Нечистая сила на полотнах русских художников

Изоб­ра­же­ние мисти­че­ской и поту­сто­рон­ней силы среди русских худож­ни­ков развито слабо по срав­не­нию с евро­пей­ской тради­цией. Ещё со времён сред­не­ве­ко­вья в Запад­ной Европе на фрес­ках регу­лярно оказы­ва­лась нечи­стая сила. Да и множе­ство изоб­ра­же­ний поту­сто­рон­него мира можно просле­дить в карти­нах Дюрера, Босха, Гойи. Тем не менее и в карти­нах русских худож­ни­ков присут­ствует мистика, мифы, нежить и нечисть. Боль­шое влия­ние на живо­пис­цев оказали произ­ве­де­ния Алек­сандра Пушкина и Нико­лая Гоголя. Нема­лую роль сыграла славян­ская мифо­ло­гия и языче­ские обряды. VATNIKSTAN выбрал десять картин, посвя­щён­ных поту­сто­рон­ней силе и мисти­че­ским сюже­там.


Александр Бенуа, «За ним повсюду Всадник медный», 1905 год

Исто­рия созда­ния иллю­стра­ций к «Медному всад­нику Алек­сандра Пушкина долгая и запу­тан­ная. Первый заказ Бенуа полу­чил ещё в 1903 году, вдох­но­венно принялся за него, нари­со­вал 33 иллю­стра­ции, но заказ­чик — «Кружок люби­те­лей изящ­ных искусств» — забра­ко­вал резуль­тат и потре­бо­вал пере­делки. Гордый живо­пи­сец отка­зался вносить изме­не­ния. А вот Сергею Павло­вичу Дяги­леву изоб­ра­же­ния понра­ви­лись, и он поме­стил их в один из номе­ров «Мира искус­ства». Правда, формат иллю­стра­ций претер­пел изме­не­ния, а, следо­ва­тельно, они поте­ряли в каче­стве.

В 1905 году Бенуа снова вернулся к теме «Медного всад­ника». Позд­ние работы оценил весьма поло­жи­тельно. Он писал:

«Нари­со­вал Евге­ния наново. Мне все мои новые иллю­стра­ции „Медного всад­ника“ больше нравятся, нежели преж­ние. 3релее».

Но судьба опять пере­ме­ни­лась, и у Комис­сии народ­ных изда­ний изме­ни­лись планы. Книга не посту­пила в печать.

В 1916 году худож­ник полу­чает заказ от Комис­сии худо­же­ствен­ных изда­ний. Рисунки 1905 года он остав­ляет преж­ними, а те, что были напи­саны ранее, пере­де­лы­вает. Но в 1917 году разра­зи­лась Октябрь­ская рево­лю­ция, и выпуск «Медного всад­ника» в очеред­ной раз был отло­жен.

Только в 1922 году книга пошла в печать, Бенуа по ходу вносил неко­то­рые правки. А в следу­ю­щем году иллю­стра­ции, над кото­рыми худож­ник рабо­тал в общей слож­но­сти 20 лет, увидели свет. Всего он создал около 70 рисун­ков к произ­ве­де­нию Пушкина.

Мнения об изоб­ра­же­нии у крити­ков разни­лись: кто-то писал, что она «давит» рисун­ками текст Пушкина, другие назы­вали Бенуа лучшим иллю­стра­то­ром. В част­но­сти, по мнению искус­ство­веда Абрама Эфроса:

«О Пушкине языком рисунка, языком графики так не гово­рили. Бенуа создал един­ствен­ную, почти конге­ни­аль­ную Пушкину стра­ницу».

Сама картина описы­вает бегство Евге­ния от Медного Всад­ника. В рисунке пере­дано ощуще­ние пани­че­ского страха и вели­чие огром­ного пресле­ду­ю­щего его всад­ника. Мы видим гроз­ную, «встав­шую на дыбы» скульп­туру. Здесь ещё нет движе­ния, но тревож­ность и угроза явно просле­жи­ва­ются.


Михаил Врубель, «Демон поверженный», 1901–1902 гг.

Одна из необыч­ных и мисти­че­ских работ Миха­ила Алек­сан­дро­вича Врубеля. Принад­ле­жит к серии «Демо­ни­ады», напри­мер, есть также работа «Демон сидя­щий». Данная картина очень сильно повли­яла на психи­че­ское состо­я­ние худож­ника. Работа над карти­ной стала зани­мать все свобод­ное время Врубеля, посте­пенно он впал в депрес­сию. Н. Яремич свиде­тель­ство­вал об этом так:

«Всю зиму Врубель рабо­тает с страш­ным напря­же­нием. Вместо обыч­ных трёх — четы­рёх часов, он рабо­тает по 14, а иногда и больше, — при искус­ствен­ном осве­ще­нии, никуда не выходя и едва отры­ва­ясь от картины. Раз в день он наде­вал пальто, откры­вал форточку и с четверть часа вдыхал холод­ный воздух, — это он назы­вал своей прогул­кой. Весь погло­щён­ный рабо­той, он стал нетер­пи­мым ко всякой помехе, не хотел видеть гостей и едва разго­ва­ри­вал с своими. Демон уже много раз был почти закон­чен, но Врубель снова и снова его пере­пи­сы­вал».

