Аграрная политика Колчака в Сибири

Прави­тель­ство Колчака в Сибири в 1919 году должно было решить судьбу поме­щи­чьих земель, заня­тых крестья­нами после Октябрь­ской рево­лю­ции. При этом необ­хо­димо было учиты­вать природно-геогра­фи­че­ские и соци­аль­ные особен­но­сти Сибири. Важной зада­чей стало преодо­ле­ние пред­рас­суд­ков: многим каза­лось, что белое прави­тель­ство соби­ра­ется вернуть старые порядки в сибир­ской деревне. Вместе с этим требо­ва­лось моби­ли­зо­вать крестьян­ские массы на воору­жён­ную борьбу против боль­ше­ви­ков. Но в реалиях Граж­дан­ской войны эта задача оказа­лась непо­силь­ной для Колчака и его окру­же­ния.

VATNIKSTAN продол­жает цикл статей о Граж­дан­ской войне в Сибири и разби­ра­ется, как белые балан­си­ро­вали между инте­ре­сами крестьян и бывших поме­щи­ков, пыта­ясь решить земель­ный вопрос.

Колчак в штабе Сибир­ской армии, 1919 год

Истоки аграрной политики Белого движения

Аграр­ная поли­тика Колчака имела огром­ное значе­ние для буду­щей борьбы с режи­мом боль­ше­ви­ков. Именно крестьяне оста­ва­лись самой много­чис­лен­ной кате­го­рией насе­ле­ния, а боль­ше­вики не поль­зо­ва­лись у них особой симпа­тией. Это связано с тем, что Сибирь и Урал карди­нально отли­ча­лись от евро­пей­ской части России.

Во-первых, плот­ность насе­ле­ния к востоку от Урала состав­ляла 0,5 чело­века на квад­рат­ный метр, а в Централь­ной России — в сред­нем 22 чело­века. Насе­ле­ние концен­три­ро­ва­лось в горо­дах. Во-вторых, в Сибири не было такого широ­кого соци­аль­ного рассло­е­ния. Ранее в реги­оне прак­ти­че­ски не было крепост­ного крестьян­ства. Почти вся земля в Сибири была либо крестьян­ской, либо госу­дар­ствен­ной. Боль­шую часть насе­ле­ния состав­ляли казаки и крестьяне. В-третьих, уровень жизни, и прожи­точ­ный мини­мум сибир­ского насе­ле­ния был выше, чем в Централь­ной России — из-за природ­ных ресур­сов и малого распро­стра­не­ния крепост­ного права.

Этими обсто­я­тель­ствами можно объяс­нить, почему насе­ле­ние Сибири так прохладно приняло совет­скую власть: их устра­и­вало насто­я­щее поло­же­ние, да и не было такой земли, кото­рую они хотели разде­лить. Лозунги боль­ше­ви­ков об экспро­при­а­ции земель, равен­стве рабо­чих и крестьян не привле­кали внима­ние мест­ных крестьян.

Но приход к власти белых и их лозунги были приняты нейтрально. Боль­шая часть насе­ле­ния Сибири не пони­мала, зачем им поддер­жи­вать одну из сторон, ведь по сути, их лозунги не были акту­альны.

Томский район, 1909 год

Во многом идеи по аграр­ному устрой­ству прави­тель­ства Колчака пере­пле­та­лись с рефор­мами Петра Столы­пина. Соци­а­ли­сты же, напро­тив, оцени­вали деятель­ность рефор­ма­тора нега­тивно. Ещё 28 июня 1917 года был принят закон о запре­ще­нии част­ных земель­ных сделок и пере­даче всех земель­ных право­от­но­ше­ний под контроль созда­ва­е­мых земель­ных коми­те­тов. Глав­ной целью соци­а­ли­стов стала «соци­а­ли­за­ция» — ликви­да­ция част­ной собствен­но­сти на землю.

П.А. Столы­пин (1862 – 1911 гг.)

Летом 1917 года пред­ла­га­лись проекты, кото­рые позд­нее стали осно­вой аграрно-крестьян­ской программы россий­ского Белого движе­ния. Так, ближай­шее окру­же­ние гене­рала Л. Г. Корни­лова в июле 1917 года разра­ба­ты­вало проект аграр­ной реформы. Его авто­ром был профес­сор Москов­ского универ­си­тета А. И. Яковлев. Он считал необ­хо­ди­мым «осуще­ствить земель­ную реформу на осно­вах плат­ного отчуж­де­ния земель в целях созда­ния, на нача­лах собствен­но­сти, мелкого крестьян­ского земле­де­лия». По ходу реформы плани­ро­ва­лось учре­дить особый госу­дар­ствен­ный фонд из част­но­вла­дель­че­ских, мона­стыр­ских, удель­ных и казён­ных земель, с после­ду­ю­щим превра­ще­нием на этой основе крестьян­ских владель­че­ских отру­бов.

