Десять главных акций НБП: от захвата «Авроры» до Болотной

Смерть Эдуарда Лимо­нова стала для меня неожи­дан­но­стью. Несмотря на то, что я нико­гда не был сторон­ни­ком «Другой России» и НБП (НБП — Наци­о­нал-боль­ше­вист­ская партия — запре­щена на терри­то­рии России. Эдуард Лимо­нов ещё в 2007 году, сразу после судеб­ных реше­ний, офици­ально заявил, что НБП распу­щена и прекра­щает свою деятель­ность) и не читал всего Лимо­нова, а напи­сано им очень и очень много (тот же ЖЖ он вёл с 2009 года, и почти каждый день выда­вал по посту в день, а иногда и несколько), не могу не признать — он стал леген­дой ещё при жизни. Причи­ной тому необы­чай­ная харизма, энер­гия, абсо­лют­ная убеж­дён­ность в своей правоте и избран­но­сти, пасси­о­нар­ность. Про Лимо­нова верно сказать, что всё, что он бы ни делал — всё у него полу­ча­лось.

Эдуард добился извест­но­сти ещё в юности, в Москве был членом поэти­че­ского объеди­не­ния СМОГ («Самое моло­дое обще­ство гениев»), хотя начи­нал как поэт в Харь­кове. Стал извест­ным журна­ли­стом в Нью-Йорке, и сразу на него уже тогда, а это 1976 год, обру­ши­лись репрес­сии, ему «зару­били» статью «Разо­ча­ро­ва­ние» о жизни в США вообще и жизни эмигри­ро­вав­ших сюда людей в част­но­сти. Лимо­нов не долго думая ушёл из дисси­дент­ского НРС («Новое русское слово»), не хотел поно­сить свою Родину, хотя сам и постра­дал от КГБ. Как мы знаем, он был изгнан из Совет­ского Союза с 200 долла­рами, чемо­да­ном и моло­дой женой Еленой, но чувство сопри­част­но­сти к общей русской судьбе нико­гда не поки­дало Лимо­нова, что он и дока­зал впослед­ствии, вернув­шись уже в стра­да­ю­щую и разва­ли­ва­ю­щу­юся РФ в 1991 году.

Тогда в США в 1976 году Эдуард не упал духом, а, навер­ное, вспом­нив своё проле­тар­ское проис­хож­де­ние, сразу стал разно­ра­бо­чим, груз­чи­ком, озеле­ни­те­лем города и даже рабо­тал у милли­ар­дера Питера Спрега хауз­кип­пе­ром. Именно тогда Лимо­нов обра­ща­ется к прозе, пишет первый роман «Это я — Эдичка», кото­рый впослед­ствии станет как бы визит­ной карточ­кой самого Лимо­нова, и кото­рый прине­сёт, с одной стороны, много непри­ят­но­стей самому автору, а с другой, даст путь ему в лите­ра­туру и сделает бессмерт­ным.

«Это я — Эдичка» полно­стью был опуб­ли­ко­ван лишь во Фран­ции в 1980 году, затем после­до­вали другие произ­ве­де­ния, подлин­ный шедевр, неве­ро­ят­ное проник­но­вен­ное поэти­че­ское произ­ве­де­ние «Днев­ник неудач­ника», жёст­кий, и, как часто у Лимо­нова, предельно откро­вен­ный роман «Палач», цинич­ный «Исто­рия его слуги», харь­ков­ская трило­гия «У нас была Вели­кая Эпоха», «Подро­сток Савенко», «Моло­дой него­дяй» и другие. Фран­ция дала Лимо­нову имя. Лимо­нов полю­бил Фран­цию, стал граж­да­ни­ном Фран­ции в 1987 году. Следует отме­тить, что он очень любил Париж. Именно здесь Эдуард женился в третий раз на Ната­лье Медве­де­вой. Брак был вполне счаст­ли­вым, и есть роман о слож­ных взаи­мо­от­но­ше­ниях между супру­гами «Укро­ще­ние тигра в Париже» — вели­ко­леп­ный роман о любви и стра­сти.

Тогда Эдуард стал самым попу­ляр­ным левым лите­ра­то­ром Фран­ции. Лимо­нова начали срав­ни­вать с Жаном Жене. Сего­дня можно конста­ти­ро­вать тот факт, что в какой-то степени и Фран­ция может гордиться нашим русским писа­те­лем, ведь он прожил там более десяти лет и даже писал на фран­цуз­ском. Совсем недавно вышла книга «Под небом Парижа», она посвя­щена, конечно же, этому прекрас­ному городу.

Надо сказать, что никто не стано­вился настолько извест­ным писа­те­лем-эмигран­том как Лимо­нов. Речь идёт о третьей волне эмигра­ции, Набо­ков и Бунин тут не в счёт. Наши сооте­че­ствен­ники стано­ви­лись извест­ными персо­нами на западе, это факт, тот же Брод­ский и Довла­тов стали клас­си­ками ещё при жизни, но одно­значно то, что такой непо­лит­кор­рект­но­сти, с кото­рой Лимо­нов буквально ворвался в лите­ра­туру, ни Брод­ский, ни Довла­тов не могли себе позво­лить. Причину этого ещё придётся осмыс­лить, но глав­ное, что сейчас мы хотим расска­зать, это самые яркие и запом­нив­ши­еся акции сторон­ни­ков Лимо­нова, акции НБП, «Другой России» (вторая партия Эдуарда, создан­ная в 2010 году, её деятель­ность не запре­щена в РФ, хотя партия не заре­ги­стри­ро­вана до сих пор). Наци­о­нал-боль­ше­вист­ская партия (НБП) была в аван­гарде левых идей все 1990-е гг. и нуле­вые, дала миру не только яркие акции, но и пасси­о­нар­ных учени­ков — Захар Приле­пин один чего стоит!

