Николай Миклухо-Маклай: «человек с Луны» и герой мифов

Нико­лай Нико­ла­е­вич Миклухо-Маклай — один из наибо­лее выда­ю­щихся россий­ских учёных и осно­во­по­лож­ник отече­ствен­ной этно­гра­фии. В день его рожде­ния — 17 июля — с 1970-х годов неофи­ци­ально отме­ча­ется профес­си­о­наль­ный празд­ник этно­гра­фов. Его экспе­ди­ции к северо-восточ­ному берегу Новой Гвинеи, ныне имену­е­мому Бере­гом Маклая, внесли неоце­ни­мый вклад в науку. Однако цель этой статьи — отве­тить на вопрос: а как изме­ни­лась жизнь папуа­сов после встречи с «чело­ве­ком с Луны», в част­но­сти, их куль­тура и мифо­ло­гия?

Нико­лай Нико­ла­е­вич Миклухо-Маклай

Миклухо-Маклай на пути к Новой Гвинее

Буду­щий учёный родился 17 июля 1846 года в Новго­род­ской губер­нии. Вместе с семьёй пере­ехал в Санкт-Петер­бург, где полу­чил блестя­щее обра­зо­ва­ние в гимна­зии, а затем и в Импе­ра­тор­ском универ­си­тете. В совер­шен­стве овла­дев немец­ким языком, продол­жил обра­зо­ва­ние в универ­си­те­тах Лейп­цига и Йена. В Герма­нии наме­ти­лась сфера науч­ных инте­ре­сов Нико­лая Нико­ла­е­вича — зооло­гия, в част­но­сти, его инте­ре­со­вали анато­мия мозга живот­ных и морфо­ло­гия губок. Науч­ным руко­во­ди­те­лем моло­дого учёного был немец­кий есте­ство­ис­пы­та­тель Эрнст Геккель, вместе с кото­рым Миклухо-Маклай совер­шил экспе­ди­цию на Канар­ские острова.

Эрнст Геккель и Миклухо-Маклай на Канар­ских остро­вах

Судь­бо­нос­ной для Нико­лая Нико­ла­е­вича стала экспе­ди­ция в Египет, во время кото­рой у учёного произо­шёл приступ маля­рии. Болезнь будет беспо­ко­ить его до конца жизни, а также из-за обилия работы в пустыне развился конъ­юнк­ти­вит.

В это же время наме­ти­лись отли­чи­тель­ная черта деятель­но­сти Миклухо-Маклая: работа в одиночку в поле­вых усло­виях. Также изме­ни­лась и сфера науч­ных инте­ре­сов Нико­лая Нико­ла­е­вича. Он всё больше тяго­тел к изуче­нию чело­века и его куль­туры внутри геогра­фи­че­ской среды. Именно таким нату­ра­ли­стом боль­шого круго­зора он и отпра­вился к бере­гам Новой Гвинеи.


Пребывание в Новой Гвинее

20 сентября 1871 года корвет «Витязь» прибыл к северо-восточ­ному берегу Новой Гвинеи и выса­дил Нико­лая Нико­ла­е­вича. Появи­лись обес­по­ко­ен­ные папуасы, самый смелый из них по имени Туй осме­лился подойти к «белому чело­веку» (ранее папуасы нико­гда их не видели). Согласно легенде, Маклай принёс с корабля рис, соль и табак. Учёный насы­пал соль на руку, попро­бо­вал её и позвал Туя сделать то же самое. Туй был весьма напу­ган, но подо­шёл и вкусил. Когда Туй попро­бо­вал, он позвал всех людей присо­еди­ниться. Таким обра­зом между тузем­цами и Миклухо-Маклаем уста­но­вился контакт, а Туя полу­чил особый статус провод­ника между папуа­сами — наро­дом Бонгу — и прибыв­шим чужа­ком.

Корвет «Витязь», на кото­ром Миклухо-Маклай достиг Новой Гвинеи

Первые месяцы ушли у учёного, остав­ше­гося с тузем­цами один на один, ушли на то, чтобы осво­иться в новой для него среде. Это было особенно трудно, учиты­вая языко­вой барьер и куль­тур­ную разницу. Напри­мер, из-за жары папуасы не носили одежду, чего нельзя сказать о Нико­лае Нико­ла­е­виче, поэтому его назы­вали «гаре-тамо», буквально «чело­век в оболочке». Цвет кожи учёного также удив­лял Бонгу, из-за этого возникло ещё одно прозвище — «каарам тамо». Маклай пере­во­дит его как «чело­век с Луны», однако данный пере­вод некор­рек­тен и правиль­нее пере­ве­сти как «луно­ко­жий чело­век».

