Младороссы. Драма эмигрантского движения в девяти главах

Эмигра­ция первой волны, вызван­ная рево­лю­цией 1917 года, назы­ва­ется также сослов­ной или белой. Аристо­краты, вынуж­ден­ные бежать из страны, отли­ча­лись более или менее едиными поли­ти­че­скими взгля­дами. Многие из них мечтали о возвра­ще­нии старой, импер­ской России.

Были среди них и те, кто пропо­ве­до­вал так назы­ва­е­мый неомо­нар­хизм – само­дер­жа­вие нового формата, симбиоз с совет­ским строем. О партии моло­дых роман­ти­ков, исто­рия кото­рой так драма­тична, что напо­ми­нает разыг­ры­ва­е­мый на сцене спек­такль – в нашем новом мате­ри­але.


Глава первая, партийная. «Молодая Россия»

Младо­россы в Берлине в 1932 году.
Внизу в центре – глава движе­ния Алек­сандр Казем-Бек.
Край­ний справа – «поли­ти­че­ский секре­тарь» движе­ния князь Сергей Оболен­ский.

Движе­ние младо­рос­сов или «Моло­дой России», как ясно из назва­ния, опира­лось на моло­дёжь. В первые годы суще­ство­ва­ния эмигра­ции моло­дое поко­ле­ние стало прояв­лять недо­воль­ство старой гвар­дией – теми, кто участ­во­вал в Граж­дан­ской войне и обще­ственно-поли­ти­че­ской жизни доре­во­лю­ци­он­ной России. «Бизоны», по мнению моло­дых, проиг­рали страну, мечтали о возврате в прошлое и не могли пред­ло­жить ничего нового. В 1923 году в Мюнхене «съезд пред­ста­ви­те­лей орга­ни­за­ций наци­о­нально-мысля­щей русской моло­дёжи» заявил:

Дом наш сгорел дотла. Мы заново построим его свежими, юными силами.

Так 29 орга­ни­за­ций числен­но­стью в четыре тысячи чело­век объеди­ни­лись в Союз «Моло­дая Россия». Его основ­ной целью было «брат­ское спло­че­ние всех предан­ных России моло­дых сил». Вскоре движе­ние стало назы­ваться Союзом младо­рос­сов, а с 1935 года – Младо­рос­ской партией. Мест­ные подраз­де­ле­ния младо­рос­сов посте­пенно появи­лись, навер­ное, в каждой стране, где была русская эмигра­ция – от Финлян­дии и Греции до Брази­лии и Ирана.

Слева – жетон сторон­ника Союза и Партии младо­рос­сов.
Справа – значок члена Союза младо­рос­сов.

В его рядах можно найти лиц, неиз­вест­ных ранее в России в силу своего возраста, но часто родствен­ных извест­ным обще­ствен­ным деяте­лям: внук Льва Толстого, сын худож­ника Ивана Били­бина, сын царского мини­стра земле­де­лия Алек­сандра Криво­ше­ина, сын осно­ва­теля скаут­ского движе­ния в России Олега Пантю­хова и даже сын бале­рины Матильды Кшесин­ской. Славу отца – уезд­ного пред­во­ди­теля дворян­ства и банкира Льва Казем-Бека – пере­плю­нул разве что его сын, основ­ной идео­лог и глава движе­ния младо­рос­сов.


Глава вторая, созвучная. Глава

Отряд скау­тов при Царско­сель­ском реаль­ном училище. Фото 1917 года.
Край­ний слева стоит моло­дой Саша Казем-Бек.

Алек­сандр Льво­вич Казем-Бек проис­хо­дил из знат­ной семьи, гене­а­ло­гия кото­рой восхо­дила к персид­ским шахам. В 1917 году, на момент рево­лю­ции, Казем-Беку было всего лишь 15 лет, но траге­дию страны он воспри­нял как личную драму, о чём неод­но­кратно выска­зы­вался позд­нее в поле­мике со Струве. Лидер младо­рос­сов со свой­ствен­ным ему пафо­сом повест­во­ва­ния писал о рево­лю­ции:

