Труды и дни Сергея Ожегова: как создать самый популярный отечественный словарь

Книга «Толко­вый словарь русского языка», кото­рую иначе назы­вают «Толко­вый словарь Ожегова», была почти в каждом совет­ском доме. Сего­дня, 22 сентября испол­ня­ется 120 лет со дня рожде­ния Сергея Ивано­вича Ожегова, соста­ви­теля первого одно­том­ного толко­вого словаря языка после­ре­во­лю­ци­он­ной эпохи. VATNIKSTAN расска­зы­вает о жизни и трудах вели­кого линг­ви­ста, чей словарь выдер­жал 28 изда­ний на русском языке.


Семья, война, аспирантура

Сергей Ожегов родился 22 сентября 1900 года по новому стилю. Сергей был первым из трёх братьев по стар­шин­ству, его семья жила в посёлке Камен­ное, сейчас это город Кувши­ново Твер­ской обла­сти. Иван Ивано­вич Ожегов, отец — инже­нер-техно­лог Камен­ской бумажно-картон­ной фабрики. Прадед по матери, прото­и­е­рей Гера­сим Петро­вич Павский — фило­лог, пере­вод­чик, автор «Крат­кой еврей­ской грам­ма­тики» и трак­тата «Фило­ло­ги­че­ские наблю­де­ния над соста­вом русского языка».

Писче­бу­маж­ная фабрика, на кото­рой рабо­тал Иван Ивано­вич Ожегов, 1900-е гг.

С октября 1897 года и до сере­дины января 1898 года в Камен­ном вместе со своей семьёй жил Алек­сей Макси­мо­вич Горь­кий. Писа­тель жил в крыле дома Ожего­вых, где нахо­ди­лась квар­тира его друга Нико­лая Заха­ро­вича Васи­льева, рабо­тав­шего на фабрике и возглав­ляв­шего неле­галь­ный поли­ти­че­ский кружок.

Дом Ожего­вых, 2008 год

Перед нача­лом Первой миро­вой войны семья Ожего­вых пере­ехала в Петер­бург, здесь Сергей окон­чил гимна­зию, а в 1918 году посту­пил на фило­ло­ги­че­ский факуль­тет Петро­град­ского универ­си­тета. Октябрь­скую рево­лю­цию студент Ожегов встре­тил с вооду­шев­ле­нием, многие его сорат­ники приняли деятель­ное участие в работе новых комис­са­ри­а­тов, напри­мер, Е. Д. Поли­ва­нов.

Заня­тия для Сергея Ожегова почти сразу закон­чи­лись — его призвали на фронт. В 1922 году он окон­чил воен­ную службу в штабе Харь­ков­ского воен­ного округа и вернулся на факуль­тет языко­зна­ния и мате­ри­аль­ной куль­туры Петро­град­ского универ­си­тета. В 1926 году он полу­чает диплом Ленин­град­ского универ­си­тета. Профес­сора реко­мен­до­вали талант­ли­вого студента в аспи­ран­туру, кото­рую он окон­чил в 1929 году.


Словарь Ушакова

Новой стране, где успешно прошла реформа орфо­гра­фии и вовсю шла борьба с безгра­мот­но­стью, нужны были новые норма­тив­ные доку­менты, в кото­рых были бы закреп­лены право­пи­са­ние и точные смыслы слов русского языка. Выпол­не­ние плана пору­чили лучшим отече­ствен­ным линг­ви­стам.

В самом конце 1920-х годов в Москве В. В. Вино­гра­дов, Г. О. Вино­кур и Б. В. Тома­шев­ский начали рабо­тать над четы­рёх­том­ным толко­вым слова­рём русского языка. Состав­ле­нием руко­во­дил Д. Н. Ушаков, именем кото­рого в 1940-х годах назо­вут итого­вую работу. В Архиве РАН сохра­нился проект «Словаря рево­лю­ци­он­ной эпохи» этого же коллек­тива. Доку­мент дати­ру­ется 1926 годом, аспи­рант Ожегов в нём значится в числе первых.