У худож­ника появи­лась насто­я­щая мания по напи­са­нию полотна. Даже когда работа была выстав­лена в музей­ный зал Врубель прихо­дил и дори­со­вы­вал лицо демона. Такое состо­я­ние худож­ника заста­вило близ­ких обра­титься к знаме­ни­тому психи­атру Влади­миру Бехте­реву, кото­рый поста­вил диагноз «неиз­ле­чи­мый прогрес­сив­ный пара­лич» (в совре­мен­ной терми­но­ло­гии — третич­ный сифи­лис). В даль­ней­шем состо­я­ние живо­писца только ухуд­ша­лось, а смерть сына Саввы только прибли­зило кончину Врубеля.

Стоит отме­тить и то, что всего было напи­сано две автор­ских версии картины. «Ранний» демон полный незем­ной красоты юноша, кото­рому хочется сопе­ре­жи­вать. «Позд­ний» демон кипит гневом и готов сражаться до послед­него, а не быть повер­жен­ным. Оба падших ангела лишены крыльев, путь в «небо» для них закрыт навсе­гда. Роскош­ные перья лежат в беспо­рядке, а крылья окаме­нели.


Михаил Микешин, «Ведьма на Хоме Бруте», 1882 год

Худож­ник Михаил Осипо­вич Мике­шин пишет иллю­стра­ции по произ­ве­де­ниям Нико­лая Васи­лье­вича Гоголя в журнале «Весель­чак». Одной из сцен в его живо­писи стал эпизод из «Вия». Семи­на­рист Хома Брут с ведь­мой на плечах. Конечно, из пове­сти известно, что в итоге, читая молитвы, он смог одолеть старуху, кото­рая превра­ща­ется в юную деву. Мике­шин попы­тался изоб­ра­зить дина­мич­ность картины. Произ­ве­де­ние довольно мрач­ное, чего стоит только изоб­ра­же­ние ведьмы: черты её лица и тела напо­ми­нают скелет на фоне сияю­щей луны. Также Мике­шин создал эскизы играль­ных карт, кото­рые хранятся в собра­нии Русского музея. На картах изоб­ра­жены герои произ­ве­де­ний Гоголя, русских сказок, всего поту­сто­рон­него и мисти­че­ского в русской народ­ной куль­туре.


Михаил Клодт, «Ивану Грозному являются тени им убитых»

Одна из самых проти­во­ре­чи­вых фигур в россий­ской исто­рии царь Иван Гроз­ный стал объек­том внима­ния твор­че­ства Миха­ила Петро­вича Клодта. Самым крова­вым и жесто­ким шагом прави­теля стало введе­ние оприч­нины и жесто­кий поход на Новго­род. Истреб­ле­ние насе­ле­ния оприч­нины, ликви­да­ция прибли­жён­ных царя, попав­ших в его неми­лость, истреб­ле­ние претен­ден­тов на престол — это одни из деяний, совер­шён­ных приспеш­ни­ками Гроз­ного. При этом, когда насту­пила реаль­ная угроза в лице крым­ского хана Девлет-Гирея, оприч­нина потер­пела сокру­ши­тель­ное пора­же­ние и пока­зала, что она боеспо­собна только против мирного насе­ле­ния. Дело в том, что в 1571 году велась Ливон­ская война, и царская армия была задей­ство­вана в боевых действиях. А в это же время веро­лом­ный крым­ский хан решил совер­шить вылазку на Москву. Он осадил город, а царские «убийцы» не смогли оказать хоть какое-либо сопро­тив­ле­ние. После этого, в 1572 году, оприч­нина была отме­нена и головы их вождей слетели на плахах.

Вот и на полотне изоб­ра­жена довольно жуткая сцена. Тени убитых людей стоят возле царя. Конечно, во многом это также связано и с психи­че­ским расстрой­ством Гроз­ного: бояр­ские распри в детстве юного царя оказали плачев­ное давле­ние на его личность. А более всего его недуг стал прояв­ляться в послед­ние годы жизни. Приме­ча­тельно, что сам Михаил Клодт также стра­дал психи­че­ским расстрой­ством. Другие же считали, что он стра­дал алко­го­лиз­мом. В общем, уволен­ный со всех основ­ных долж­но­стей, он стал жить в бедно­сти на Коло­мен­ской улице в Санкт-Петер­бурге.