Лимо­нов и Дугин, начало НБП

НБП была обра­зо­вана в уже далё­ком 1994 году. Хотя движе­ние наци­о­нал-боль­ше­ви­ков появи­лось в 1993 году, но по тради­ции «лимо­новцы» считают датой рожде­ния партии 28 ноября 1994 года: именно в этот день был выпу­щен первый номер знаме­ни­той газеты «Лимонка».

«Лимонку» напе­ча­тали в Твер­ской типо­гра­фии в ноябре 1994 года, и Эдуард вместе с Егором Лето­вым, Алек­сан­дром Дуги­ным и Тара­сом Рабко поехали из Москвы в Тверь заби­рать тираж газеты. На обрат­ном пути в Москву старый жигу­лё­нок несколько раз ломался, но вновь заво­дился, и компа­ния отцов-осно­ва­те­лей НБП с такимм мытар­ствами добра­лась до Москвы, привезли газету. Следует отме­тить, что отцами-осно­ва­те­лями движе­ния нацбо­лов счита­ются по праву четыре чело­века:

Эдуард Вени­а­ми­но­вич Лимо­нов (Савенко) (парт­би­лет № 1)
Алек­сандр Гелье­вич Дугин (парт­би­лет № 2)
Тарас Адамо­вич Рабко (парт­би­лет № 3)
Игорь «Егор» Фёдо­ро­вич Летов (парт­би­лет № 4)

Лимо­нов и Летов

К НБП сразу же примкнуло множе­ство попу­ляр­ных лиц.

Сергей «Паук» Троиц­кий был членом партии прак­ти­че­ски с момента её обра­зо­ва­ния, с первых номе­ров вёл в «Лимонке» рубрику «Желез­ный марш» и поддер­жи­вал друже­ские отно­ше­ния с Лимо­но­вым до конца.

Также знаме­ни­тый музы­кант и лидер группы «Поп-меха­ника» Сергей Курё­хин был членом партии, и нико­гда не стес­нялся афиши­ро­вать, что явля­ется сторон­ни­ком наци­о­нал-боль­ше­вист­ских идей.

Также сторон­ни­ками НБП были Вадим Степан­цов «Бахыт-Компот», Дмит­рий Ревя­кин «Кали­нов мост», Алек­сандр Аронов «День донора», Сантим «Банда четы­рёх».

Извест­ный дерз­кий лите­ра­тор Ярослав Могу­тин до своего отъезда в США был в НБП, конечно же, рядом с Лимо­но­вым, до их расста­ва­ния, была его жена певица и писа­тель­ница Ната­лья Медве­дева «Марго Фюрер».

Через НБП прошли поко­ле­ния моло­дых, юных, а под час и совсем детей, 13–14 летние прихо­дили в Бункер всту­пать в партию. Брошен­ные в роко­вом 1991 году на произ­вол судьбы ельцин­ской властью, кото­рая не думала тогда о буду­щем моло­дёжи, конечно, уже не было октяб­рят, комсо­моль­ского движе­ния, нача­лось «свобод­ное» время.

Нацболы рядом с Бунке­ром на 2й Фрун­зен­ской

Нам ещё пред­стоит долго осмыс­ли­вать то, что произо­шло с нами, но одно­значно то, что воспи­та­те­лями моло­дёжи тогда стали такие люди как Егор Летов, Эдуард Лимо­нов, Дугин, музы­канты русского рока Шевчук, Кинчев, Юрий «Хой» из Сектора Газа, Курт Кобэйн, если хотите. Моло­дёжь со свой­ствен­ной ей актив­но­стью искала новые ориен­тиры. Одним из них, и сего­дня это можно с уверен­но­стью сказать, стал ориен­тир, задан­ный Лимо­но­вым.

В своём мани­фе­сте НБП Лимо­нов заявил о резком несо­гла­сии с уста­но­вив­шейся в 1991 году властью. Коротко это можно охарак­те­ри­зо­вать так, что власть в России захва­чена буржу­ями, жули­ками и врагами России, что такая власть ничего хоро­шего России не прине­сёт, что стране необ­хо­дима соци­аль­ная и наци­о­наль­ная рево­лю­ции. Соци­аль­ная — озна­чает уста­нов­ле­ние в стране соци­аль­ной спра­вед­ли­во­сти, а наци­о­наль­ная — это призна­ние русского мира, указа­нии в консти­ту­ции статуса русских как нации, и экспан­сия, а именно — Россия там, где гово­рят по-русски.

НБП сразу начали обви­нять в нацизме, фашизме, шови­низме и прочих преступ­ле­ниях, что не явля­ется действи­тель­но­стью. Можно быть не сторон­ни­ком наци­о­нал-боль­ше­вист­ских идей, но одно­значно следует признать тот факт, что в НБП состо­яли люди самых разных наци­о­наль­но­стей, назо­вём для примера знаме­ни­того Айо Бенеса — «Чёрного Ленина» (уроженца Риги). Отец Айо — афри­ка­нец, а мать — русская. Айо назы­вает себя левым наци­о­на­ли­стом, сражался на Донбассе, имеет паспорт ДНР (за это на родине в Латвии на него заве­дено уголов­ное дело). Влади­мир Линдер­ман — еврей, он сейчас извест­ный защит­ник русско­языч­ных и русских в Латвии, одно время был заме­сти­те­лем Лимо­нова в НБП. Назир Маго­ме­дов — уроже­нец Даге­стана, прохо­дил по делу о напа­де­нии у Таган­ского суда, тогда судили несколько чело­век и в том числе лидера москов­ских нацбо­лов Романа Попкова. НБП имела отде­ле­ния, и на Укра­ине, и в Бела­русси, и в Прибал­тике, и даже в Изра­иле.

Путь, проде­лан­ный НБП, поис­тине уника­лен, какое имеет каче­ство этот путь, ещё придётся понять.