В 1936 году Ожегов пере­ехал в Москву. Коллек­тив авто­ров состоял из его коллег-языко­ве­дов, поэтому работа шла быст­рыми темпами. В 1937–1941 годах Сергей Ожегов препо­да­вал в Москов­ском инсти­туте фило­со­фии, лите­ра­туры и искус­ства, вслед за Ушако­вым изучал произ­но­си­тель­ную норму, консуль­ти­ро­вал дикто­ров на радио.

Во время Вели­кой Отече­ствен­ной войны Ожегов не уехал из столицы в эваку­а­цию вместе со своей семьёй и колле­гами, а остался препо­да­вать в педин­сти­туте, дежу­рил в ночных патру­лях. Он почти сразу запи­сался в опол­че­ние, но как круп­ного учёного его «брони­ро­вали» — попасть на фронт он не мог. Неза­долго до начала боёв за Минск от тубер­ку­лёза умер млад­ший брат, Евге­ний Ожегов. Сред­ний брат, Борис, остался в блокад­ном Ленин­граде. Семей­ный архив Ожего­вых хранит письмо от 5 апреля 1942 года. Об ужас­ных вестях писал Сергей Ивано­вич своей тёте в Сверд­ловск — один за другим в Ленин­граде умирали его родствен­ники:

«Наверно, не полу­чила ты моего послед­него письма, где я писал о смерти Бори 5 января. А на днях полу­чил ещё, новое горест­ное изве­стие. В сере­дине января умер Борин сын Алёша, 26 января мама скон­ча­лась, а 1 февраля Борина жена Клав­дия Алек­сан­дровна. Никого теперь у меня не оста­лось. Не мог опом­ниться. Четы­рёх­лет­няя Наташа жива, ещё там. Вызы­ваю её к себе в Москву, м<ожет> б<ыть> удастся пере­везти. Буду сам пока нянчить».

Когда угроза паде­ния столицы мино­вала, Ожегов помо­гал многим колле­гам вернуться в Москву для продол­же­ния совмест­ной работы над слова­рём. Так и не успев прие­хать из эваку­а­ции, в Ташкенте умер Ушаков. Ещё до войны Ожегов строил с ним планы по созда­нию попу­ляр­ного толко­вого одно­том­ного словаря.


Новый словарь для страны-победительницы

Побе­див­шей стране необ­хо­дим был простой, но ёмкий толко­вый словарь. Работу над ним взял на себя Сергей Ивано­вич Ожегов. Вместе с ним труди­лись науч­ные сотруд­ники Инсти­тута русского языка Акаде­мии наук. Многие до этого рабо­тали в Ленин­граде, но объеди­нила их война. Чтобы не расстаться в череде после­во­ен­ных пере­ез­дов, в 1947 году Инсти­тут русского языка напра­вил письмо Сталину с прось­бой не пере­во­дить их в Ленин­град — это могло подо­рвать учёные силы, рассре­до­то­чить команду.

Здание Инсти­тута русского языка АН СССР на Волхонке, 1970-е гг.

В основу словаря Ожегова легли поло­же­ния, выра­бо­тан­ные комис­сией ещё до войны:

«1. Малый Толко­вый Словарь пред­на­зна­ча­ется для широ­кого чита­теля и явля­ется норма­тив­ным: он должен быть посо­бием для изуче­ния совре­мен­ной правиль­ной лите­ра­тур­ной русской речи. <…>
3. Наибо­лее труд­ный вопрос — состав слов­ника — должен быть решён таким обра­зом, чтобы словарь мог отра­жать основ­ной лекси­че­ский состав лите­ра­тур­ного языка с вклю­че­нием наибо­лее суще­ствен­ных разно­вид­но­стей устной и пись­мен­ной речи. В основу Малого Словаря кладётся слов­ник четы­рёх­том­ного Толко­вого словаря Д. Н. Ушакова».

Фило­лог Олег Викто­ро­вич Ники­тин, иссле­до­вав­ший ход работы над слова­рём, пишет о напря­жён­ной борьбе внутри коллек­тива:

«Первая попытка выпу­стить этот труд в 1945 году не увен­ча­лась успе­хом: „внут­рен­нее рецен­зи­ро­ва­ние“ было выдер­жано весьма в крити­че­ских, но не обли­чи­тель­ных тонах, с поже­ла­нием пере­смот­реть и дора­бо­тать словарь. „Руко­пись в пред­став­лен­ном виде посы­лать в набор неце­ле­со­об­разно“, — такое реше­ние принял редак­тор­ский отдел изда­тель­ства. Эта была первая рецен­зия на „Словарь“, первый удар, но от своих».