Иван Крамской, «Русалки», 1871 год

Иван Нико­ла­е­вич Крам­ской, выда­ю­щийся деятель и лидер Това­ри­ще­ства пере­движ­ни­ков, с карти­ной «Русалки», напи­сан­ной в 1871 году. Изоб­ра­же­ние уносит нас на необъ­ят­ные просторы русской глубинки. Вдох­но­ве­ние на изоб­ра­же­ние руса­лок, скорее всего, Крам­ской полу­чил из одно­имён­ного произ­ве­де­ние Николя Васи­лье­вича Гоголя. Но нельзя сказать, что картина явля­ется иллю­стра­цией. Писа­те­лем пером описал таин­ствен­ный мир, напол­нен­ный русал­ками, магией, колду­ньями и прочей нечи­стью. Крам­ской же поста­рался изоб­ра­зить его на полотне кистью.

При этом он не просто хотел изоб­ра­зить поту­сто­рон­ний мир, а пока­зать связь реаль­ного мира и мира таин­ствен­ного. Особенно ему это удалось в изоб­ра­же­нии зага­доч­ного света луны. Своему това­рищу, худож­нику Васи­льеву, Крам­ской писал:

«Всё в насто­я­щее время стара­юсь поймать луну… Труд­ная штука — луна».

Худож­ник изоб­ра­жает берег реки, зали­тый таин­ствен­ным светом, на кото­ром сидят в белых одея­ниях, будто в сава­нах, юные девушки-утоп­лен­ницы, кото­рые превра­ти­лись в дивных руса­лок, печаль­ных и несчаст­ных. Справа можно разли­чить свет усадьбы, вдалеке видне­ется лес.


Илья Репин, «Садко», 1876 год

Произ­ве­де­ние Ильи Ефимо­вича Репина «Садко» было напи­сано на сюжет новго­род­ской былины о Садко. Во многом на сюжет картины повли­яла загра­нич­ная поездка худож­ника и посе­ще­ние выста­вок пере­движ­ни­ков. Худож­ник писал извест­ному критику В. В. Стасову:

«Сооб­щаю Вам, под глубо­чай­шим секре­том, тему буду­щей моей картины: Садко бога­тый гость на дне морском; водя­ной царь пока­зы­вает ему невест. Картина самая фанта­стич­ная, от архи­тек­туры до расте­ний и свиты царя».

Моти­вом картины стано­вится эпизод, когда морской царь прика­зы­вает Садко выбрать себе в жёны одну из морских краса­виц. Мы видим, что взгляд Садко устрем­лён на стоя­щую вдали русскую девушку Чернаву. Сам худож­ник писал:

«Идея выра­жает моё насто­я­щее поло­же­ние и, может быть, поло­же­ние всего русского пока ещё искус­ства».

Прото­ти­пом Садко стал извест­ный худож­ник Виктор Васне­цов, кото­рый соста­вил компа­нию Репину в его путе­ше­ствии по Фран­ции. Подго­товка к картине была тщатель­ной: худож­ник изучил морскую флору, атласы морского мира. Загра­нич­ным зрите­лям картина не понра­ви­лась, но отече­ствен­ная публика оценила её востор­женно. Приоб­рёл полотно буду­щий импе­ра­тор Алек­сандр III. А в 1876 году Репин полу­чил за неё звание акаде­мика.


Виктор Васнецов, «Баба-яга», 1917 год

Одна из глав­ных геро­инь русских сказок Баба-Яга, именно этой фигуре и посвя­тил свою работу Виктор Михай­ло­вич Васне­цов. Довольно жуткая картина описы­вает торже­ство зла. На заднем плане мы видим бушу­ю­щий пожар. Само изоб­ра­же­ние старухи: седые неопрят­ные волосы, злоб­ный оскал, кост­ля­вое тело. При это картина дина­мич­ная: бушует ветер, все проис­хо­дит момен­тально. Также можно заме­тить, что охота старухи удалась, и мы видим испу­ган­ное и потря­сён­ное лицо ребёнка, он уже смирился со своей трагич­ной судь­бой.

Несмотря на то, что мотивы русских сказок не были так попу­лярны среди живо­пис­цев XIX века, Васне­цов вопло­щает свой замы­сел и изоб­ра­жает попу­ляр­ного персо­нажа. Сама роль старухи в сказ­ках имеет нега­тив­ный контекст: она ворует детей, закол­до­вы­вает краса­виц и зама­ни­вает добрых молод­цев. При этом её избушка всегда нахо­дится на границе двух миров: реаль­ного и поту­сто­рон­него.

