Мода НЭПа

Граж­дан­ская война закон­чи­лась, и насе­ле­ние новой России вздох­нуло с облег­че­нием: можно было стро­ить новую жизнь, а вместе с ней — созда­вать образ нового чело­века. Особен­ные фасоны одежды и обуви, ради­каль­ные стрижки стали симво­лом НЭПа не меньше, чем кабаре с хитами про «Бублички» и «Мурку». Что носили модники 1920-х, кто шил им одежду и как мода связана с масштаб­ными исто­ри­че­скими собы­ти­ями?


Как узнать НЭП: фасоны одежды и обуви, причёски

После рево­лю­ции и Граж­дан­ской войны жители России оказа­лись в совер­шенно новой стране. Свобод­ный образ образ жизни, эман­си­па­ция, отказ от буржу­аз­ных пере­жит­ков, огра­ни­чен­ность в сред­ствах вместе с возмож­но­стью впер­вые за много лет поку­пать одежду опре­де­лили модные тенден­ции. Люди хотели выгля­деть и одеваться по-новому: костюмы и причёски стали для них спосо­бом заявить о себе в новой реаль­но­сти. Впер­вые с 1917 года появи­лась возмож­ность поку­пать одежду. Центром моды оста­ва­лись Москва и Петер­бург, а несмотря на «всеоб­щее равен­ство», по внеш­нему виду легко было отли­чать бога­тых и бедных, работ­ни­ков госу­дар­ствен­ных ведомств и пред­при­ни­ма­те­лей-нэпма­нов.

Москва, 1920-е. Беспри­зор­ник в рядах улич­ных торгов­цев.

Во время НЭПа свобод­ная торговля нена­долго верну­лась в Россию, но боль­шин­ство людей всё равно не имели возмож­но­сти поку­пать наряды — не было денег. Поэтому массово исполь­зо­ва­лись дешё­вые ткани: холст, грубое полотно, старая воен­ная форма и солдат­ское сукно. В то же время новый облик должен был демон­стри­ро­вать взгляды чело­века, его разрыв с прошлым и «осво­бож­де­ние». Симво­ли­че­ское значе­ние приоб­рёл крас­ный цвет — его активно исполь­зо­вали в немно­го­чис­лен­ных аксес­су­а­рах. А одним из глав­ных симво­лов 1920-х стала кожа­ная комис­сар­ская куртка. Такие носили и мужчины, и женщины.

К примеру, очень узна­ва­е­мый образ чеки­ста в кожа­ной куртке и фуражке. В «Соба­чьем сердце» Булга­кова Швон­дер и его команда посе­щают профес­сора Преоб­ра­жен­ского как раз в такой одежде. Каза­лось бы, откуда в бедной после­во­ен­ной стране столько кожи, что каждый ново­яв­лен­ный управ­ле­нец мог полу­чить куртку из неё? Ещё до Первой миро­вой войны в Россий­ской импе­рии пошили много кожа­ной формы для авиа­ци­он­ных бата­льо­нов, но исполь­зо­вать не успели. После Октябрь­ской рево­лю­ции склады с ней нашли боль­ше­вики и разда­вали своим. Именно в этих курт­ках несколько деся­ти­ле­тий щего­ляли комис­сары.

Алек­сандр Родченко. Угол Кузнец­кого и Петровки. Вид в сторону Теат­раль­ной площади и мага­зина «Мюр и Мери­лиз». 1926 год.

Для повсе­днев­ной мужской и женской одежды харак­терно полное отсут­ствие деко­ра­тив­ных элемен­тов: галсту­ков, бантов, рюшей. Всё это воспри­ни­ма­лось как «буржу­аз­ный пере­жи­ток». В романе «Как зака­ля­лась сталь» геро­иню Тоню Тума­нову, появив­шу­юся на комсо­моль­ском собра­нии в наряд­ном платье с рюшами, очень осудили:

Павла отозвал в сторону секре­тарь комсо­мола товар­ной пристани, плечи­стый парень в грубой брезен­то­вой рубахе, груз­чик Панкра­тов. Недру­же­любно глянул на Павла; скосив глаза на Тоню, сказал: «…Вид-то у нее для нас непод­хо­дя­щий, на буржу­а­зию похоже. Как её пропу­стили сюда?».

До рево­лю­ции прием­ле­мым в высо­ких кругах счита­лись только наряды, сшитые на заказ по меркам клиента. Покупка гото­вой одежды была уделом низших клас­сов. Во время НЭПа подход меня­ется: поку­пать гото­вые наряды пере­стаёт быть зазор­ным, а многие модницы и вовсе блистали в платьях, сшитых из солдат­ского сукна собствен­ными руками по моде­лям из журна­лов.

Из журнала «Домаш­няя порт­ниха».

