10 главных отечественных альбомов 1990-х

У нас десятка альбо­мов, стили­сти­че­ски различ­ных, но кото­рые точно не подпа­дают под опре­де­ле­ние «попса», акту­аль­ное 1990-х. Но это, несо­мненно, мейн­стри­мо­вая музыка. Были выбраны альбомы только тех арти­стов, кто дебю­ти­ро­вал или же стал попу­ляр­ным в 1990-е, поэтому не будет в подборке пласти­нок «Граж­дан­ской обороны», ДДТ или «Аква­ри­ума». Альбомы расстав­лены в хроно­ло­ги­че­ском порядке. Хоть автор этих строк осно­вы­вался на своих личных пред­по­чте­ниях, пред­став­ля­ется, что подборка вышла репре­зен­та­тив­ной.


Стук бамбука в XI часов – Легкое дело холод (1991 год)

Альбом, кото­рый стал леген­дар­ным уже пост-фактум. Совет­ская группа из Ижев­ска запи­сала пластинку в трип-хоп стили­стике. Примерно с таким же звуком в этом же 1991 году будут прохо­дить концерты в Бристоле с участием только выпу­стив­ших свои дебют­ники групп Massive Attack и Porthishead. Эта мрач­ная урба­ни­сти­че­ская музыка с краси­вым женским вока­лом пред­опре­де­лит звуча­ние деся­ти­ле­тия. Группа «Стук бамбука в XI часов» долгое время была досто­я­нием и своего рода мифом музы­каль­ных крити­ков и знато­ков элек­тро­ники. Но в Ижев­ске в пере­стро­еч­ные годы было несколько коллек­ти­вов, экспе­ри­мен­ти­ру­ю­щих со звуча­нием. Затем, в 1990-е и 2000-е, вокруг родного города «Стука бамбука» будут ходить разго­воры как о «столице элек­трон­ной музыки России». Этому будут способ­ство­вать проекты, вроде «Видов рыб», а также различ­ные сбор­ники элек­трон­ной музыки и оупен-эйры. Глав­ной причи­ной этого статуса будет един­ствен­ный безуко­риз­нен­ный альбом группы со стран­ным назва­нием. «Стук бамбука» высту­пили в эфире «Программы А», в Ижевск даже съез­дили Арте­мий Троиц­кий и Сергей Курё­хин. «Стук бамбука» не станут разви­вать свой успех, распа­дутся.


Агата Кристи – Опиум (1994 год)

«Агата Кристи» – самая моло­дая и позже всех раскрыв­ша­яся группа из плеяды так назы­ва­е­мого сверд­лов­ского рока, гремев­шего в годы пере­стройки. Но рок – это очень спор­ное наиме­но­ва­ние для «Агаты Кристи». Важнее был синте­за­тор, а не гитары. Участ­ники группы были после­до­ва­те­лями The Cure – и в музыке, и в образе. У тех тоже было много синти­попа и готики. Но, конечно, в адап­ти­ро­ван­ном вари­анте. «Агата Кристи» исполь­зо­вала искон­ные мотивы, столь попу­ляр­ные в русской, особенно интел­ли­гент­ской, куль­туре, — это и дека­данс, и сказоч­ный роман­тизм, и трепет­ное отно­ше­ние к совет­скому кино. Соче­та­ние геоло­гов с ямщи­ками, Гайдая с геро­и­ном и дьяволь­щины с хали­га­ли­к­риш­ной на четвер­том альбоме коллек­тива привело к тому, что «Агата Кристи» в России навечно будет ассо­ци­и­ро­ваться с груп­пой из Асбе­ста во главе с двумя вечно конфлик­ту­ю­щими братьями Глебом и Вади­мом Самой­ло­выми, а не с англий­ской писа­тель­ни­цей.