Возможно, и так скорее есть, Лимо­нов пред­ви­дел очень многое, а возможно ещё что-то нам откро­ется. До Крыма и Ново­рос­сии Эдуард и его партия призы­вали вернуть русские земли в родную гавань, защи­щали русских Латвии (Влади­мир Линдер­ман и Айо Бенес). Лимо­нов не призы­вал к восста­нов­ле­нию СССР, не жил прошлым, а наобо­рот смот­рел в буду­щее, не пере­ста­вал повто­рять, что вся его деятель­ность и деятель­ность партии направ­лена на «благо вели­кой России». Тогда на Лимо­нова смот­рели как на экстре­ми­ста в лучшем случае или просто как на чудака. Он не боялся гово­рить то, что считал нужным, не боялся созда­вать свою «банду»-партию таких же непре­клон­ных, дерз­ких, смелых людей. В партию, как гово­рят, прини­мали всех, даже инва­ли­дам, людям с огра­ни­чен­ными возмож­но­стями, был открыт всегда вход в знаме­ни­тый бункер на 2-й Фрун­зен­ской, ведь глав­ное — это любить Россию и быть верным общему делу. Сего­дня диван­ным патри­о­тиз­мом болеют все кому не лень… А тогда про Лимо­нова гово­рили, что он сума­сшед­ший.

Его Наци­о­нал-боль­ше­вист­ская партия не была похожа на клас­си­че­скую партию старой форма­ции ( на КПСС, напри­мер, или на «Единую Россию») со съез­дами, дискус­си­ями, борь­бой на деба­тах и за порт­фели в прави­тель­стве. Это был поли­тико-куль­тур­ный проект, объеди­няв­ший самых разных людей. Сам Эдуард — выхо­дец из мира искус­ства. Но необ­хо­димо отме­тить, что поли­тика всегда прохо­дила крас­ной нитью и в твор­че­стве, и в жизни Лимо­нова. «Это я — Эдичка» не был напе­ча­тан в США из-за описа­ния амери­кан­ской жизни, и как отме­тил рецен­зент изда­тель­ства, что «образ США в романе явля­ется раздра­жа­ю­щим для чита­теля», поэтому в публи­ка­ции отка­зали ещё тогда в 1977–1978 годах. Роман с боль­шими сокра­ще­ни­ями вышел малень­ким тира­жом, но книга начала свою жизнь именно во Фран­ции, на родине вели­кого де Сада, Рабле, Вийона, Вели­кой Рево­лю­ции и Напо­леона, об этом всегда упоми­нал Эдуард и гордился тем, что Фран­ция приняла его.

«Больше дела, меньше фраз» — свое­об­раз­ное кредо нацболь­ской деятель­но­сти. Именно яркими, дерз­кими, смелыми акци­ями мы и запом­нили нацбо­лов.

Делу Дугина-Курё­хина верны

Нацбо­лов я бы вообще отнёс к совре­мен­ному искус­ству, ведь они запом­ни­лись нам своими акци­ями, эпатаж­ными, яркими. Такой сплав совре­мен­ного акци­о­низма и поли­тики наци­о­на­лизма-боль­ше­визма был абсо­лютно в духе вели­кого музы­канта Сергея Курё­хина, обла­да­теля парт­би­лета № 314 НБП. Инте­ресна исто­рия, связан­ная с парт­би­ле­том: Курё­хин не знал, что от редкой болезни (саркома сердца), он так рано поки­нет этот мир. И зара­нее не озабо­тился, чтобы ему Лимо­нов выдал партий­ный билет. Умирая в боль­нице, он попро­сил выпи­сать ему — таки парт­би­лет и именно под номе­ром 314, так как считал это число маги­че­ским. Дугин, умира­ю­щему Курё­хину, вручил его уже в боль­нице.

«Поли­тика — глав­ный вид искус­ства сего­дня», — учил маэстро, поки­нув­ший планету в 1996 году.

Мы решили вспом­нить десять глав­ных акций нацбо­лов.


1. На «Аврору»!

В 1996 году в Питере в партию пришли два брата — Андрей и Сергей Греб­невы. Андрей был старше на 3 года. Тогда партий­ным «гауляй­те­ром» (так нацболы назы­вали своих руко­во­ди­те­лей на местах) был Дмит­рий Жвания. Левак, интел­лек­туал, впослед­ствии напи­сав­ший книгу «Путь Хунвей­бина» (2006 год) о своей поли­ти­че­ской деятель­но­сти, талант­ли­вый руко­во­ди­тель. Но уже тогда стано­ви­лось ясно, что партии нужно выхо­дить на новый уровень, стано­виться чем-то боль­шим, чем сектой интел­лек­ту­а­лов. Жвания мог руко­во­дить партией «мечта­те­лей», партией «идео­ло­гов». Именно тогда возникло так назы­ва­е­мое «прямое действие» и НБП навсе­гда нарекли «партией прямого действия».

Вели­ко­леп­ный, дерз­кий, моло­дой Андрей Греб­нев, что назы­ва­ется, подмял под себя питер­ское отде­ле­ние, нацболы стали слушаться Греб­нева, а не Жванию. Назрел раскол. Тогда в Питер лично прие­хал Лимо­нов дабы «разру­лить» ситу­а­цию, а она была пато­вая. Жвания наот­рез отка­зы­вался рабо­тать с Греб­не­вым, а Греб­нев обви­нял Жванию в стаг­на­ции движе­ния, что отде­ле­ние вместо того, чтобы делать насто­я­щую поли­тику, зани­ма­ется дема­го­гией и фило­соф­ство­ва­нием в подвале и на кухнях.

Лимо­нов вече­ром на собра­нии партии объявил, что партии нужны конкрет­ные действия, тогда же он и пред­ло­жил ребя­там совер­шить акцию на «Авроре».

По плану нужно было разбиться на две группы: одна проник­нет внутрь крей­сера и забар­ри­ка­ди­ру­ется в поме­ще­ниях, другая — забе­рётся на мачту, выве­сит флаги и транс­па­ранты, разбро­сает листовки, осталь­ные устроят митинг на палубе.