В ту памят­ную зиму мы ушли из запу­ган­ных семей, из закрыв­шихся школ, из распав­шихся воин­ских частей и собра­лись на далё­ких окра­и­нах в глухих степях. Кровь учащейся России смеша­лась тогда с кровью русского каза­че­ства, с кровью лучшей части русского офицер­ства. Потом мы рассе­я­лись по земному шару, как пыль чело­ве­че­ская…

Мысли­тель и оратор Казем-Бек всегда подчер­ки­вал в своих публи­ци­сти­че­ских текстах непре­рыв­ность борьбы за Россию – прошлую и буду­щую. Его биогра­фию сложно отде­лить от судьбы Младо­рос­ской партии, несмотря на то, что она прекра­тила своё суще­ство­ва­ние задолго до его собствен­ной кончины. Казем-Бек лично редак­ти­ро­вал почти все журналы движе­ния, боль­шин­ство младо­рос­ских идей принад­ле­жит его перу.

Лозунги младо­рос­сов на первой полосе их газеты «Младо­рос­ская искра».

В отли­чие от эмигрант­ских объеди­не­ний, глав­ной целью кото­рых было возвра­ще­ние Отече­ства в его преж­нем виде, сложив­ше­еся вокруг Казем-Бека обще­ство превыше всего ставило инте­ресы России. По-види­мому, ни контакты с наци­стами, ни совет­ская аген­тура не смогли этого изме­нить. В роман­ти­зи­ро­ван­ном и упро­щён­ном виде программа Казем-Бека звучит выдерж­кой из его статьи:

Мы русские патри­оты, не стали­ни­сты и не реак­ци­о­неры, мы, просто жела­ю­щие того, чтобы наша Родина была свобод­ной и вели­кой, мы знаем сего­дня, где наше место.

Совре­мен­ники вспо­ми­нали, что публич­ные доклады Казем-Бека соби­рали тысячи слуша­те­лей. Об их формате писали:

…десятка два младо­рос­сов выстра­и­ва­лись на эстраде шерен­гой и при его появ­ле­нии, подняв правую руку римским привет­ствием, скан­ди­ро­вали: «Глава! Глава! Глава!».

По этим воспо­ми­на­ниям несложно оценить степень личной попу­ляр­но­сти Казем-Бека и его идей. Впро­чем, у Главы, как это ни странно, партий­ный значок имел всего лишь второй номер. Значок №1 носил Влади­мир Кирил­ло­вич, сын вели­кого князя Кирилла Влади­ми­ро­вича – «Импе­ра­тора Всерос­сий­ского».


Глава третья, специфическая. Монархизм

Вели­кий князь Кирилл Влади­ми­ро­вич (справа) со своей семьёй в конце 1920-х годов.

Кирилл Влади­ми­ро­вич – двою­род­ный брат Нико­лая II, второй сын вели­кого князя Влади­мира Алек­сан­дро­вича. Во время Февраль­ской рево­лю­ции первым из импе­ра­тор­ской семьи заявил о поддержке Госу­дар­ствен­ной Думы. Разу­ме­ется, это реше­ние было нега­тивно воспри­нято домом Рома­но­вых. Алек­сандра Фёдо­ровна писала:

…отвра­ти­тельно себя ведёт, хотя и притво­ря­ется, что стара­ется для монарха и родины.

Уже в эмигра­ции Кирилл Влади­ми­ро­вич будет много и часто гово­рить о том, что думал тогда един­ственно о порядке в столице, о благе народа, о сохра­не­нии России ценой малых жертв. Пред­ста­ви­тели Рома­но­вых этими оправ­да­ни­ями не удовле­тво­рятся: когда Кирилл Влади­ми­ро­вич объявит себя импе­ра­то­ром, часть Рома­но­вых во главе со вдов­ству­ю­щей импе­ра­три­цей Марией Фёдо­ров­ной высту­пит против его мани­фе­ста, аргу­мен­ти­руя свою пози­цию тем, что на россий­ском престоле не место преда­телю.


В фильме «Госу­дар­ствен­ная граница. Восточ­ный рубеж» пока­зано засе­да­ние харбин­ской орга­ни­за­ции младо­рос­сов. Здесь допу­щена ошибка – младо­россы поддер­жи­вали Кирилла Влади­ми­ро­вича, а не его оппо­нента в борьбе за престол Нико­лая Нико­ла­е­вича.