Насто­ро­жен­ность папуасы прояв­ляли не только к внеш­нему виду Миклухо-Маклая, но и ко всем пред­ме­там, кото­рые он им демон­стри­ро­вал. В воспо­ми­на­ниях этно­графа можно найти следу­ю­щий зани­ма­тель­ный эпизод. Одна­жды учёный решил пока­зать опыт с горя­щей водой: налил в блюдечко воду, дал присут­ству­ю­щим её попро­бо­вать, а затем доба­вил спирта и зажёг смесь. Папуасы очень испу­га­лись, так как поду­мали, что горит вода. Они стали просить его не поджи­гать море [1].

Опас­ность Бонгу видели и в лекар­ствах, кото­рыми Нико­лай Нико­ла­е­вич старался их лечить. Особенно пугали те, что надо было прини­мать внутрь. Одному жителю малень­кого островка Били-Били, стра­дав­шему силь­ной лихо­рад­кой, учёный пред­ло­жил выпить хину, но тот отри­ца­тельно замо­тал голо­вой и сказал, что умрёт от этого лекар­ства. Другому боль­ному ревма­тиз­мом с силь­ной болью в спине и плечах Миклухо-Маклай дал в каче­стве лекар­ства бутылку коко­со­вого масла, насто­ян­ного на души­стых травах, и велел им нати­раться. Тот охотно принялся за дело, но потом вдруг оста­но­вился, о чём-то заду­мался, затем стал тереть тем же маслом всех сидя­щих рядом. Веро­ятно, он поду­мал, что если после лекар­ства с ним случится что-либо плохое, то пусть то же самое произой­дёт и с другими.

Хижина, постро­ен­ная для Миклухо-Маклая тузем­цами

Спустя время бояз­ли­вое отно­ше­ние друг к другу сошло на нет, и иссле­до­ва­телю удалось «стать своим». Для него постро­или хижину на мысе, где папуасы часто видели Маклая, ждущего русский корабль. Нако­нец, в декабре 1872 года к берегу пришвар­то­вался клипер «Изумруд», команда искренне удиви­лась, увидев учёного, так как на родине его считали погиб­шим.

Нико­лай Нико­ла­е­вич ещё не раз вернётся к народу Бонгу, в общей слож­но­сти проведя с ними два года. Резуль­та­том работы учёного станут пять томов воспо­ми­на­ний и десятки рисун­ков, а за все экспе­ди­ции этно­графа их нако­пится более 700.
Гово­рить о каждой из экспе­ди­ций мне кажется излиш­ним, но считаю нужным оста­но­виться на том, какую роль сыграл Миклухо-Маклай в поли­ти­че­ской жизни папуа­сов и что стало с Новой Гвинеей в даль­ней­шем.


Спаситель папуасов

В мае 1875 года Нико­лай Нико­ла­е­вич был потря­сён ново­стью о том, что Вели­ко­бри­та­ния гото­вит аннек­сию Новой Гвинеи. Обес­по­ко­ен­ность учёный объяс­нял тем, что англий­ское присут­ствие закон­чится истреб­ле­нием папуа­сов и их уникаль­ной куль­туры. Этно­граф видел реше­ние проблемы в уста­нов­ле­нии над Бере­гом Маклая протек­то­рата Россий­ской Импе­рии. Несмотря на то что просьба об этом дошла до импе­ра­тора Алек­сандра II, её откло­нили из-за небла­го­по­луч­ной между­на­род­ной обста­новки.

Во время третьего пребы­ва­ния в Новой Гвинее в 1883 году, на фоне уже начав­шейся коло­ни­за­ции, Нико­лай Нико­ла­е­вич попы­тался создать Папуас­ский союз — объеди­не­ние мест­ных племён для проти­во­сто­я­ния евро­пей­ским захват­чи­кам. Но видя, что войны между дерев­нями ему прекра­тить не удаётся, от идеи отка­зался. Повтор­ное проше­ние о протек­то­рате импе­ра­тору Алек­сан­дру III также встре­тило отказ.

В резуль­тате Новую Гвинею в 1884 году разде­лили между собой Нидер­ланды, Вели­ко­бри­та­ния и Герма­ния. Послед­ней достался Берег Маклая. С тех пор экспе­ди­ции русских учёных туда прекра­ти­лись более чем на полвека, а наукой зани­ма­лись немец­кие мисси­о­неры. Именно они и зафик­си­ро­вали первые мифы, в кото­рых фигу­ри­ро­вал Миклухо-Маклай. Замечу, что исто­рии с участием учёного впослед­ствии запи­сала экспе­ди­ция совет­ских этно­гра­фов в 1971 году и экспе­ди­ция сотруд­ни­ков кафедры этно­ло­гии истфака МГУ в 2010 году. Именно они и стали источ­ни­ком знания о месте Нико­лая Нико­ла­е­вича в мифо­ло­гии и куль­туре папуа­сов.