Стоит напом­нить, что это был 1997 год, и зара­нее Жвания дого­во­рился с журна­ли­стами НТВ, что те будут снимать и фото­гра­фи­ро­вать проис­хо­дя­щее. Тогда журна­ли­стам и в голову бы не пришло доло­жить ментам о наме­ча­ю­щейся акции, сего­дня времена изме­ни­лись карди­нально, сего­дня такой протест совер­шенно невоз­мо­жен из-за тяже­сти нака­за­ния. Хотя тогда, со слов участ­ни­ков акции, никто не думал о послед­ствиях, но все были уверены, что уголов­ных дел никто фабри­ко­вать не будет.

В захвате «Авроры» участ­во­вали братья Греб­невы. Сергей Греб­нев залез вместе с ещё одним това­ри­щем на самую верхушку мачты, а Андрей вместе с осталь­ными устроил внизу митинг, разбро­сав листовки и разма­хи­вая флагом с серпом и моло­том. Внутри забар­ри­ка­ди­ро­ваться не удалось, так как на дверях не было замков, поэтому ребята разбре­лись по палубе, где смущён­ные матросы неловко стояли в стороне и ждали приезда наряда мили­ции. Примерно через полчаса прие­хал ОМОН, все, без сопро­тив­ле­ния сдались право­охра­ни­те­лям. Акция была завер­шена, её пока­зали по всем кана­лам, напе­ча­тали в газе­тах.

Что требо­вали нацболы?

Андрей Греб­нев высту­пил с наци­о­на­ли­сти­че­ской тема­ти­кой, а именно, он и его сторон­ники выкри­ки­вали лозунги анти­тер­ро­ри­сти­че­ские, «Смерть чечен­ским терро­ри­стам!», «Долой буржуев — преда­те­лей русского мира!». Сторон­ники Жвании, они были в мень­шин­стве кричали лозунги соци­аль­ной направ­лен­но­сти «Капи­та­лизм — дерьмо!» и «Отобрать и поде­лить!».

Но, следует уточ­нить, что акция полу­чи­лась цель­ная, ника­кого раскола внутри не было. Так нача­лась исто­рия питер­ского отде­ле­ния НБП под пред­во­ди­тель­ством Греб­нева. Жвания не участ­во­вал в акции, а нахо­дился в это время с журна­ли­стами НТВ. После акции он посте­пенно признал лидер­ство Андрея и в после­ду­ю­щий период отошёл от дел орга­ни­за­ции.

Как уже гово­ри­лось есть книга, напи­сан­ная Жванией, «Путь хунвей­бина» Там очень хорошо пока­зана марги­наль­ная поли­тика послед­них лет СССР и деятель­ность НБП на началь­ном пери­оде. Но совсем недавно вышла книга Сергея Греб­нева «Бести­а­рий». Это свое­об­раз­ная сбор­ник расска­зов, объеди­нен­ных общей темой поста­по­ка­лип­сиса. На стра­ни­цах вы сможете узнать подроб­нее об акции нацбо­лов, но и не только о ней, а о жизни моло­дёжи в ельцин­ской стране 1990-х гг.

Андрей стал подлин­ным лиде­ром улич­ного сопро­тив­ле­ния Питера. Моло­дёжь буквально пова­лила в НБП. На каждом митинге была гаран­ти­ро­ван­ная стычка с ментами. Андрей легко мог выве­сти на улицу от 100 до 300 подго­тов­лен­ных бойцов. Его слава, как гово­рил сам Лимо­нов, была похожа на славу скан­даль­ного рокера. Андрей был духовно близок Лимо­нову, в его книгах Андрей упоми­на­ется множе­ство раз, навер­ное, во многом из-за того, что он был поэтом, писал стран­ные и страш­ные стихи, Лимо­нов одно­значно призна­вал за Греб­не­вым лите­ра­тур­ный талант.

В «Книге мёрт­вых», а Андрей был убит 2004 году неиз­вест­ными на улице, Лимо­нов анали­зи­рует судьбу этого отча­ян­ного парня. Стихи Андрея дают разгадку его такой безум­ной и траги­че­ской судьбы. Он, как считал Лимо­нов, видел свою судьбу и выра­зил её в своих стихах:

«Трущобы…
Помойки…
Хрущёвки…
Попро­шай­ни­ча­ю­щие опойки…
Спирт!
Спирт!
Спирт!
Моло­дые бандиты и старые воры
Мордо­бой, кого-то снова увозят
Спирт, спирт. По поня­тиям разго­воры
В карма­нах заточки, здесь все так
ходят
Чёрное солнце!
Чёрное солнце!
Мусор и мусора…
Сбор пустой стек­ло­тары — игра!
Лоте­рея, блядь!
(Шило,
Настойка боярыш­ника,
Порт­вейн “777”!)
Чёрное солнце, ёб твою мать!
Кровь на асфальте,
Похоже, моя.
Отбиты руки. Раздав­лены пальцы
Конец рабо­чего дня!»

Лимо­нов гово­рил, что это смерть Андрея Греб­нева, что он в своём же стихо­тво­ре­нии описал её, увидев…

Андрей был найден утром, на окра­ине Питера мёрт­вым, и его кровь багро­вела на асфальте…

Захват «Авроры» акти­ви­стами НБП в мае 1997 года

2. Захват клуба моряков в Севастополе

Первая круп­ная посадка нацбо­лов произо­шла в Крыму 24 авгу­ста 1999 года, в День Неза­ви­си­мо­сти Укра­ины.

20 нацбо­лов захва­тили башню Клуба моря­ков в самом центре Сева­сто­поля, тогда ещё укра­ин­ского города. Около 10 утра на втором этаже башни с куран­тами, кото­рые испол­няют гимн «Слава Сева­сто­полю», укре­пили транс­па­рант «Сева­сто­поль — русский город!» и затем выве­сили флаг НБП. Они зава­рили люки, чтобы их было не достать.