Поли­ти­че­ский строй, о кото­ром мечтали младо­россы, умест­нее всего укла­ды­ва­ется в концеп­цию неомо­нар­хизма. По их мнению, монар­хия – един­ственно леги­тим­ная форма прав­ле­ния, кото­рая при этом вполне гармо­нично может соче­таться с совет­ским строем, давшим России импульс разви­тия. Кирилл Влади­ми­ро­вич после вступ­ле­ния в партию писал:

Не отвер­гая совет­ской системы народ­ного пред­ста­ви­тель­ства, я обес­печу свобод­ное избра­ние в Советы пред­ста­ви­те­лей всех хозяй­ствен­ных и произ­вод­ствен­ных слоёв насе­ле­ния.

Неиз­вестно, действи­тельно ли Кирилл Влади­ми­ро­вич вдох­но­вился концеп­цией неомо­нар­хизма или ему в прин­ципе нрави­лось всё, что могло приве­сти к престолу. «Импе­ра­тор» до самой смерти в 1938 году верил, что комму­низм изжи­вёт себя, а народ­ное опол­че­ние пода­рит России вели­кое буду­щее. В любом случае в лозунге младо­рос­сов «Царь и Советы» место Царя отво­ди­лось ему.


Глава четвертая, советская. Царь и Советы

Слева – спор­тив­ный значок для кадро­вых членов Союза младо­рос­сов.
Справа – значок канди­дата в члены Партии младо­рос­сов.

Отда­лённо идея соче­та­ния монар­хии и Сове­тов напо­ми­нало славя­но­филь­ское «царю – власть, народу – мнение». Так что Советы могли казаться анало­гом земского мест­ного само­управ­ле­ния, и искать здесь привер­жен­но­сти соци­а­лизм не следует. Кроме этого, неболь­шое наро­до­вла­стие могло бы стать проти­во­ядием от «адми­ни­стра­тив­ного чудо­вища» бюро­кра­тии. Сам лозунг «Царь и Советы» не был создан младо­рос­сами, а в разных вари­а­циях появ­лялся в среде русской интел­ли­ген­ции ещё за несколько лет до появ­ле­ния движе­ния.

Однако исто­рия наде­лила эту формулу и другим значе­нием. Посте­пенно младо­россы всё больше и больше прони­ка­лись симпа­тией к совет­скому строю. Они не отка­зы­ва­лись от своих монар­хи­че­ских и наци­о­на­ли­сти­че­ских убеж­де­ний, но, глядя на успехи госу­дар­ствен­ного и эконо­ми­че­ского стро­и­тель­ства в СССР, делали пред­по­ло­же­ние о «наци­о­наль­ном», «импер­ском» пере­рож­де­нии совет­ской России. В 1930-е годы в прессе младо­рос­сов можно было встре­тить такие утвер­жде­ния:

Наверх подни­ма­ются всё в боль­шем коли­че­стве люди народа. Они несут с собой боль­шой – у одних ещё не осознан­ный, у других уже осознан­ный – наци­о­на­лизм. Наци­о­на­лиз­мом явля­ется окон­ча­тельно побе­див­шая там идея «соци­а­лизма в одной стране». Наци­о­на­лизм – инду­стри­а­ли­за­ция, наци­о­на­лизм – всё чаще звуча­щее утвер­жде­ние: у нас есть отече­ство – и мы будем его защи­щать.

Видя в Совет­ском Союзе движе­ние к наци­о­на­лизму, младо­россы вольно и невольно сами двига­лись в сторону Сове­тов. Их газета с харак­тер­ным назва­нием «Младо­рос­ская искра» публи­ко­вала утвер­жде­ния, в кото­рых с трудом можно увидеть что-то монар­хи­че­ское:

Союз младо­рос­сов после длитель­ных и напря­жён­ных усилий превра­ща­ется во вторую совет­скую партию, зани­ма­ю­щую поло­же­ние рево­лю­ци­он­ной оппо­зи­ции в отно­ше­нии партии правя­щей.


