ним номе­ром 10:


Стоит отме­тить, что многие позд­ние испол­не­ния старых песен «ГрОба» отли­ча­ются выдер­жан­ным проник­но­вен­ным голо­сом зрелого Летова. Впечат­ле­ния от запи­сей 1980-х и 2000-х в итоге полу­ча­ются немного разными:

Для разно­об­ра­зия также послу­шайте люби­тель­скую запись совсем не люби­тель­ской по вирту­оз­но­сти версии песни на аккор­деоне:

читать текст


5. Самоотвод / Про окурок и курок («Прыг-скок», 1990)

Куда же русскому року без суици­даль­ной темы? «Само­от­вод», он же извест­ный под назва­нием «Про окурок и курок», был напи­сан ещё на пике твор­че­ства «ГрОба», но, как гово­рил сам Летов, песня «долго плутала по всяким полу­с­бор­ни­кам, неза­слу­женно ни в какой альбом так и не попав» (только затем, при позд­нем пере­из­да­нии «Боевого стимула» 1988 года её вклю­чили в указан­ную пластинку). Тем време­нем исто­рия «Граж­дан­ской обороны» временно оста­но­ви­лась, и Летов создал другую группу — «Егор и Опиз­де­нев­шие». От подо­бия панк-рока не оста­лось и следа: стили­стика музыки, текстов и даже оформ­ле­ния обло­жек теперь отсы­лала к психо­де­ли­че­ским обра­зам хиппи 1960-х.

Такое ощуще­ние, что эта фото­гра­фия снята в Америке эпохи хиппи, а не в России начала 1990-х.

В подоб­ный контекст неплохо ложи­лась и песня «Само­от­вод» про само­убий­ство Влади­мира Маяков­ского. От гитар­ного соло пришлось отка­заться, но есть мнение, что так стало даже лучше. Лири­че­ско-акусти­че­ский вари­ант — под номе­ром 12:


Ну а дина­мич­ный концерт­ный вари­ант возоб­нов­лён­ная «Граж­дан­ская оборона» не раз испол­няла позже:

читать текст


6. Свобода («Сто лет одиночества», 1992)

Песня «Свобода» напи­сана уже для проекта «Егор и Опиз­де­нев­шие» как бонус к альбому «Прыг-скок». В альбом она попасть не успела и открыла следу­ю­щую пластинку, «Сто лет одино­че­ства». Именно поэтому у неё такое долгое вступ­ле­ние, во время кото­рого участ­ник группы Констан­тин Ряби­нов стучал меди­а­то­ром по стру­нам форте­пи­ано.

Руко­пись песни «Свобода»

Песня полу­чи­лась весьма гармо­нич­ной: три куплета, чёткий рефрен и, конечно же, сама тема свободы, без кото­рой немыс­лима рок-музыка. Так полу­чился хит, кото­рый не забылся и после закры­тия группы «Егор и Опиз­де­нев­шие».

На альбоме — под номе­ром 1:


Разу­ме­ется, не обошлось и без более жёст­кой концерт­ной обра­ботки:

читать текст


7. Про дурачка («Солнцеворот», 1997)

«Песенка про дурачка состав­лена по боль­шей части из обры­воч­ных обра­зов, слово­со­че­та­ний и строк, кото­рые я полу­бес­со­зна­тельно запи­сы­вал, валя­ясь в энце­фа­лит­ной горячке, кото­рая преда­тель­ски и досто­верно посе­тила меня после очеред­ной поездки на Урал. Связу­ю­щим звеном явилось несколько пере­ра­бо­тан­ное древ­не­рус­ское закли­на­ние на смерть. „Ходит покой­ни­чек по кругу, / Идёт покой­ни­чек мерт­вее себя“».

Так описы­вал исто­рию созда­ния песни Егор Летов. Действи­тельно, в ней очень много имита­ции под русский фольк­лор, а фолк-мотивы — ещё одна черта хиппи-психо­де­лики пери­ода «Егора и Опиз­де­нев­ших». Тем не менее, в заго­ловке оказался другой альбом, поскольку став­ший хитом «Дура­чок» стал в какой-то мере связ­кой проекта Летова первой поло­вины 1990-х годов и возоб­нов­лён­ной «Граж­дан­ской обороны», прокрав­шись заслан­ным казач­ком в хоро­шей аран­жи­ровке в первый альбом из дило­гии «Солн­це­во­рот» / «Невы­но­си­мая лёгкость бытия».

На альбоме — под номе­ром 8:


Запись с послед­него концерта «Граж­дан­ской обороны» 9 февраля 2008 года в Екате­рин­бурге:

читать текст


8. Пой, революция! («Невыносимая лёгкость бытия», 1997)

В основ­ном дило­гия «Солн­це­во­рот» / «Невы­но­си­мая лёгкость бытия» запом­ни­лась внима­нием Летова к соци­ально-поли­ти­че­ской пробле­ма­тике. Собы­тия первой поло­вины 1990-х годов не оста­вили его равно­душ­ным, и он сначала поучаст­во­вал в созда­нии Наци­о­нал-боль­ше­вист­ской партии, полу­чив на руки один из первых парт­би­ле­тов этой орга­ни­за­ции, а затем стал поддер­жи­вать Виктора Анпи­лова и его сторон­ни­ков. «Левая» тема­тика нашла отра­же­ние в конкрет­ных песнях, и наибо­лее прямо­ли­ней­ной и знако­вой можно назвать «Пой, рево­лю­ция!».