Карта раздела Новой Гвинеи между евро­пей­скими держа­вами

Миклухо-Маклай как герой папуасского мифа

Совре­мен­ный россий­ский этно­граф А. В. Тутор­ский выде­ляет три стадии в разви­тии роли Миклухо-Маклая в мифо­ло­гии папуа­сов. Пого­во­рим о каждой из них подроб­нее.
Первая: Миклухо-Маклай — куль­тур­ный герой. Централь­ным мифом этой стадии явля­ется исто­рия о прибы­тии учёного к бере­гам Новой Гвинеи. Выше было описано как на самом деле проис­хо­дила встреча между учёным и тузем­цами, однако через призму мифа исто­рия выгля­дит несколько иначе.

«Когда жители Бога­тьим и Бонгу заме­тили дым „Витязя“ в море, у них явилась мысль, что пришёл конец свету. Туземцы поспе­шили пере­бить массу свиней и собак, сначала, может быть, с целью умило­стив­ле­ния этой жерт­вой вели­кого духа, а затем и с наме­ре­нием поесть получше перед послед­ним концом. Но когда прошёл день и ничего особен­ного не произо­шло, то они снова вылезли и набра­лись настолько храб­ро­сти, что реши­лись посмот­реть, куда напра­ви­лось „морское чудо­вище“, боль­шой корабль. Когда жители Бонгу узнали, что прибыли бело­ко­жие люди, они сначала обра­до­ва­лись, так как пола­гали, что это вернулся к ним их вели­кий предок, Ротей. Многие мужчины напра­ви­лись в лодках к воен­ному кораблю, чтобы подне­сти подарки Ротей. Но, когда они поки­нули корабль и стали грести к берегу Бонгу, вдруг раздался пушеч­ный выстрел. Со страха тамо прыг­нули из лодок, бросили полу­чен­ные подарки и пусти­лись к берегу вплавь. Вернув­шись к своим, они объявили в ужасе, что это не Ротей посе­тил их, а злой дух Бука». [2]

Так Маклай стал ассо­ци­и­ро­ваться с вернув­шимся к папуа­сам вели­ким пред­ком Ротейем, кото­рый оста­нав­ли­вал войны между селе­ньями, научил мест­ных жите­лей земле­де­лию, а также пода­рил новые орудия труда. Самый ранний миф, имею­щий точную дати­ровку, отно­сится к 1906 году и звучит так:

«Наши предки раньше не рабо­тали [на план­та­циях]. Они выме­ни­вали пищу у людей Сиар и Грагер за горшки. Теперь мы сами рабо­таем, но раньше наши предки не рабо­тали, они жили дохо­дами от гончар­ства. Тогда пришёл Маклай и дал им — дал нам — железо; теперь мы рабо­таем с помо­щью ножей и топо­ров. Маклай гово­рил: „О, люди Били-Били, идите с моими ножами, с моими топо­рами, кото­рые я вам дал, на план­та­ции и обра­ба­ты­вайте поля, рабо­тайте и ешьте, ваши камен­ные топоры не острые, они тупы. Бросьте их в лес, они плохие, не годятся, они тупы“. Так гово­рил Маклай…» [3]

Миклухо-Маклай и папуасы. Зари­совка

Вторая стадия форми­ро­ва­ния мифа о Миклухо-Маклае насту­пает в начале XX века в связи с распро­стра­не­нием карго-культа (от англ. cargo cult — покло­не­ние грузу). Адепты карго-культа верят, что запад­ные товары, кото­рые с мате­рика полу­чают евро­пейцы на само­лё­тах и грузо­вых кораб­лях, созданы древними пред­ками папуа­сов, а коло­ни­за­торы подло присва­и­вают их себе.

Крест карго-культа на острове Танна

Подоб­ные мифы появи­лись из-за частых визи­тов Маклая к папуа­сам и посто­ян­ным появ­ле­нием у него всё боль­шего коли­че­ства новшеств: табака, соли, риса. Экспе­ди­ция 1971 года зафик­си­ро­вала следу­ю­щий миф:

«Маклай сказал Кудаму и Маль­баку с помо­щью жестов: „Вы не должны бояться“. Затем Маклай дал им флаг и сказал: „Через какое-то время я вернусь“. Он дал им мясо, консер­ви­ро­ван­ную рыбу в банках, еду. Этот флаг был боль­шим тамбу (тамбу — это мате­ри­аль­ное вопло­ще­ние духа предка, за что папуасы и приняли флаг), его выно­сили во время синг­син­гов (племен­ных празд­ни­ков)». [3]