Глава пятая, противоречивая. Младороссы и фашизм

Вели­кий князь Дмит­рий Павло­вич – другой видный Рома­нов-младо­росс и при этом важный спон­сор движе­ния – на собра­нии Париж­ского очага Союза в 1927 году.

Соче­та­ние тради­ци­о­на­лизма, наци­о­на­лизма, анти­ком­му­низма, а также стрем­ле­ния опереться на массы неиз­бежно толкало младо­рос­сов к изуче­нию опыта фашист­ской Италии, – отсюда и подра­жа­ние итальян­ским фаши­стам. Стоит пони­мать, что до прихода наци­стов к власти «фашизм» ещё не ассо­ци­и­ро­вался с расиз­мом, войной и конц­ла­ге­рями. Для моло­дых наци­о­на­ли­стов русской эмигра­ции фашизм казался доста­точно прогрес­сив­ным явле­нием, и через инте­рес к нему прошли многие эмигранты. Иван Соло­не­вич даже назы­вал фашизм «новым еван­ге­лием».

Сход­ство отдель­ных элемен­тов идео­ло­гии, правда, не привело к тому, что младо­россы стали «русскими фаши­стами», хотя в их публи­ка­циях очень часто фено­мен итальян­ского фашизма препод­но­сился в поло­жи­тель­ном ключе. Казем-Бек даже несколько раз встре­чался с Бенито Муссо­лини (по этому поводу впослед­ствии ходили слухи, будто «глава» младо­рос­сов – шпион совет­ской разведки). Гораздо важнее для младо­рос­сов было само ощуще­ние наци­о­наль­ного возрож­де­ния – возрож­де­ния, кото­рое они так хотели увидеть в своей стране. Слово Казем-Беку:

Италия не захо­тела быть музеем. Не захо­тела быть клад­би­щем. Не захо­тела быть «стра­ной прошлого». И она пошла в бой за буду­щее. Поэтому возник фашизм… У фашизма не было доктрины. Он взял у всех доктрин то, что могло быть полезно, пригодно возрож­дав­шейся Италии. В фашизме отра­зи­лись самые проти­во­ре­чи­вые фило­соф­ские системы, самые проти­во­по­лож­ные теории.

Заме­ча­ние о проти­во­ре­чи­во­сти идей вполне спра­вед­ливо отно­сится и к движе­нию младо­рос­сов. Возможно, в этой цитате Казем-Бек в боль­шей степени харак­те­ри­зо­вал не фаши­стов, а самого себя?..


Глава шестая, нелицеприятная. Младороссы и нацизм

Участ­ники трёх­сто­рон­ней конфе­рен­ции в Берлине в 1933 году.
В центре под двугла­вым орлом сидят лидер Россий­ского наци­о­нал-соци­а­ли­сти­че­ского движе­ния Павел Бермондт-Авалов, справа от него – Казем-Бек.

В 1933 году Адольф Гитлер стал рейхс­канц­ле­ром Герма­нии и НСДАП полу­чила отно­си­тель­ное боль­шин­ство в парла­менте. Тогда же в Берлине Казем-Бек от лица младо­рос­сов подпи­сал акт о сотруд­ни­че­стве со Всерос­сий­ской фашист­ской партией и Россий­ским наци­о­нал-соци­а­ли­сти­че­ским движе­нием. Эти две орга­ни­за­ции не скры­вали своих нацист­ских и анти­се­мит­ских взгля­дов, но в тот момент младо­россы ещё не прида­вали этому значе­ния. Анти­ком­му­низм казался более важной повест­кой дня.

Уже скоро особая тенден­ция наци­о­нал-соци­а­ли­сти­че­ского курса Герма­нии стала очевид­ной, и «Моло­дая Россия» поспе­шила откре­ститься от этого направ­ле­ния. Гене­раль­ный секре­тарь движе­ния младо­рос­сов Кирилл Елита-Вильч­ков­ский в 1935 году харак­те­ри­зо­вал нацизм таким обра­зом:

Он возвёл физи­че­ский признак крови в высшую ценность, расо­вые свой­ства – в мерило этики, морали, даже рели­ги­оз­ной жизни. Христи­ан­скому идеа­лизму и всем иска­ниям соци­аль­ной спра­вед­ли­во­сти фашизма и комму­низма он проти­во­по­став­ляет расо­вый эгоизм. Итальян­ские фаши­сты не даром назы­вают его «сата­нин­ским фашиз­мом», «фашиз­мом наизнанку».