Алек­сандр Дугин, Эдуард Лимо­нов и Егор Летов — три созда­теля леген­дар­ной НБП

На пластинке песня появи­лась только в 1997 году, а сочи­нена была ещё в 1994-м. Тогда Егор Летов смело заяв­лял:

«Не согла­сие нам нужно в окку­пи­ро­ван­ной стране, а рево­лю­ция: наци­о­нально-осво­бо­ди­тель­ная, пере­рас­та­ю­щая в соци­аль­ную… Только пламя рево­лю­ции помо­жет миру родиться заново, сотво­рит мир новый. Мне всегда была близка рево­лю­ци­он­ная эсте­тика: взрыв пасси­о­нар­но­сти, огненно-рево­лю­ци­он­ные ценно­сти…».

На альбоме — под номе­ром 1:


Несмотря на то, что «рево­лю­ци­он­ный» период «Граж­дан­ской обороны» очень быстро прошёл, нельзя пройти мимо этой увле­чён­но­сти Летова. Она прояви­лась не только в двух альбо­мах, затем пере­из­дан­ных под назва­ни­ями «Лунный пере­во­рот» и «Снос­ная тяжесть небы­тия», но и в пластинке каве­ров совет­ских песен «Звез­до­пад» (2002), а также в частом испол­не­нии на концер­тах боевой «И вновь продол­жа­ется бой»:

читать текст


9. Долгая счастливая жизнь («Долгая счастливая жизнь», 2004)

В итоге макет этого мира оказался силь­ней, и поли­ти­че­ский запал Летова исчез. На его место пришло разо­ча­ро­ва­ние и депрес­сия сере­дины 2000-х годов в новой дило­гии — «Долгая счаст­ли­вая жизнь» и «Реани­ма­ция». Централь­ная песня первого альбома откро­венно изде­ва­ется над слуша­те­лем, назы­вая долгой счаст­ли­вой жизнью отсут­ствие празд­ни­ков, вдох­но­ве­ний, гори­зон­тов и преступ­ле­ний. Слово автору:

«Эти альбомы — „Долгая счаст­ли­вая жизнь“ и „Реани­ма­ция“ — это, если в двух словах, про то, что чело­веку нужен празд­ник. Празд­ник с боль­шой буквы, ирра­ци­о­наль­ный, мета­фи­зи­че­ский. Если он этого не полу­чает, он начи­нает брать его извне (причём это каса­ется не только людей: у живот­ных то же самое; они ведь едят психо­де­ли­че­ские коре­нья, грибы, плоды) — нужны сред­ства для того, чтобы изме­нять привыч­ный уровень созна­ния. <…> А если этого Празд­ника нет, то эта жизнь — она нахуй не нужна, вообще. Отсюда возни­кают суициды и смерти; отсюда возни­кают наём­ные солдаты, пара­шю­ти­сты, альпи­ни­сты и экстре­маль­ные виды спорта — всё это путь наружу, во всяком случае, страш­ный адре­на­лин».

На альбоме — под номе­ром 8:


Акусти­че­ская версия:

читать текст


10. Сияние («Зачем снятся сны?», 2007)

Самая силь­ная компо­зи­ция послед­него альбома «Граж­дан­ской обороны» не очень-то похожа на осталь­ные песни Егора Летова даже на чисто музы­каль­ном уровне, хотя другие компо­зи­ции исполь­зуют стан­дарт­ную «панк-гараж­ную» аран­жи­ровку. Можно ли сказать, что депрес­сии в этом альбоме стало меньше? Пожа­луй, да. Она усту­пила место путе­ше­ствию Летова в мир нарко­ти­че­ских снов. И это не просто образ: он не скры­вал от журна­ли­стов, что прини­мал ЛСД и под влия­нием нарко­ти­ков у него возникло «ощуще­ние чего-то совсем безна­дёж­ного». Именно это ощуще­ние пере­дано в альбоме.

«Сияние», как уже сказано, выде­ля­ется на общем фоне мело­дич­но­стью в стиле колы­бель­ной. В ней нет ни нена­ви­сти, ни соци­аль­щины, ни депрес­сии. Зато есть какое-то умиро­тво­ре­ние. Навер­ное, именно такое завер­ше­ние и должно быть в музы­каль­ном пути чело­века, кото­рый так и не нашёл себе места в россий­ской действи­тель­но­сти, но создал в своих песнях какую-то другую действи­тель­ность. Куда и пере­нёсся после смерти — говоря словами из другой песни альбома, «снаружи всех изме­ре­ний».

На альбоме — под номе­ром 5:


Не забудьте послу­шать коммен­та­рий самого Летова перед фраг­мен­том концерт­ной записи:

читать текст

Поделиться