Боль­шин­ство крити­ков «Словаря» подчёр­ки­вали необ­хо­ди­мость его выхода, выде­ляя профес­си­о­на­лизм и заслуги Ожегова. Выхо­дили поло­жи­тель­ные отзывы о работе: многие рецен­зенты-фило­логи отме­чали, что Сергей Ивано­вич не ориен­ти­ро­вался на соци­аль­ный заказ или поли­ти­че­скую доктрину, а стре­мился учесть опыт отече­ствен­ной исто­рии языко­зна­ния. В то же время вопросы к «Словарю» возни­кали довольно часто. Неодоб­ре­ние вызвала статья о слове «святки». Редак­торы упирали на то, что в совре­мен­ном СССР такого поня­тия нет, а, следо­ва­тельно, лучше не давать уста­рев­шую лексику. Заме­ча­ния вызвали отсут­ствие слов «воен­ком» и «агит­пункт», и присут­ствие слов «иеро­ди­а­кон», «апока­лип­сис» и «схимо­нах». Иссле­до­ва­тель славян­ских языков Ф. П. Филин заме­чал в своей рецен­зии:

«Дело не только в пред­став­лен­ном в Словаре составе куль­то­вых терми­нов. Обра­щают на себя внима­ние также опре­де­ле­ния значе­ний этих терми­нов. Возь­мём для примера слово икона. С. И. Ожегов даёт такое опре­де­ле­ние этому слову: „Живо­пис­ное изоб­ра­же­ние бога или святого у христиан, образ“. Не знаю, может быть, бого­словы найдут какие-нибудь детали для оспа­ри­ва­ния этого опре­де­ле­ния, но в основ­ном оно их вполне устроит. Но правильно ли остав­лять в совет­ском „Словаре“ бого­слов­скую точку зрения?».

Одно из первых изда­ний «Словаря»

Первое изда­ние «Словаря русского языка» — тогда он назы­вался так — вышло в 1949 году и сразу же обра­тило на себя внима­ние чита­те­лей, учёных и крити­ков. Сергей Ивано­вич полу­чал сотни писем с прось­бами прислать словарь, проком­мен­ти­ро­вать то или иное место попо­дроб­нее. Многие обра­ща­лись к нему за консуль­та­цией, и всем учёный отве­чал. Сохра­нив­ша­яся пере­писка дарит нам возмож­ность озна­ко­миться с пись­мом китай­ского студента, в кото­ром он просит объяс­нить отсут­ствие в русском языке слова «счаст­ный» как анто­ним слова «несчаст­ный». Сергей Ивано­вич отве­тил, расска­зав об исто­рии русского языка, о том, каким обра­зом раньше исполь­зо­ва­лось это слово и куда пропало:

«Если у вас или у Ваших това­ри­щей будут вопросы ко мне, я охотно буду отве­чать. Шлю привет Вам и всем китай­ским учени­кам, так хорошо изуча­ю­щим русский язык».

Новые изда­ния, выхо­див­шие с разными интер­ва­лами, редак­ти­ро­ва­лись лично Сергеем Ивано­ви­чем. Он посто­янно вычи­ты­вал и кропот­ливо «осовре­ме­ни­вал» словарь. Несмотря на регу­ляр­ные правки, общая концеп­ция и струк­тура оста­ва­лись неиз­мен­ными — словарь сохра­нял ориен­та­цию на массо­вого поль­зо­ва­теля, кото­рый не знаком с боль­шин­ством линг­ви­сти­че­ских терми­нов. В «Словарь» не входила узкая специ­аль­ная лексика, не имею­щие боль­шой ценно­сти област­ные слова, просто­реч­ные элементы «с явно выра­жен­ным вуль­гар­ным оттен­ком», слова народно-поэти­че­ской речи, не вошед­шие в общий язык.