Ради­каль­нее всего изме­ни­лась женская мода. Глав­ные признаки состо­я­тель­ной модницы 1920-х: корот­кая стрижка с зави­тыми локо­нами, прямое платье с низкой талией (чтобы не подчёр­ки­вало женствен­ность очер­та­ний), шляпка с вуалью и длин­ные перчатки. Среди укра­ше­ний больше всего ценился жемчуг, хотя боль­шин­ство носили подделку. В моду входит худоба, многие женщины стре­мятся подра­жать бале­ри­нам и актри­сам немого кино. Хоро­шим тоном счита­лось пере­тя­ги­вать грудь бинтами, чтобы сделать её плос­кой. Округ­лые формы наобо­рот счита­лись непри­лич­ными. Это демон­стра­тив­ная гендер­ная унифи­ка­ция: жела­ние подра­жать мужчи­нам, проти­во­по­ста­вить себя старой «патри­ар­халь­ной» системе и во всём догнать мужчин.

Мода НЭПа

Но такие наряды были доступны только очень узкому кругу состо­я­тель­ных модниц. Менее бога­тые женщины одева­лись проще, но не менее рево­лю­ци­онно. Носили платья из холста, матер­ча­тые куртки и ситце­вые блузы, прямые юбки из солдат­ского сукна и даже мужские гимна­стёрки. В мему­а­рах писа­тель­ницы Надежды Тэффи упоми­на­ется, что в расход шли портьеры и зана­вески, простыни и другое постель­ное и столо­вое белье, скатерти и покры­вала, поло­са­тый матрас­ный тик, как впро­чем, и любые другие ткани, исполь­зо­вав­ши­еся в домаш­нем обиходе.

Боль­шую попу­ляр­ность имели дешё­вые краше­ные меха (вспом­ните Эллочку-Людо­едку). Не брез­го­вали даже кошками (снова вспом­ним, как в «Соба­чьем сердце» Шари­ков занялся отло­вом кошек на шапки). Вместо шляпки с вуалью носили надви­ну­тую на лоб крас­ную косынку. Фасоны преиму­ще­ственно прямые, непри­та­лен­ные. Назна­че­ние анало­гич­ное — подчерк­нуть равно­пра­вие и осво­бож­де­ние.

Мода времён НЭПа

Обувь была менее разно­об­раз­ной, ведь шить её на дому труд­нее, чем одежду. Все обували сапоги, ботинки, пару­си­но­вые тапочки, рези­но­вые боты.

Надежда Ламанова: для широких масс и звёзд кино

Первыми лицами моды были актрисы театра и немого кино, бале­рины и просто очень извест­ные персоны широ­кого профиля. Напри­мер, Лиля Брик. Куль­тур­ный бомонд мог поль­зо­ваться услу­гами доро­гих порт­ных и моде­лье­ров наряду с партий­ной элитой и разбо­га­тев­шими нэпма­нами.

Лиля Брик

В сере­дине 20-х годов особым шиком счита­лось иметь наряды «от Лама­но­вой». Извест­ной порт­ни­хой Надежда Лама­нова была и до рево­лю­ции: удосто­ена звания «Постав­щик Двора Ея Импе­ра­тор­ского Вели­че­ства», то есть шила одежду импе­ра­тор­ской семьи и их прибли­жён­ных.

«Она обна­ру­жила огром­ный вкус, и посте­пенно стала одевать дам самых высо­ких и самых бога­тых кругов москов­ского обще­ства. У неё стали одеваться не только дамы москов­ского купе­че­ства, но и аристо­кра­тия, так, в част­но­сти, она одевала вели­кую княгиню Елиза­вету Федо­ровну, жену москов­ского гене­рал-губер­на­тора вели­кого князя Сергея Алек­сан­дро­вича, родную сестру госу­да­рыни. Была она пригла­шена также и к самой царице, но они как-то „не сошлись харак­те­рами“ и это отно­ше­ние оборва­лось. Дело Надежды Петровны настолько разрос­лось, что посте­пенно у неё стало 300 масте­риц».
Из воспо­ми­на­ний Г. А. Лемана.

В 1920-е годы моде­льер начала созда­вать одежду «для широ­ких масс» и её взгляды многим пришлись по вкусу. При созда­нии фасо­нов Надежда Лама­нова соче­тала тради­ции народ­ного костюма с потреб­но­стями совре­мен­ных женщин. Эти костюмы проек­ти­ро­ва­лись как недо­ро­гая одежда, укра­шен­ная народ­ной вышив­кой и другими видами отделки, позво­ля­ю­щими обога­щать и разно­об­ра­зить небо­га­тый выбор тканей. Всё это нахо­дило отклик у публики. Инте­ресно, что в разра­ботке одежды «для народа» весьма актив­ное участие прини­мали даже люди, весьма далё­кие от моды. Напри­мер, нарком просве­ще­ния Луна­чар­ский.

Из журнала «Домаш­няя порт­ниха».