На Х съезде кадет­ской партии отме­ча­лось следу­ю­щее:

«Неот­лож­ной зада­чей явля­ется широ­кая орга­ни­за­ция агро­но­ми­че­ской, мели­о­ра­тив­ной и вообще куль­тур­ной помощи крестьян­скому хозяй­ству, а равно созда­ние для него благо­при­ят­ной эконо­ми­че­ской обста­новки, так как лишь при этом усло­вии земель­ная реформа может послу­жить осно­вой для нормаль­ного разви­тия крестьян­ского хозяй­ства».

Следо­ва­тельно, уже в 1917 году обозна­чи­лись основ­ные прин­ципы буду­щих аграр­ных реформ Белого движе­ния: созда­ние госу­дар­ствен­ного земель­ного фонда и контроль за земле­устрой­ством, содей­ствие эконо­ми­че­скому подъ­ёму крестьян­ских хозяйств, бесплат­ное наде­ле­ние землей воин­ских чинов, отчуж­де­ние части владель­че­ских земель за выкуп.

Но в усло­виях проти­во­бор­ства двух идео­ло­ги­че­ски разных сил белым и их сторон­ни­кам прихо­ди­лось подстра­и­ваться под совре­мен­ные реалии. Извест­ный русский эконо­мист и фило­соф П. Б. Струве считал:

«Сейчас земель­ный вопрос сводится к тому, чтобы утвер­дить крестьян­скую собствен­ность. Русская рево­лю­ция должна осуще­ствить столы­пин­скую аграр­ную реформу… нужно лозунг соци­а­ли­стов-рево­лю­ци­о­не­ров „в борьбе обре­тёшь ты право своё“ превра­тить в лозунг „в борьбе обре­тёшь ты право собствен­но­сти“».

П.Б. Струве (1870 — 1944 гг.)

Белое движе­ние выстра­и­вало аграр­ную поли­тику, кото­рая осно­вы­ва­лась на трёх прин­ци­пах. Они были обозна­чены глав­но­ко­ман­ду­ю­щим Воору­жён­ными силами Юга России А. И. Дени­ки­ным. Они заклю­ча­лись в:

  • «обес­пе­че­нии сель­ско­хо­зяй­ствен­ного произ­вод­ства»;
  • «сохра­не­нии прин­ципа собствен­но­сти»;
  • «по возмож­но­сти, в мень­шем нару­ше­нии сложив­шихся в деревне взаи­мо­от­но­ше­ний».

Сущность аграрной политики Российского правительства в Сибири

Одним из важней­ших шагов совет­ской власти по аграр­ной поли­тике стал Декрет о земле от 26 октября 1917 года, по кото­рому поме­щи­чья земля пере­хо­дила в собствен­ность крестьян­ству. В резуль­тате крестьяне полу­чили более 150 милли­о­нов деся­тин земли. Но помимо эконо­ми­че­ских послед­ствий декрет имеет и боль­шое поли­ти­че­ское значе­ние: в сущно­сти, он выби­вал почву из-под ног контр­ре­во­лю­ции. В России, где боль­шин­ство насе­ле­ния состо­яло из крестьян, от их мнения зави­села и сила армии, кото­рая могла добыть победу. Поэтому у Белого движе­ния не было возмож­но­сти дать крестья­нам больше — только подтвер­дить пере­ход земли поме­щи­ков в руки крестьян.

Крестьяне-пере­се­ленцы у времен­ного жилья. Мину­син­ский уезд. Начало ХХ в.

Свер­же­ние власти Сове­тов в Сибири летом 1918 года привело анти­боль­ше­вист­ское прави­тель­ство в контр­ре­во­лю­ци­он­ную эйфо­рию в целом и по аграр­ному вопросу в част­но­сти. Так, уже в начале июля 1918 года Времен­ное Сибир­ское прави­тель­ство издало закон о возвра­ще­нии владель­цам их имений вместе с живым и мёрт­вым инвен­та­рём. Прак­ти­че­ские вопросы этой аграр­ной рестав­ра­ции должны были решать комис­сии, специ­ально обра­зу­е­мые земствами. Конечно, данный акт имел раци­о­наль­ное зерно.