Несколько часов нацбо­лов не могли выку­рить оттуда, город был в шоке от проис­хо­дя­щего. Но Служба Безпеки взло­мала двери и аресто­вала ребят. В акции участ­во­вали около 30 чело­век, все они прото­ми­лись в укра­ин­ских тюрь­мах почти полгода, пока их не этапи­ро­вали обратно в Россию, где их, осво­бож­дав­шихся из Прес­нен­ской тюрьмы, встре­тил Лимо­нов вместе с другими партий­цами. Лимо­нов вспо­ми­нает, что сам началь­ник Прес­нен­ского централа выхо­дил пожать руки ребя­там и Лимо­нову и сказать добрые слова поддержки и одоб­ре­ния.

Когда в 2014 году случи­лось воссо­еди­не­ние Крыма, Лимо­нов непре­станно повто­рял журна­ли­стам:

«Мы первые гово­рили о Сева­сто­поле и Крыме!»


3. Захват собора святого Петра в Риге

Русские Латвии — это моя личная боль. Ещё в детстве я пере­жи­вал за вете­ра­нов, над кото­рыми ново­ис­пе­чён­ная власть решила поиз­де­ваться, но это изде­ва­тель­ство было и над нами всеми — Россией и русскими людьми. По сути это боль всех патри­о­тов.

После развала СССР, каждый мог позво­лить себе выти­рать ноги о Россию и конкретно о русских людей. Все мы знаем, как там было и есть до сих пор, в этой «евро­пей­ской» Прибал­тике. Русским не давали нормаль­ной работы и надежды на достой­ное буду­щее, дискри­ми­ни­ро­вали по наци­о­наль­ному признаку, о кото­рой Европа, так озабо­чен­ная правами гомо­се­ков, соба­чек, мусо­рок и прочей бели­берды, совер­шенно не гово­рила и кото­рую не хотела видеть. Скажу честно, бесило всё — агрес­сия латы­шей, их симпа­тии к вете­ра­нам СС, и что «наших бьют», а пьяница Ельцин продол­жал «прива­ти­зи­ро­вать» Россию. Пик недо­воль­ства пришёлся на 1998 год, когда ОМОН Риги избил наших пенси­о­не­ров дуби­нами, хотя они всего лишь гово­рили о низких пенсиях. Лимо­нов и НБП не могли не отве­тить на это нацист­ское пове­де­ние. Нацболы были первыми, кто поддер­жал наших вете­ра­нов там.

Воль­фыч за русских:

17 ноября 2000 года наци­о­нал-боль­ше­вист­ский флаг взвился над смот­ро­вой башней собора святого Петра в центре Риги. Знамя выве­сили трое россий­ских нацбо­лов: Сергей Соло­вей, Максим Журкин и Дмит­рий Гафа­ров. Пред­ва­ри­тельно, угро­жая муля­жом гранаты, они попро­сили персо­нал очистить смот­ро­вую. В сбро­шен­ных вниз двух тыся­чах прокла­ма­ций содер­жа­лись призывы к латвий­скому прави­тель­ству — осво­бо­дить из тюрем вете­ра­нов ВОВ, прекра­тить дискри­ми­на­цию русских жите­лей Латвии, не всту­пать в НАТО.

30 апреля 2001 года Соло­вей и Журкин полу­чили от латвий­ского право­су­дия по 15 лет, а несо­вер­шен­но­лет­ний Гафа­ров — 6 лет лише­ния свободы. Жестоко и бесче­ло­вечно прибалты распра­ви­лись с безобид­ными митин­гу­ю­щими.

Соло­вей, Журкин, Гафа­ров после акции в защиту русских и вете­ра­нов ВОВ в Риге

Акция полу­чи­лась ошелом­ля­ю­щей. Её заме­тили и в России, и за грани­цей.

Лимо­нов описы­вал эту акцию, и как его вызы­вали в ФСБ, чтоб он дал разъ­яс­не­ния действиям своих сорат­ни­ков. Эдуард тогда просил ФСБ защи­тить русско­языч­ных людей за рубе­жом, чтобы были пропи­саны права милли­о­нов русских, чтобы они не считали себя брошен­ными на произ­вол судьбы, не добив­шись ника­кого ответа, Эдуард попро­сил у ФСБ просто не мешать НБП защи­щать русских. Он даже сказал откро­венно полков­нику ФСБ, чтобы спец­службы задей­ство­вали их в такой работе:

«Мы готовы заняться этой пробле­мой, мы хотим защи­щать наших людей!»


4. Акция против Никиты Михалкова

Во время мастер-класса Михал­кова в Доме кино в Москве, 10 марта 1999 года, нацболы Дмит­рий Бахур и Егор Горш­ков бросили в него по одному свежему сырому яйцу. Причи­ной тому была поддержка режис­се­ром Назар­ба­ева на выбо­рах прези­дента Казах­стана. Никита Сергеич даже устроил йолбасы показ своего нового фильма «Сибир­ский цирюль­ник». А Лимо­нов после­до­ва­тельно высту­пал против русо­фоб­ской поли­тики Казах­стана и требо­вал оттор­же­ния север­ных терри­то­рий и присо­еди­не­ния их к России.

Дмит­рий Бахур

В резуль­тате нацбо­лов избили охран­ники Михал­кова, а сам режис­сёр дал с размаха ногой по лицу Дмит­рию Бахуру, кото­рого охран­ники держали с залом­лен­ными руками. Очень по-мужски, конечно.

Обще­ствен­ное мнение одно­значно встало на сторону нацбо­лов. А «Новая газета» во всю начала анти­ми­хал­ков­скую пропа­ганду.

28 июня Прес­нен­ский суд Москвы приго­во­рил Егора Горш­кова и Дмит­рия Бахура к двум с поло­ви­ной годам условно по статье 213 УК РФ («Хули­ган­ство») и амни­сти­ро­вал.