В начале XX века Васне­цов решает изоб­ра­зить другую, мисти­че­скую силу русских сказок. Так, в 1917 году, на свет появ­ля­ется извест­ная картина «Баба-Яга».


Михаил Врубель, «Пан», 1899 год

Описы­вая мотивы загроб­ной и мисти­че­ской жизни русской души, невоз­можно не обра­титься снова к твор­че­ству Миха­ила Врубеля, а в част­но­сти к изоб­ра­же­нию пана. Пан явля­ется олице­тво­ре­нием дикой природы, языче­ского культа пасту­ше­ства, ското­вод­ства и плодо­ро­дия. Картина отно­сится к «Сказоч­ному циклу» Врубеля.

Изоб­ра­же­ние было закон­чено в 1899 году. Сначала худож­ник хотел изоб­ра­зить на фоне природы свою жену, но вскоре пере­ду­мал, и буквально за несколько дней напи­сал новую картину. Источ­ни­ком вдох­но­ве­ния для живо­писца стал рассказ Анато­лия Франса «Святой сатир». Да и сам Врубель назы­вал данное произ­ве­де­ние «Сатир».

Теперь обра­тимся к изоб­ра­же­нию. Несмотря на то, что Пан — персо­наж древ­не­гре­че­ской мифо­ло­гии, фон на картине явно соот­вет­ствует русской природе. А изоб­ра­же­ние Старого месяца гово­рит нам о том, что действие проис­хо­дит в утрен­них сумер­ках. Также фигура Пана размы­ва­ется с приро­дой, нижняя часть слива­ется в сумер­ках — это гово­рит о том, что сила мифо­ло­ги­че­ского суще­ства нераз­рывно связана с приро­дой. Поза героя явно отсы­лает зрителя к другому персо­нажу Врубеля «Демону сидя­щему».


Борис Кустодиев, «Купчиха и домовой», 1922 год

Если вы читали мои прошлые обзоры на произ­ве­де­ния, описы­ва­ю­щие собы­тия Первой русской и Октябрь­ской рево­лю­ции, то навер­няка помните твор­че­ство Бориса Михай­ло­вича Кусто­ди­ева. А основ­ными моти­вами его произ­ве­де­ний стала купе­че­ская и мещан­ская среда. Зача­стую он изоб­ра­жал провин­ци­аль­ную жизнь, ярмарки и гуля­ния. Пёст­рые и яркие картины пока­зы­вали близость живо­писца к народ­ному искус­ству.

Если обра­тить внима­ние на полотно, то можно уловить атмо­сферу, царя­щую в доме купчихи. Слия­ние тёмного и яркого цвета создают явствен­ную картину суще­ство­ва­ния двух парал­лель­ных миров. Можно заме­тить, что огонь из печки явно угро­жает пожа­ром, особенно если увидеть рядом ковёр. Да и сама женщина абсо­лютно безза­щитна, а белый цвет кровати только усили­вает это впечат­ле­ние. Домо­вой же стоит в темноте. И хотя раньше он симво­ли­зи­ро­вал спокой­ствие и безопас­ность, то по христи­ан­ским устоям домо­вой озна­чал тёмный мир. Скорее всего, изоб­ра­же­ние домо­вого пред­ве­щает что-то плохое. Картина вызы­вает у зрителя нарас­та­ю­щее чувство тревоги.


Хуго Симберг, «Хоровод», 1898 год

Вели­кое княже­ство Финлянд­ское входило в состав Россий­ской импе­рии с 1809 года по 1917 год. В связи с этим твор­че­ство финского худож­ника Хуго Симберга можно смело причис­лить к россий­ской живо­писи (он умер ровно в 1917 году). Его картины вдох­нов­лены финской мифо­ло­гией, а изоб­ра­жён­ная тёмная сила напо­ми­нает нам героев славян­ской мифо­ло­гии. Так и здесь финские дьяво­лята напо­ми­нает наших чертят. Полотна, напи­сан­ные в конце XIX века, явля­ются прекрас­ным приме­ром евро­пей­ского симво­лизма, кото­рый не стес­нялся пока­зы­вать своё бессо­зна­тель­ное и считал, что прими­ти­визм — это прекрас­ный способ созда­ния худо­же­ствен­ных эффек­тов. Огром­ное влия­ние на его твор­че­ство оказала живо­пись его учителя — финского худож­ника Аксели Гален-Каллелы, кото­рый начи­нал с иллю­стра­ции к эпосу «Кале­вала».


Смот­рите нашу подборку «Первая миро­вая в автор­ских карти­нах»

Поделиться