Как уже упоми­на­лось ранее, Сибирь — это всё-таки отлич­ный от осталь­ной части России регион. Здесь не было значи­тель­ного поме­щи­чьего земле­вла­де­ния. Следо­ва­тельно, и меры, приня­тые Времен­ным Сибир­ским прави­тель­ством, не вызвали бы широ­кую волну недо­воль­ства среди крестьян.

Придя к власти после пере­во­рота 28 ноября 1917 года, адми­рал Колчак стал Верхов­ным прави­те­лем России. Его глав­ной целью стала победа над боль­ше­ви­ками, но для этого необ­хо­димо было решить множе­ство вопро­сов в тылу. А вопро­сов была масса: кто станет собствен­ни­ком земли после распре­де­ле­ния поме­щи­чьих терри­то­рий в пользу крестьян­ства, как улуч­шить произ­во­ди­тель­ность сель­ско­хо­зяй­ствен­ных терри­то­рий, как зару­читься поддерж­кой крестьян­ства в борьбе с боль­ше­ви­ками.

Отно­ше­ние части гене­ра­лов и офице­ров Белого движе­ния к земель­ному вопросу было туман­ным: они считали, что в воен­ное время аграр­ную реформу следует отло­жить на буду­щее. Лидеры белых рассчи­ты­вали быстро побе­дить, а уже после созыва Учре­ди­тель­ного собра­ния прави­тель­ство должно было решить аграр­ный вопрос. Конечно, такая пози­ция не могла поль­зо­ваться симпа­ти­ями ни у бывших поме­щи­ков, ни у крестьян.

Вот и Колчаку пришлось столк­нуться с давле­нием как и жите­лей Сибири, и привер­жен­цев Белого движе­ния, в основ­ном интел­ли­ген­ции, бывшего дворян­ства, буржу­а­зии. Адми­рал не считался с требо­ва­ни­ями народа, так как был воен­ным, а не госу­дар­ствен­ным деяте­лем. Уже на допросе в 1920 году он призна­вался:

«Я вырос в чисто воен­ной семье <…> Вырос я под влия­нием чисто воен­ной обста­новки и воен­ной среды. Боль­шин­ство знако­мых, с кото­рыми я встре­чался, были люди воен­ные. Какими-либо поли­ти­че­скими зада­чами и вопро­сами я почти не инте­ре­со­вался и не зани­мался <…> Науками соци­аль­ного и поли­ти­че­ского харак­тера я зани­мался очень мало».

Сибир­ские крестьяне, 1911 год

В управ­ле­нии Колчак руко­вод­ство­вался воен­ными уста­вами. Адми­рал пред­став­лял, что едино­лич­ная власть с дикта­тор­скими полно­мо­чи­ями возможна только во время боевых действий и в «тече­ние опре­де­лён­ного, очень корот­кого пери­ода времени, когда можно действо­вать, осно­вы­ва­ясь на чисто воен­ных зако­но­по­ло­же­ниях». Также он гово­рил и о том, что управ­лять стран­ной только на основе «поле­вого поло­же­ния» невоз­можно: оно не преду­смат­ри­вает осуществ­ле­ние функ­ций госу­дар­ствен­ной власти. Далее Колчак разви­вал свою мысль следу­ю­щим обра­зом:

«Поэтому мне каза­лось, что едино­лич­ная власть, как воен­ная, должна непре­менно связы­ваться ещё с орга­ни­зо­ван­ной властью граж­дан­ского типа, кото­рая действует, подчи­ня­ясь воен­ной власти, вне театра воен­ных действий. Это дела­ется для того, чтобы объеди­ниться в одной цели веде­ния войны. Таким обра­зом, едино­лич­ная власть скла­ды­ва­ется из двух функ­ций: верхов­ного коман­до­ва­ния плюс верхов­ная граж­дан­ская власть, действу­ю­щая в граж­дан­ском порядке, кото­рой можно было бы управ­лять вне театра воен­ных действий».

Первым шагом прави­тель­ства Колчака в аграр­ной поли­тике стало поста­нов­ле­ние Совета мини­стров от 5 апреля 1919 года об отмене июль­ского закона Времен­ного Сибир­ского прави­тель­ства о возвра­ще­нии владель­цам их имений и ликви­да­ции соот­вет­ству­ю­щих комис­сий. Колчак не издал специ­аль­ный норма­тив­ный аграр­ный доку­мент, огра­ни­чив­шись декла­ра­цией собствен­ного Россий­ского прави­тель­ства от 8 апреля 1919 года.