Следует отме­тить, что это было первое уголов­ное дело с посад­кой в отно­ше­нии членов НБП. Сам Лимо­нов даже пору­гал Бахура и Горш­кова за такую само­воль­ность, так как акция случи­лась спон­танно и эмоци­о­нально.

Барин него­дует и бьет нацбо­лов:


5. Захват кабинета Минздрава

Жесто­кая для наших пенси­о­не­ров и инва­ли­дов моне­ти­за­ция льгот, обре­кав­шая их на нищету, шла в 2004–2005 году. 2 авгу­ста 2004 года были послед­ние чтения по приня­тию этого драко­нов­ского закона. Уже после нового года, в начале января, пенси­о­неры пере­кры­вали Ленин­град­ское и другие шоссе Москвы. Нацболы же решили нака­зать автора людо­ед­ских реформ — главу Минздрава Зура­бова.

2 авгу­ста 2004 года в Москве около трид­цати нацбо­лов ворва­лись в здание ведом­ства и захва­тили каби­неты, в том числе и каби­нет мини­стра Миха­ила Зура­бова, забар­ри­ка­ди­ро­ва­лись и выбро­сили из окна порт­рет прези­дента Влади­мира Путина.

Через несколько дней нача­лись аресты и обыски. В бункере на Марии Улья­но­вой задер­жали несколько чело­век, кого-то взяли на квар­тире. В резуль­тате на скамье подсу­ди­мых оказа­лось 7 чело­век:

1) Максим Громов — это он выки­ды­вал порт­рет Путина из каби­нета Зура­бова).
2) Григо­рий Тишин — сын Анато­лия Тишина, второго чело­века в НБП на тот момент, и именно Тишин руко­во­дил партией пока Лимо­нов отбывл свой срок в Сара­тове.
3) Сергей Ежов из Рязани.
4) Кирилл Клёнов из Брян­ска.
5) Олег Беспа­лов из Петер­бурга, один из старей­ших нацбо­лов, стоял у исто­ков движе­ния.
6) Анато­лий Глоба-Михай­ленко «Борщ» из Москвы.
7) Анато­лий Коршун­ский «Чемо­дан» из Санкт-Петер­бурга.

Именно Григо­рий Тишин стал прото­ти­пом героя романа Захара Приле­пина «Санькя». Анато­лий Тишин стал прото­ти­пом героя Матвея в романе.
В поста­новке Кирилла Сереб­рен­ни­кова спек­такля «Отмо­розки» Саньку Тишина изме­нили на Григо­рия Жилина, тем самым делая аллю­зию ещё более очевид­ной.


6. Захват Администрации президента

Самая масштаб­ная и траги­че­ская акция случи­лась сразу после V съезда НБП.
14 декабря 2004 года около 50 лимо­нов­цев, прибыв­ших со всей страны на акцию, в районе 12:00 заняли один из каби­не­тов в приём­ной Адми­ни­стра­ции Прези­дента, факти­че­ской цита­дели власти, на Ильинке. Забар­ри­ка­ди­ро­ва­лись в здании, выве­сили свои флаги, растяжку, скан­ди­ро­вали лозунги. Одно­вре­менно в здании и на улице распро­стра­ня­лась листовка-обра­ще­ние к прези­денту России.

Акция была направ­лена в защиту действу­ю­щей консти­ту­ции и имела исклю­чи­тельно мирный харак­тер. Нацболы, проник­нув в поме­ще­ние, начали требо­вать встречи с совет­ни­ком Путина Илла­ри­о­но­вым. Но так случи­лось, что Илла­ри­о­нова не оказа­лось на рабо­чем месте, а работ­ники ФСО в резкой форме потре­бо­вали прекра­тить «заба­стовку», на что лимо­новцы отве­тили отка­зом и заявили, что пока Илла­ри­о­нов или Путин лично не придут к ним, никто отсюда сам не выйдет.

В одном из каби­не­тов оказался боль­шой метал­ли­че­ский сейф, туда и зашли ребята, прикрыли дверь сейфом, на улицу выве­сили флаг и начали скан­ди­ро­вать анти­пу­тин­ские лозунги: «Путин — уйди сам!», «Путин, лыжи, Мага­дан», «Мы научим вас Консти­ту­цию любить!» и прочее.

Когда прие­хал наряд ОМОНа и стал ломать дверь, нацболы держали её все вместе не пуская право­охра­ни­те­лей, и запели хором песню «Врагу не сдаётся наш гордый Варяг!». В ход пошли монтажки и топоры, дверь сломали, омоновцы в броне­жи­ле­тах вломи­лись, начали изби­вать всех подряд (среди ребят было девять деву­шек), несколько чело­век попали в боль­ницу.

Общее число задер­жан­ных — 40 чело­век. Всем предъ­явили обви­не­ния по 278 статье УК — насиль­ствен­ный захват власти, от 12 до 20 лет лише­ния свободы. Никто из задер­жан­ных вины не признал, почти все не давали ника­ких пока­за­ний.

Суд над нацбо­лами, кото­рые захва­тили адми­ни­стра­цию прези­дента 14 декабря 2004 года

Всех расфа­со­вали по москов­ским тюрь­мам. Деву­шек на женский централ в Печат­ники, паца­нов на Бутырку, Матрос­скую тишину и Пресню, ребят младше 18 лет — пять чело­век — в коло­нию для несо­вер­шен­но­лет­них.

Через несколько меся­цев, а всё это время все задер­жан­ные сидели в СИЗО, обви­не­ние пере­ква­ли­фи­ци­ро­вало дело со статьи 278 на статью 212 (массо­вые беспо­рядки). Одного несо­вер­шен­но­лет­него, нацбола Ваню Петрова, осво­бо­дили от нака­за­ния — ему было 15, а субъ­ек­том преступ­ле­ния по статье 212 явля­ется лицо, достиг­шее 16 лет.