Приня­тие присяги младо­рос­сом. Слева – Алек­сандр Казем-Бек. Фото 1936 года.

С годами непри­я­тие нацизма только росло, и в прессе движе­ния даже появ­ля­лись заяв­ле­ния, что Муссо­лини, поддер­жав­ший поли­тику Гитлера, уже не может считаться насто­я­щим фаши­стом – послед­ними фаши­стами оста­ются только сами младо­россы. В мае 1939 года Казем-Бек пишет свой знаме­ни­тый «Ответ Адольфу Гитлеру»:

Русские могут сказать Герма­нии и ее вождю… меча первые не обна­жим, но на взмах вашего меча – уж не обес­судьте – отве­тим не только крепо­стью щита, но и разя­щей мощью Русского меча.

Окон­ча­тель­ная конфрон­та­ция младо­рос­сов с нациз­мом произо­шла уже в годы Второй миро­вой войны. Летом 1940 года Казем-Бека нена­долго аресто­вали окку­па­ци­он­ные власти Парижа, но ему удалось бежать в США. Там он высту­пал в каче­стве пламен­ного патриота-«оборонца». В это же время сотни младо­рос­сов, остав­шихся во Фран­ции, влились в движе­ние Сопро­тив­ле­ния. Упомя­ну­тый выше Елита-Вильч­ков­ский вместе с князем Сергеем Оболен­ским даже возглав­лял пире­ней­ский парти­зан­ский отряд.

Елита-Вильч­ков­ский и Оболен­ский со свежим номе­ром «Младо­рос­ской искры». Мюнстер, 1932 год.

Глава седьмая, иерархическая. Разделяй и властвуй

Эклек­ти­кой отли­ча­лась не только идео­ло­гия, но и весьма запу­тан­ная орга­ни­за­ци­он­ная струк­тура движе­ния младо­рос­сов. Их подраз­де­ле­ния могли назы­ваться ячей­ками, брига­дами, пред­ста­ви­тель­ствами, звеньями, очагами, райо­нами, подрай­о­нами…

Отдельно форми­ро­ва­лись женские, спор­тив­ные и иные группы: Женский союз содей­ствия младо­рос­скому движе­нию, Младо­рос­ский студен­че­ский союз, Моло­дёж­ный спор­тив­ный союз, Каза­чий центр младо­рос­сов, и так далее. В Сирии и Ливане была создана особая Ассо­ци­а­ция русских асси­рий­цев. Вообще движе­ние от самого лидера до рядо­вых членов отли­ча­лось пёст­рым наци­о­наль­ным соста­вом – нам непро­сто это понять с совре­мен­ным поня­тием наци­о­на­лизма.

В центре – Нина Криво­ше­ина, осно­ва­тель­ница «женской секции» движе­ния младо­рос­сов.
Младо­рос­ская спорт­группа в летнем лагере.

Во Фран­ции в 1937 году появи­лось «Объеди­не­ние 1279», полу­чив­шее назва­ние от номера цирку­ляр­ного письма Казем-Бека. В письме декла­ри­ро­ва­лись прин­ципы стро­гой партий­ной (орден­ской) дисци­плины, и объеди­не­ние стара­лось им следо­вать. Вообще орден­ская система выстра­и­ва­лась внутри движе­ния парал­лельно с партий­ной, и таким обра­зом в 1930-е годы одно­вре­менно суще­ство­вало и Движе­ние, и Партия, и Орден младо­рос­сов.

Кроме журнала «Младо­росс», движе­ние выпус­кало две газеты. Их назва­ния – «Младо­рос­ская искра» и «Бодрость!» (именно так, с воскли­ца­тель­ным знаком) – также добав­ляли ориги­наль­но­сти этому и без того немного эксцен­трич­ному эмигрант­скому движе­нию.