Сель­ский учитель и его семья, 1916 год

При этом стоит также разо­брать и доку­менты, связан­ные с разра­бот­кой аграр­ной программы мини­стер­ства земле­де­лия в Сибири, кото­рая нача­лась ещё в первой поло­вине 1919 года. Изло­жен­ные земель­ные проблемы и методы их реше­ния были пред­став­лены в основ­ном в четы­рёх доку­мен­тах:

  • «Записке о направ­ле­нии аграр­ной поли­тики прави­тель­ства»;
  • «Осно­вах аграр­ной поли­тики прави­тель­ства»;
  • «Поло­же­нии об обра­ще­нии во времен­ное распо­ря­же­ние госу­дар­ства земель, вышед­ших из обла­да­ния их владель­цев» и «Объяс­ни­тель­ной записке»;
  • «Прави­лах о порядке произ­вод­ства и сбора посе­вов в 1919 году в мест­но­стях, осво­бож­дён­ных от Совет­ской власти».

Появи­лась проблема: какое реше­ние по аграр­ному вопросу следует считать закон­ным, если все аграр­ные акты Сове­тов объяв­ля­лись неза­кон­ными. Окон­ча­тель­ное реше­ние «веко­вого земель­ного вопроса» откла­ды­ва­лось до созыва Наци­о­наль­ного собра­ния. Это давало время прави­тель­ству Колчака решить более важную задачу — побе­дить боль­ше­ви­ков.

Но колча­ков­ские аграр­ники пони­мали, что огра­ни­читься одним «закон­ным» укло­не­нием от земель­ного вопроса они не смогут. Так в «Записке о направ­ле­нии аграр­ной поли­тики прави­тель­ства», разра­бо­тан­ной в начале 1919 года, гово­ри­лось:

«Вопрос — како веру­еши, что нам ждать от тебя в этой обла­сти — будет первым вопро­сом, с кото­рым подой­дут к прави­тель­ству все прикос­но­вен­ные к земле люди… Настало время опре­де­лить прин­ци­пи­аль­ное отно­ше­ние прави­тель­ства к аграр­ному вопросу, наме­тить ясную линию пове­де­ния…»

Такая слож­ная задача вызы­вала смяте­ние в окру­же­нии адми­рала. Известно было только одно: крестьяне ни в коем случае не должны были поду­мать, что прави­тель­ство пресле­дует цель вернуть поме­щи­чье земле­вла­де­ние. Тогда и прояв­ля­ется парал­лель между целями Колчака и столы­пин­ской аграр­ной реформы. Правда, реше­ние земель­ного вопросы требо­вало значи­тель­ных попра­вок, дикту­е­мыми после­ре­во­лю­ци­он­ной обста­нов­кой, сложив­шейся в стране и в деревне в част­но­сти.

«Записка о направ­ле­нии аграр­ной поли­тики» прямо подчёр­ки­вала, что если «старое прави­тель­ство не прини­мало доста­точ­ных мер к содей­ствию крестьян­ству в приоб­ре­те­нии им земли, будучи связано общей тенден­цией к поддер­жа­нию дворян­ского земле­вла­де­ния», то теперь, после рево­лю­ции, «вско­лых­нув­шей народ­ные массы», дворян­ство «должно усту­пить своё место крестья­нину, без опоры на кото­рое немыс­лимо ника­кое буду­щее бытие Россий­ского госу­дар­ства». Тогда основ­ной целью аграр­ни­ков стало созда­ние мелких креп­ких трудо­вых хозяйств, владе­ю­щих землей на праве част­ной собствен­но­сти и свобод­ных от прину­ди­тель­ной опеки общины«.

Тем не менее авторы «Записки» указы­вали, что данный процесс займёт очень много времени — «примерно 42 года». Но перспек­тива «погло­ще­ния круп­ного земле­вла­де­ния мелким» давала надежду на мир в крестьян­ской среде.

Сибир­ские крестьяне, 1911 год

Труд­нее всего было решить, что же делать с землями, кото­рые уже пере­шли во владе­ние крестьян. Здесь обра­тимся к тексту упомя­ну­той ранее Декла­ра­ции от 8 апреля 1919 года. Она уста­нав­ли­вала правило: все поль­зо­ва­тели земли, не явля­ю­щи­еся собствен­ни­ками или арен­да­то­рами, если её засе­яли и обра­бо­тали, имеют право собрать урожай. Также прави­тель­ство декла­ри­ро­вало меры для обес­пе­че­ния мало­зе­мель­ных и беззе­мель­ных крестьян за счет част­но­вла­дель­че­ских и казён­ных земель. Правда, эти земли уже были факти­че­ски заняты крестья­нами. Но осуществ­ле­ние данной декла­ра­ции пред­по­ла­га­лось в «буду­щем времени», само­воль­ные захваты запре­ща­лись.