Спустя почти год, 8 декабря, вынесли приго­вор. 39 чело­век признали винов­ными в массо­вых беспо­ряд­ках — в одном каби­нете.

Об этом процессе очень хорошо писала журна­листка Новой газеты Анна Полит­ков­ская. Статьи «Поко­ле­ние некстати», «Суд болеет у него 39» и др.


7. «Марши Несогласных»

Митинги против Путина — это уже норма для москов­ской либе­раль­ной жизни. Но мало кто знает, что лиде­ром анти­пу­тин­ского движе­ния был именно Эдуард Вени­а­ми­но­вич. Как и лозунг «Россия без Путина» — тоже изоб­ре­те­ние НБП, хотя, каза­лось, что его мог приду­мать скорее покой­ный Немцов.

С 2005 года по 2008 год, когда боль­шин­ство даже не мыслило проте­сто­вать против власти Путина, Лимо­нов и либе­ралы во главе с Каспа­ро­вым и Касья­но­вым устра­и­вали шествия в защиту консти­ту­ции. Пиком проте­стов стал 2008 год, глав­ной мише­нью — прези­дент Дмит­рий Медве­дев. Речь Лимо­нова была самой яркой: «Без нас нам вывели третье­сорт­ного чинов­ника и сделали нашим прези­ден­том», «Россия — это мы, а не Путин».

В июле 2006 года силами объеди­нён­ной оппо­зи­ции была создана широ­кая коали­ция. В неё вошли самые разные поли­ти­че­ские силы. Аван­гар­дом стали НБП Лимо­нова, РНДС Касья­нова и ОГФ Каспа­рова. Помимо них были и Хака­мада, и Рыжков, и Анпи­лов, и Глазьев и ещё орга­ни­за­ции помельче.

Первый митинг и шествие состо­я­лись 16 декабря 2006 года на Триум­фаль­ной площади.

Касья­нов, Лимо­нов, Каспа­ров. Первый Марш несо­глас­ных, 16 декабря 2006 года

Марши несо­глас­ных прово­ди­лись в несколь­ких горо­дах России. Но в Питере и в Москве они были наибо­лее ожесто­чён­ными, с проти­во­сто­я­нием ОМОНу и мили­ции. В резуль­тате нача­лись убий­ства акти­ви­стов НБП: убиты нацбол из Серпу­хова Юрий Червоч­кин и москов­ский акти­вист-лимо­но­вец Антон Стра­ды­мов.

ОМОН тогда был крайне жесток, не жалел ни юных бунта­рей, ни преста­ре­лых вете­ра­нов, кадры руко­при­клад­ства возму­щали тогда всех моск­ви­чей.

Подроб­нее о време­нах Маршей несо­глас­ных читайте в книге Андрея Балкан­ского «Эдуард Лимо­нов».


8.«Стратегия 31»

В 2009 году Лимо­нов создаёт Стра­те­гию-31 — самый попу­ляр­ный поли­ти­че­ский оппо­зи­ци­он­ный проект 2009–2011 годов. После раскола в коали­ции «Другая Россия» (не следует путать с партией Лимо­нова, создан­ной в 2010 году взамен запре­щён­ной НБП).

Сейчас акции часто ассо­ци­и­ру­ются с либе­раль­ными поли­ти­ками — Немцо­вым, Каспа­ро­вым, Поно­ма­рё­вым. Но это неспра­вед­ливо, ведь приду­мал их именно Эдуард Вени­а­ми­но­вич.

Каждое 31-е число каждого месяца сторон­ники 31-й статьи консти­ту­ции («Свобода собра­ний всегда и везде» — глав­ный лозунг Стра­те­гии-31) выхо­дили на Триум­фаль­ную площадь, чтобы потре­бо­вать соблю­де­ния этой самой 31-й статьи Консти­ту­ции РФ кото­рая гласит:

«Граж­дане Россий­ской Феде­ра­ции имеют право соби­раться мирно, без оружия, прово­дить собра­ния, митинги и демон­стра­ции, шествия и пике­ти­ро­ва­ние».

Эти акции, длив­ши­еся без пере­рыва девять лет пока­зали, как плохо у нас рабо­тает сие право жите­лей России. Ломали руки, били по голове и держали на холоде в КПЗ.


9. Национальная ассамблея

В 2008 году Лимо­нов вновь пыта­ется создать вместе с Гарри Каспа­ро­вым широ­кую коали­цию неси­стем­ной оппо­зи­ции — Наци­о­наль­ную ассам­блею. Сюда выби­рали канди­да­тов по прай­ме­риз и соби­рался альтер­на­тив­ный парла­мент, свои советы на местах и прези­дент.

17 мая 2008 года свыше 450 деле­га­тов из 66 реги­о­нов страны, пред­став­ля­ю­щие 85 орга­ни­за­ций, собра­лись в бизнес-центре непо­да­лёку от метро «Ново­сло­бод­ская». Но на этом всё и кончи­лось, слиш­ком уж разные силы хотели быть вместе, скре­стит их было трудно. Либе­ралы и левые, конечно же, не смогли дого­во­риться. Как ссорятся либе­ралы, вы и сами знаете, да и среди левых согла­сия не было.

Нацболы тогда пред­ло­жили объявить Наци­о­наль­ную ассам­блею парал­лель­ным прави­тель­ством, но деле­гаты отвергли это столь ради­каль­ное пред­ло­же­ние. Нацболы вышли из состава НА, хотя она ещё несколько лет суще­ство­вала. Вопрос: для чего? Можно вполне считать НА пред­те­чей Стра­те­гии-31.


10. Болотная площадь, 2011–2012 гг.