Король и шут – Камнем по голове (1996 год)

Дебют­ник группы, кото­рую все слушали, но стес­ня­лись этого. Суще­ствует такое направ­ле­ние как кель­тик-панк, то есть панк-рок, осно­ван­ный на народ­ных кельт­ских моти­вах. Примерно в том же ключе, только бази­ру­ясь на фольк­лоре и вдох­нов­ля­ясь амери­кан­цами Misfits, звучала группа «Король и шут», стар­то­вав­шая ещё в леген­дар­ном питер­ском клубе «ТамТам». Компо­зи­ции альбома — стра­шилки и байки с текстами, как будто заим­ство­ван­ными у сред­не­ве­ко­вых гусля­ров. Орга­нично пере­де­лана знаме­ни­тая народ­ная песня «Шар голу­бой». Одним из факто­ров попу­ляр­но­сти альбома был роскош­ный бари­тон Миха­ила Горше­нева, несо­мненно, одного из лучших вока­ли­стов русского рока. Это был нова­тор­ский панк-рок со своей эсте­ти­кой, кото­рая одно­вре­менно отли­ча­лась и от сибир­ского панка, и от орто­док­саль­ных групп, вроде "Пургена", и от нарож­да­ю­ще­гося кали­фор­няка. После альбома «Камнем по голове» «Король и шут» быстро обрели попу­ляр­ность, а вокруг коллек­тива сфор­ми­ро­ва­лась актив­ная фан-база, напо­ми­на­ю­щая отдель­ную субкуль­тура.


Мумий Тролль – Морская (1997 год)

В прошлом году отме­ча­лось двадца­ти­ле­тие «Морской». В этой связи я выкла­ды­вал в теле­грам-канал рецен­зию на альбом из журнала Fuzz, на только вышед­ший альбом. Критик, нахва­лив­ший «Морскую», пред­ска­зы­вал буду­щее группы таким: «Конечно, впереди и «Старые песни о глав­ном», и кампа­ния «Голо­суй или проиг­ра­ешь» (или же годов­щина ЛДПР – неко­то­рые успе­вают и там и сям), и чество­ва­ния Барри Алиба­сова, и сюрприз для Аллы Бори­совны. «Звёзды», «Овации», заплыв­шие лица, двой­ные подбо­родки, трина­дца­ти­лет­ние девочки в очереди за авто­гра­фами, выступ­ле­ния в ночных клубах, опла­чен­ные хвалеб­ные впереди. Всё это впереди». Рецен­зи­ент в своих прогно­зах ошибся. Илья Лагу­тенко отлично выгля­дит, группа высту­пает по всему миру, одежда с симво­ли­кой «Морской» прода­ётся в Urban Outfitters в Сан-Фран­циско, «Мумий Тролль» побы­вал в круго­свет­ном путе­ше­ствии, в честь песни с «Морской» на новой купюре в 2000 изоб­ра­жён Влади­во­сток и только-только вышел послед­ний лонг­плей с очень свежим для группы со столь давней исто­рией звуча­нием. Но ничего этого не было бы без «Морской». «Морская» — глав­ный альбом деся­ти­ле­тия.


Tequilajazzz – Вирус (1997 год)

Коллек­тив обра­зо­вался из бывших участ­ни­ков пере­стро­еч­ной панк-группы «Объект насме­шек». Tequilajazzz высту­пали в питер­ском «ТамТаме» и разви­вали гитар­ный хард-кор в России. Если первый альбом был ярким, но локаль­ным, субкуль­тур­ным явле­нием, то «Вирус» стал попыт­кой взгля­нуть на то, что проис­хо­дило вокруг, выска­заться на обще­ственно значи­мые темы. Это был самый меткий соци­аль­ный альбом 1990-х. Евге­ний Фёдо­ров пел от лица писто­лета, остав­лен­ного килле­рами, или же терро­ри­ста, захва­тив­шего само­лёт, упоми­нал Анато­лия Собчака в одном куплете с танцу­ю­щими «голу­быми» и поле­выми коман­ди­рами. «Вирус» ещё и убеди­тельно дока­зы­вал: испол­ни­тель­ное мастер­ство нашей группы ни капельки не усту­пает стили­сти­че­ски близ­ким музы­кан­там с Запада. Tequilajazzz удалось зафик­си­ро­вать на альбоме непо­вто­ри­мый концерт­ный драйв (вот так проис­хо­дила презен­та­ция «Вируса»).