По сути «поль­зо­ва­тели» земли пере­во­ди­лись на поло­же­ние арен­да­то­ров. В «Объяс­ни­тель­ной записке к зако­но­про­екту» отме­ча­лось, что времен­ный пере­вод «захват­чи­ков» в арен­да­торы опре­де­лённо укажет им, что «право собствен­но­сти на эти земли им не принад­ле­жит». Правда, тут же дела­лась прямо рассчи­тан­ная на крестьян оговорка: чтобы у них созда­ва­лась «уверен­ность для спокой­ной работы», за ними в буду­щем призна­ва­лось преиму­ще­ствен­ное право на приоб­ре­те­ние нахо­дя­щейся в их поль­зо­ва­нии земли.

В данном случае просле­жи­ва­лись две линии прави­тель­ства Колчака. Первая заклю­ча­лась в том, что прави­тель­ство стре­ми­лось всеми силами пока­зать, что оно «не думает о рестав­ра­ции старого поло­же­ния вещей». При этом «поль­зо­ва­тели» земель были необ­хо­димы белым, кото­рым требо­ва­лось макси­мально исполь­зо­вать сель­ско­хо­зяй­ствен­ные угодья для обес­пе­че­ния нужд армии.

Бога­тая крестьян­ская семья, 1911 год

В «Осно­вах аграр­ной поли­тики прави­тель­ства», издан­ных весной 1919 года, пропи­сы­ва­лись вопросы урегу­ли­ро­ва­ния отно­ше­ний крестьян и бывших владель­цев имений. Напри­мер, поло­же­ние о трудо­вой норме земле­вла­де­ния. Поль­зо­ва­те­лям земли запре­ща­лось приоб­ре­тать её сверх нормы. Пределы, правда, точно не опре­де­ля­лись, но подчёр­ки­ва­лась недо­пу­сти­мость мелких участ­ков. Также зако­но­про­ект назна­чал срок, в тече­ние кото­рого бывшие владельцы и крестьяне должны урегу­ли­ро­вать отно­ше­ния на дого­вор­ной основе, точнее, путём продажи. По третьему пункту утра­чен­ные собствен­ни­ками земли пере­хо­дили в госу­дар­ствен­ный фонд, из кото­рого в даль­ней­шем земли должны будут проданы «трудо­вому собствен­нику».

Влия­ние мини­стер­ства земле­де­лия в Совете мини­стров, пред­се­да­те­лями кото­рого был сначала П. В. Воло­год­ский, а затем В. П. Пепе­ляев, было скром­ным. Да и сам министр земле­де­лия Н. И. Петров играл в прави­тель­стве второ­сте­пен­ную роль. Нередко реше­ния в его ведом­стве прини­ма­лись без его участия. В част­но­сти, по пред­став­ле­нию мини­стра внут­рен­них дел на засе­да­нии Совета мини­стров 3 декабря 1919 года обсуж­дался вопрос о предо­став­ле­нии Иркут­скому губерн­скому земству 3 милли­о­нов рублей ссуды. Петров яростно проте­сто­вал, утвер­ждая, что сред­ства расхо­ду­ются глав­ным обра­зом на содер­жа­ние персо­нала. Однако реше­ние приняли без учёта «особого мнения» мини­стра земле­де­лия. До этого, осенью 1919 года, Петров подал пред­се­да­телю Совета мини­стров доклад­ную записку с крити­кой слабо­сти власти. Она закан­чи­ва­лась словами:

«Если не можем быть властью, надо уйти».

Россий­ское прави­тель­ство не смогло выра­бо­тать реше­ние аграр­ного вопроса. Колчака волно­вала только победа над боль­ше­ви­ками. Это просле­жи­ва­ется в его речах:

«А законы всё-таки ерунда. Не в них дело. Если мы потер­пим новые пора­же­ния, ника­кие реформы не помо­гут, если начнем побеж­дать, сразу и повсюду приоб­ре­тём опору».


Белые откла­ды­вали аграр­ный вопрос на буду­щее, что лишало их поддержки крестьян. Войска белых грабили деревни, отби­рали продукты и прину­ди­тельно заби­рали мужчин на службу. Это подо­рвало мораль­ный авто­ри­тет Колчака среди жите­лей Сибири. Адми­рал не смог выдви­нуть конкрет­ных лозун­гов, близ­ких и понят­ных людям. От него ожидали реаль­ных действий, но полу­чили только обеща­ния решить аграр­ный вопрос после победы.


Читайте также наш мате­риал о детях, остав­шихся после Октябрь­ской рево­лю­ции без роди­те­лей  «Дети Граж­дан­ской войны. Беспри­зор­ники 1920-х годов»

Поделиться