Глава восьмая, возвращенческая. Смерть движения и смерть Главы

Начало краха младо­рос­ской партии часто связы­вают с инци­ден­том 1937 года, когда против­ники движе­ния высле­дили Казем-Бека во время встречи с совет­ским дипло­ма­том, гене­ра­лом Алек­сеем Игна­тье­вым. Эти обви­не­ния пали на благо­дат­ную почву упрё­ков в излиш­ней лояль­но­сти к СССР. Дове­рие к партии, и без того неустой­чи­вое, было подо­рвано окон­ча­тельно. Младо­рос­ская партия само­рас­пу­сти­лась в 1939 году в Париже после запрета фран­цуз­ского прави­тель­ства, но отдель­ные группы в других стра­нах суще­ство­вали немного дольше.

Казем-Бек после возвра­ще­ния на Родину в москов­ской гости­нице «Наци­о­наль». Фото 1957 года.

В 1956 году Глава, кото­рого когда-то давно привет­ство­вали вски­ну­той рукой, вернулся в Совет­ский Союз. В 1957 в «Правде» вышла его статья с откро­вен­ным расска­зом о долгом пути возвра­ще­ния на Родину. Казем-Бек в ней писал:

Я рад, что вырвался из амери­кан­ского «рая», я счаст­лив, что народ и прави­тель­ство мне верит, и я могу посвя­тить оста­ток дней своих служе­нию своей стране, идущей по исто­ри­че­скому пути и стро­я­щей свет­лое буду­щее для всего чело­ве­че­ства.

Может быть, Алек­сандр Льво­вич действи­тельно был совет­ским аген­том. Может быть, эту прото­коль­ную вещь его напи­сать заста­вили, как застав­ляли писать других «возвра­щен­цев» – Шуль­гина или Устря­лова. А может быть – и этот вари­ант в роман­ти­че­ском русле разви­тия младо­рос­сов кажется куда более привле­ка­тель­ным – он всю жизнь стре­мился серд­цем к России и нашел в себе силы принять её любой.

Алек­сандр Казем-Бек по возвра­ще­нию на Родину рабо­тал стар­шим консуль­тан­том Отдела внеш­них церков­ных сноше­ний Русской право­слав­ной церкви, в действи­тель­но­сти пытался добиться взаи­мо­дей­ствия церк­вей, много писал о «един­стве и вселен­ско­сти Церкви Христо­вой». До поли­ти­че­ски обос­но­ван­ной само­изо­ля­ции РПЦ от всего осталь­ного христи­ан­ского мира Казем-Бека много цити­ро­вали, изучали в семи­на­риях, посвя­щали ему вечера. В совре­мен­ных поли­ти­че­ских реалиях его тяга к космо­по­ли­тизму, разу­ме­ется, не нахо­дит офици­аль­ной поддержки.

Могила Казем-Бека в Пере­дел­кино под Моск­вой.

Лидер Младо­рос­ской партии, талант­ли­вый оратор и публи­цист, Алек­сандр Казем-Бек умер в 1977 году. Он на 60 лет пере­жил рево­лю­цию, поста­вив­шую его на путь поли­ти­че­ской борьбы, и почти на 40 лет – распад движе­ния, кото­рое поддер­жи­вало его на этом пути.


Глава девятая, последняя. Занимательные флаги

За два года до смерти Казем-Беку удалось поехать во Фран­цию с разре­ше­ния совет­ского прави­тель­ства, чтобы встре­титься с детьми в Каннах. Во время этой поездки бывший Глава заехал к старому другу, владев­шему особ­ня­ком в Сан-Тропе. Встре­чая Казем-Бека, тот выве­сил на крыше дома младо­рос­ский штан­дарт. Грифон из герба дома Рома­но­вых на трёх­цвет­ном фоне импе­ра­тор­ского флага: чёрный, жёлтый, белый.

Должно быть, публично, в каче­стве символа партии, этот штан­дарт видел мир в послед­ний раз – младо­россы не оста­вили после себя наслед­ни­ков. Но в том или ином виде их идеи живут до сих пор, потому что глав­ная из них – любовь к своей стране вопреки обсто­я­тель­ствам и цвету поли­ти­че­ских режи­мов – не имеет срока давно­сти.

Поделиться