К совре­мен­но­сти отно­сится третья стадия форми­ро­ва­ния мифов о Миклухо-Маклае, в кото­рой он не отож­деств­ля­ется с боже­ством, а явля­ется уважа­е­мым чело­ве­ком, бигме­ном. Такой пере­ход от обожеств­ле­ния первого «белого чело­века» к более реали­стич­ному воспри­я­тию связан с изме­не­нием в веро­ис­по­ве­да­нии папуа­сов. Причина тому — актив­ная деятель­ность немец­ких мисси­о­не­ров, кото­рым удалось обра­тить подав­ля­ю­щее боль­шин­ство папуа­сов в проте­стан­тизм. Однако мест­ные веро­ва­ния сохра­ня­ются и в насто­я­щее время.


Миклухо-Маклай и язык папуасов

По сооб­ще­ниям немец­ких учёных, рабо­тав­ших в районе Берега Маклая с конца XIX века, в языке папуа­сов им встре­ти­лось множе­ство русских слов или напо­ми­нав­ших их. «Глеб», «тапорр», «скирау» и «ноша» — эти слова приво­дит Отто Фишну. Если о значе­нии первых двух нетрудно дога­даться — хлеб и топор — то пони­ма­ние остав­шихся двух вызы­вает слож­но­сти. «Скирау» — это секира, а «ноша» — это нож, но в резуль­тате долго­сроч­ного контакта папуа­сов с немец­ко­языч­ными коло­ни­за­то­рами, эти назва­ния, отда­лённо напо­ми­на­ю­щие русские, вытес­нили произ­вод­ные от немец­кого и мест­ных языков. Проверку време­нем выдер­жало лишь «тапорр». Назва­ние исполь­зу­ется и по сей день для обозна­че­ния метал­ли­че­ских топо­ров фабрич­ного произ­вод­ства.

Папуас. Рису­нок Миклухо-Маклая

Миклухо-Маклай, как чело­век, кото­рый позна­ко­мил мест­ных жите­лей со многими агри­куль­ту­рами, «увеко­ве­чен» в назва­нии неко­то­рых из них. Проис­хо­дит это прибав­ле­нием имени Маклая к назва­нию чего-либо приве­зён­ного учёным, будь то огурец «дьигли Маклай», тыква «валю Маклай» или корова «бик Маклай». Этно­логи, посе­тив­шие Берег Маклая в 2010 году, попро­сили мест­ного жителя назвать извест­ные ему русские слова в папуас­ском языке:

«Маклай дал людям семена дыни, фасоли, куку­рузы, огур­цов и тыквы. Эти расте­ния мы назы­ваем русскими именами: „абрус“ (дыня), „мокар“ (фасоль), „гугруз“ (куку­руза), „дигли“ (огурцы) и „уалю“ (тыква)». [4]

В заклю­че­нии добавлю, что хотя Нико­лаю Нико­ла­е­вичу Миклухо-Маклаю так и не удалось спасти папуа­сов от коло­ни­за­ции, мест­ные жители запом­нили первого «белого чело­века» как друга. В честь него и по сей день маль­чи­кам и девочка дают имя Маклай, а мест­ные жители считают, что им нужно ездить в Россию, на родину учёного, для взаим­ного обмена магией [4].

Памят­ник Миклухо-Маклаю в Новой Гвинее

Источники и литература

1. Миклухо-Маклай Н.Н. Собра­ние сочи­не­ний. Том I. Днев­ники путе­ше­ствий (1870–1874). М.-Л.: Изда­тель­ство Акаде­мии наук, 1950. С. 149–150.
2. Хаген Б. Воспо­ми­на­ния о Н.Н. Миклухо-Маклае у жите­лей бухты Астро­ля­бии на Новой Гвинее // Земле­ве­де­ние, Кн. II — III, 1903. С. 247–248.
3. Старое и новое в изуче­нии этно­гра­фи­че­ского насле­дия Н.Н. Миклухо-Маклая. Очерки по исто­рио­гра­фии и источ­ни­ко­ве­де­нию / Отв. ред. и сост. П.Л. Белков. СПб., МАЭ РАН, 2014. 155–191 с.
4. Берег Маклая 140 лет спустя (Фигура учёного и транс­фор­ма­ция куль­туры папуа­сов) // Исто­ри­че­ский журнал: науч­ные иссле­до­ва­ния. 2014. № 4. С. 381–390.


Читайте также, как русско–турецкая война повли­яла на баталь­ную живо­пись «Русско-турец­кая война 1877–1878. Ликбез. „Живо­пис­ные“ итоги».

Поделиться