I.F.K. – Абсолют (1998 год)

I.F.K., в отли­чие от других арти­стов из списка, кажется, оста­лись в прошлом, на рубеже 1990-х и 2000-х. Но тогда, в 1990-х, они были одной из самых влия­тель­ных групп. I.F.K. высту­пили на ключе­вых меро­при­я­тиях эпохи. «Абсо­лют» стал вторым номер­ным и первым полно­стью русско­языч­ным альбо­мом москов­ской группы. Это был рэп-кор, ультра­мод­ный стиль того времени. Паштет, хариз­ма­тич­ный фронт­мен коллек­тива, зачи­ты­вал рэп под тяжё­лые гитар­ные риффы со встро­ен­ными элек­трон­ными сэмплами. Тексты соот­вет­ство­вали агрес­сив­ной манере испол­не­ния – это была критика совре­мен­ного быта, журна­ли­стики и фашизма. Оправ­ды­вая статус акту­аль­ного коллек­тива, в текстах Паштет упоми­нал важные столич­ные символы 1990-х, вроде «Птюча» и скуль­птора Цере­тели. Но на альбоме есть и краси­вая, вневре­мен­ная песня «Небо». I.F.K. до сих пор суще­ствуют и в прошлом году даже запи­сали две песни, но уже много лет без Паштета в каче­стве вока­ли­ста. А это совсем не то.



Рабы Лампы – Это не больно (1998 год)

В России 1990-х хип-хоп был одно­ти­пен, неза­мыс­ло­ват и втори­чен. Чело­веку, далё­кому от эсте­тики широ­ких штанов, было просто неин­те­ресно: боль­шин­ство арти­стов неумело копи­ро­вало негров, не утруж­да­ясь адап­ти­ро­вать тексты к отече­ствен­ным реалиям. Рэп слушали только рэперы. Но для москов­ского дуэта Грюн­дига и Джипа рэп стал сред­ством доне­сти глубо­кую, мрач­ную и неулич­ную поэзию. У «Рабов лампы» набе­рётся всего два репре­зента – один шутли­вый («На троих»), а второй одно­имён­ный как введе­ние в твор­че­ство арти­стов. Осталь­ные компо­зи­ции затра­ги­вают серьёз­ные экзи­стен­ци­аль­ные темы, кото­рые точно никто не ожидал услы­шать от рэпе­ров в 1990-е. Грюн­диг и Джип зачи­ты­вали про одино­че­ство, смерть, нарко­за­ви­си­мость, смысл жизни под биты, харак­тер­ные для олдскуль­ного хип-хопа. Были речи­та­тивы с строч­ками, вроде «день как прото­кол, ночь как обыск, этот серый часто­кол» и «каждый умирает от того, к чему стер­мится». Уровень поэзии был таким, что строчки Грюн­дига, автора боль­шин­ства текстов, изда­ва­лись впослед­ствии в каче­стве сбор­ника стихо­тво­ре­ний. Удиви­тельно, что Грюн­дигу было всего 23 года на момент выхода альбома. Через два года, в 2000 году, Алек­сея «Грюн­дига» Перми­нова не станет. «Рабы лампы» превра­тятся в глав­ных легенд русского рэпа. Максим «Джип» Голо­ло­бов продол­жает зани­маться хип-хопом.