Самые массо­вые проте­сты в исто­рии России XXI века. Собы­тия, заста­вив­шие Путина бояться народ­ных проте­стов по-насто­я­щему и повер­нув­шие вектор поли­тики власти в сторону ужесто­че­ния свобод, цензуры и точеч­ных репрес­сий, подав­ле­ния оппо­зи­ции и замо­ра­жи­ва­ния реформ. Эти проте­сты заста­вили понять, что, несмотря на дутые рейтинги и Соло­вьёв-ТВ, народ может встать на защиту своих инте­ре­сов, может оказы­вать давле­ние на власть. Как гово­рят, именно тогда прези­дент принял реше­ние не уходить из власти нико­гда. Кто знает.

4 декабря 2011 года власть фаль­си­фи­ци­ро­вала выборы в Думу, нару­ше­ний было очень много, на местах чинов­ники наглели и не стес­ня­лись никого, делая вбросы. Народ в горо­дах выхо­дит на митинги проте­ста. Эти массо­вые проте­сты стали тако­выми именно благо­даря Лимо­нову. 6 декабря он выво­дит сторон­ни­ков на Триум­фаль­ную площадь, к ним присо­еди­ни­лись все недо­воль­ные. Именно в этот день был достиг­нут рекорд по задер­жан­ным в новей­шей исто­рии — более пяти­сот чело­век. 7 декабря вновь прохо­дят митинги в несколько тысяч чело­век, поли­ция вновь задер­жи­вает людей. Мест не хватает во всех отде­ле­ниях поли­ции Москвы.

Сергей Удаль­цов, лидер «Левого Фронта», был тогда под арестом и держал голо­довку. Именно он подал бумагу в мэрию разре­ше­ние на митинг 10 декабря. Сделал он это за несколько недель до 4 декабря, зара­нее. Он, конечно же, не пред­по­ла­гал, что произой­дут такие собы­тия. Но оппо­зи­ци­о­неры схва­ти­лись за этот митинг. Митинг был разре­шён и санк­ци­о­ни­ро­ван мэрией на 300 чело­век.

Лимо­нов один из немно­гих наста­и­вал на том, чтобы не согла­шаться идти на Болот­ную площадь, кото­рую власть буквально навя­зала оппо­зи­ции.

Немцов решил подо­гнуть протест под себя и стал одним из глав­ных вдох­но­ви­те­лей идеи митинга на Болот­ной, а не на площади Рево­лю­ции. В итоге 10 декабря 2011 года Путин выиг­рал благо­даря оппор­ту­ни­стам, — Немцову, Пархо­менко, Вене­дик­тову.

И все, кому не лень, ломи­лись на Болот­ную. Всю зиму и всю весну до новых выбо­ров они водили народ по площа­дям Москвы. Был потом проспект Саха­рова, окку­пай-Абай, окку­пай-Барри­кад­ная и опять 6 мая Болот­ная, где произо­шли стычки с поли­цией. Удаль­цова и Развоз­жа­ева тогда вместе с другими участ­ни­ками объявили винов­ни­ками в беспо­ряд­ках, поса­дили за решётку и судили.

Немцова убили на мосту в 2015 году, Наваль­ного так засу­дили, что он теперь на пожиз­нен­ном крючке у власти, Удаль­цов под надзо­ром.

А Дед, Лимо­нов, тогда всем гово­рил, что нельзя уходить с Площади Рево­лю­ции…

В романе Лимо­нова «Дед» данные собы­тия отоб­ра­жены очень ярко.

Так же реко­мен­дуем читать книгу «Пропо­веди. Против власти и продаж­ной оппо­зи­ции» Лимо­нова.

Разбор:


Это был очень неболь­шой экскурс в поли­ти­че­скую жизнь России через призму поли­ти­че­ской деятель­но­сти НБП, Лимо­нова и Другой России.

Напо­сле­док следует сказать, что Эдуард Лимо­нов был судим на четыре года коло­нии за то, что хотел отторг­нуть от Казах­стана русско­языч­ные обла­сти. Совсем недавно, в 2019 году, Лимо­нов напи­сал одну из послед­них своих книг «Будет ласко­вый вождь» — собы­тия повест­вуют об этой алтай­ской исто­рии.

17 марта 2020 года Лимо­нова не стало. Именно 17 марта 2014 года совер­ши­лось воссо­еди­не­ние Крыма с Россией. Шесть лет про Лимо­нова гово­рили, как же он был прав в 1990-е годы. Шесть лет за Лимо­но­вым призна­вали, начали призна­вать насто­я­щий поли­ти­че­ский талант. Что ещё нам пока­жет буду­щее, откроет из того, о ч1м гово­рил или писал Эдуард Вени­а­ми­но­вич, он же «Дед» для своих.

17 марта днём в боль­нице, умирая, Лимо­нов попро­сил близ­ких сорат­ни­ков увезти его домой на квар­тиру неда­леко от метро Ново­сло­бод­ская. Он не хотел умирать в боль­нице. Его, изне­мо­га­ю­щего от онко­ло­ги­че­ского забо­ле­ва­ния, довезли до дома, где он до самого послед­него момента был в созна­нии и просил пере­дать Заве­ща­ние и то, что он умер у себя дома, а не боль­нице. Это было его послед­нее жела­ние. Это озву­чили ребята на похо­ро­нах.

Напро­тив РГГУ, там же близ метро Ново­со­бод­ская, есть мага­зин «Магно­лия». У Лимо­нова в 2017 году вышла книга «Монго­лия». Книга не о стране Чингис­хана, а книга названа так потому, что рядом жил Эдуард и частенько захо­дил в эту Магно­лию-Монго­лию вместе с охран­ни­ками за продук­тами. Будете там рядом, вспом­ните, что в этом мага­зине, напро­тив РГГУ, был Эдуард Лимо­нов.

Когда-нибудь не станет этой «Магно­лии», но Монго­лия Лимо­нова несо­мненно оста­нется, но вы будете знать, о каком месте идёт речь!


Читайте также «“On The Wild Side” Лимо­нова»

Поделиться