«Словарь» Ожегова — эталон­ный пример по-насто­я­щему народ­ного словаря, запрос на кото­рый не исся­кал. Одно­том­ный словарь был удобен в исполь­зо­ва­нии, всегда нахо­дил место на полке. Слов­ник из 60 000 слов, собран­ный авто­рами, исполь­зо­вался для созда­ния наци­о­наль­ных слова­рей наро­дов СССР, лёг в основу слова­рей евро­пей­ских языков, изда­вав­шихся в СССР — лексика была обще­упо­тре­би­тель­ная и акту­аль­ная. Прижиз­нен­ный суммар­ный тираж «Словаря» Ожегова превы­сил отметку в 1,5 милли­она экзем­пля­ров при восьми изда­ниях.

Сергей Ивано­вич Ожегов за рабо­той, 1960-е гг.

Совре­мен­ники вспо­ми­нали Сергея Ивано­вича Ожегова как чело­века очень чуткого, незло­би­вого, но в меру стро­гого. Он всегда был спокоен, учтив. Олег Викто­ро­вич Ники­тин, изучав­ший биогра­фию Ожегова, запи­сал следу­ю­щее:

«Его облик — и внеш­ний, и внут­рен­ний — был удиви­тельно гармо­ни­чен, граци­о­зен, а священ­ни­че­ское лицо, акку­рат­ная, с годами седая бородка и манеры старого аристо­крата вызы­вали курьёз­ные случаи. Одна­жды, когда С. И. Ожегов, Н. С. Поспе­лов и Н. Ю. Шведова прие­хали в Ленин­град, то, выйдя с перрона Москов­ского вокзала, напра­ви­лись к стоянке такси и, благо­по­лучно присев в салоне, с невоз­му­ти­мой элегант­но­стью попро­сили води­теля отвезти их в Акаде­мию [наук], но, веро­ятно, смущён­ный их видом и мане­рами мужчин, тот привёз их в … духов­ную акаде­мию».


«Русская речь» и дальнейшая судьба самого народного словаря

По иници­а­тиве Ожегова в 1958 году в Инсти­туте русского языка была создана Спра­воч­ная служба русского языка. Она отве­чала на запросы орга­ни­за­ций и част­ных лиц по вопро­сам русской речи. Помимо член­ства в Комис­сии Моссо­вета по наиме­но­ва­нию учре­жде­ний и улиц Москвы и множе­стве других норма­тив­ных инстан­ций, Сергей Фёдо­ро­вич трудился над запус­ком пери­о­ди­че­ского изда­ния по вопро­сам языко­зна­ния. Первый номер научно-попу­ляр­ного журнала Акаде­мии наук «Русская речь», кото­рый выхо­дит до сих пор, увидел свет уже после смерти Ожегова, в 1967 году.

Сергей Фёдо­ро­вич скон­чался в Москве 15 декабря 1964 года. Урна с его прахом хранится в некро­поле Ново­де­ви­чьего мона­стыря, кото­рый он ежегодно посе­щал на Пасху.

Изда­ние «Словаря» 1997 года

После смерти Ожегова работу над попол­не­нием и редак­ти­ро­ва­нием одного из самых извест­ных и попу­ляр­ных русских слова­рей взяла на себя его коллега, Н. Ю. Шведова.

В 1992 году труд стал имено­ваться «Толко­вым слова­рём русского языка», и впер­вые Шведова была указана в нём в каче­стве соав­тора. Из-за серьёз­ных судеб­ных тяжб, кото­рые появи­лись из-за боль­шого коли­че­ства ново­вве­де­ний в «Словаре», несколько пере­из­да­ний книги выхо­дили без фами­лии Ожегова — потомки запре­тили исполь­зо­вать фами­лию. После смерти Шведо­вой, Сергей Ивано­вич Ожегов снова стал числиться в авто­рах, но боль­шин­ство нара­бо­ток Ната­льи Юльевны убрали.

Изда­ние «Словаря» 2018 года

Читайте также исто­рию газет «Новое время» и «Русское слово» и их пред­при­им­чи­вых созда­те­лей «Суво­рин и Сытин — первые русские медиа­маг­наты». 

Поделиться