Пере­из­да­ние 2001 года


Дельфин – Глубина резкости (1999 год)

К 1999 году был уже не просто извест­ным музы­кан­том, он был куль­то­вым персо­на­жем для опре­де­лён­ной ауди­то­рии. За плечами Андрея Лыси­кова была и работа в поп-коллек­тиве «Маль­чиш­ник» с юмори­сти­че­скими речёв­ками про секс, и выступ­ле­ние в мрач­ней­шей группе «Дубо­вый Гаайъ», и чуть более пози­тив­ный эстет­ский шугейз-проект «Мишины Дель­фины». Уже будет выпу­щен первый альбом Дель­фина со злыми компо­зи­ци­ями, вроде «Я люблю людей» «Соба­чий бит» и песни «Дилер», полу­чив­шей визу­а­ли­за­цию в виде одного из глав­ных клипов деся­ти­ле­тия. Но окон­ча­тельно в народ­ного арти­ста Дель­фин превра­тится после выхода «Глубины резко­сти». На пластинке исполь­зо­ва­лись пере­до­вые тенден­ции элек­трон­ной музыки – были и брейк-бито­вый хит «Я буду жить», и трики­об­раз­ная «Тишина» — с агрес­сив­ной читкой стихо­тво­ре­ний. Как след­ствие, несколько компо­зи­ций стали хитами для поко­ле­ния, а Дель­фин посе­лился на MTV. Причём, что удиви­тельно, его любили и виджеи, и зрители. Редко так случа­лось.


Земфира – Земфира (1999 год)

Нельзя сказать, что до Земфиры не любили женский рок в России. Были и Янка Дяги­лева, и Жанна Агуза­рова из группы «Браво», и Настя Полева. Но охват у женского рока был неболь­шой. Рок воспри­ни­мался маску­лин­ной музы­кой. Земфира этот стерео­тип разру­шила. Наобо­рот, после её сверхъ­яр­кого появ­ле­ния в тече­ние первой поло­вины 2000-х была запу­щена целая волна деву­шек в брюках и с гита­рами. Земфира подку­пала своей искрен­но­стью и просто­той. Песни Земфиры оказа­лись универ­саль­ными: её крутили на «Русском радио», хвалили в ОМе (этот журнал, кстати, было упомя­нут в песне «Румба»), а клип на «Ариве­дерчи» чуть ли не ежедневно пока­зы­вали по MTV. Артистку вели­чали «уфим­ским чудом». Восторг был поня­тен: ни у кого не была такого яркого дебюта в новей­шей исто­рии России.


Кирпичи – Смерть на рейве (1999 год)

Альбом петер­бург­ских альтер­на­тив­щи­ков «Смерть на рейве» тема­ти­че­ски одно­вре­менно и отра­зил эпоху, и остался акту­аль­ным по сей день. Песня про любовь по интер­нету, шутки про феми­низм и заглав­ная компо­зи­ция с фразой «рейв – нарко­зона, инфор­ма­тив­ный ноль» могли быть запи­саны в услов­ном 2015 году разве только с какими-то косме­ти­че­скими изме­не­ни­ями. Группа жонгли­ро­вала стилями – хип-хоп сменялся гран­жем, а затем следо­вал поп-панк и хард­кор­ный инстру­мен­тал. Но полю­би­лись «Кирпичи», в первую очередь, за остро­ум­ные речи­та­тивы, кото­рые были поданы в расслаб­лен­ной манере. «Плюю я», компо­зи­ция, кото­рая долгое время была программ­ным хитом группы, наилуч­шим обра­зом отра­зила дух альбома. Это атмо­сфера вече­ринки нака­нуне милле­ни­ума со всеми сопут­ству­ю­щими пробле­мами. Группа, пере­жив­шая смерть бара­бан­щика, не распа­лась, более того, свой лучший альбом «Кирпичи» запи­шут в 2000-е.

 

Если любите музыку 1990-х и 2000-х подпи­сы­вай­тесь на паблик и теле­грам-канал RARE TAPES.  

Поделиться