Другую важную часть работы Надежды Лама­но­вой состав­ляли теат­раль­ные костюмы. Она же создала одежду для филь­мов Эйзен­штейна «Алек­сандр Невский», Алек­сан­дрова «Цирк» и Прота­за­нова «Аэлита». Лама­но­вой прихо­ди­лось тяжело, хоро­ших тканей ката­стро­фи­че­ски не хватало. Она много экспе­ри­мен­ти­ро­вала с формами и фасо­нами, не боялась ради­каль­ных реше­ний. Чтобы убедиться в этом, доста­точно взгля­нуть на футу­ри­стич­ные откро­вен­ные наряды в «Аэлите». Несмотря на значи­тель­ные заслуги в профес­си­о­наль­ной деятель­но­сти, в марте 1928 года её лишили изби­ра­тель­ных прав «как кустаря, имев­шего двух наём­ных масте­риц».

«Аэлита». Костюмы Надежды Лама­но­вой.
«Аэлита». Костюмы Надежды Лама­но­вой.

Коллекция Веры Мухиной

Вера Мухина — созда­тель­ница гранё­ного стакана и «Рабо­чего и колхоз­ницы» — в 1920-е годы активно труди­лась как моде­льер. Она созда­вала облик новой женщины: без корсе­тов, рюшей и бантов, само­сто­я­тель­ной, краси­вой и рабо­тя­щей. Ещё до рево­лю­ции Мухина начи­нала с костю­мов для теат­раль­ной сцены. Очень знаме­нито её эстрад­ное платье-бутон: белое прита­лен­ное платье с юбкой-тюль­па­ном нужно было соче­тать с боль­шой крас­ной шляпой. Позже создала несколько наря­дов в духе времени, сшить кото­рые было по силам любой женщине даже из подруч­ных мате­ри­а­лов. В расход шли суро­вое полотно, голов­ные платки, влади­мир­ские поло­тенца и солдат­ское сукно. Словом, всё, что в суро­вые годы женщины могли найти и превра­тить в модный шедевр.

Платье-бутон, Вера Мухина.

Концеп­ция моде­лей от Мухи­ной — это «удоб­ный краси­вый костюм для работы и отдыха, кото­рый по силам сшить само­сто­я­тельно». К созда­нию выкроек, кото­рые опуб­ли­ко­ваны в альбоме «Искус­ство в быту» (разра­бо­тан совместно с Лама­но­вой), Вера Мухина подхо­дила также, как к созда­нию скульп­тур — конструк­ти­вист­ски. Напри­мер, она приду­мала платье-транс­фор­мер: его длину и рукава можно было менять по настро­е­нию владе­лицы.

В 1925 году коллек­ция платьев Мухи­ной появи­лась на выставке в Париже и полу­чила Гран-при «за наци­о­наль­ную само­быт­ность в соче­та­нии с совре­мен­ным модным направ­ле­нием». Наряды демон­стри­ро­вали Лиля Брик и её млад­шая сестра Эльза Триоле. Стиль «а-ля рус» с харак­тер­ными факту­рами и орна­мен­тами так впечат­лил иностран­цев, что они, кажется, не заме­тили, что бусы пришлось изго­то­вить из хлеб­ного мякиша.

Лиля Брик и Эльза Триоле в костю­мах Мухи­ной. Гран-при в Париже.

Мухина будет творить моду вплоть до конца 1920-х, пока свобод­ные веяния НЭПа не сменятся утили­тар­но­стью 1930-х. В эти годы она вернётся к теат­раль­ным костю­мам.

Мужская мода (франты и простолюдины, бедные и богатые)

В годы НЭПа состо­я­тель­ные мужчины не отста­вали от дам и много внима­ния уделяли внеш­нему виду. Костюм мужчины, его внеш­ний вид были тесно связаны со стату­сом. Состо­я­тель­ные нэпманы, далё­кие от ценно­стей воен­ного комму­низма, не хотели быть одина­ко­выми. Они носили костюмы-визитки (полы сюртука расхо­дятся кону­сом впереди, на одной пуго­вице) и клас­си­че­ские смокинги, ковер­ко­то­вые костюмы, куртки из бобрика, брюки-галифе или «оксфорд» (узкие по щико­лотку). Из обуви — ботинки «джимми» или «буль­доги» с тупым носом. Голов­ные уборы — шляпы «борса­лино» и цилин­дры. В сере­дине 20-х годов эти вещи срав­ни­тельно доступны. Напри­мер, Даниил Хармс в сентябре 1926-го запи­сал в своем днев­нике: «Купил сапоги „Джим“ в Гости­ном дворе, Невская сторона, мага­зин 28».

Евге­ний Сузю­мов (в центре) — пред­се­да­тель обще­ства стено­гра­фов Пензы. Фото 1925 года.

Такой костюм крити­ко­вала боль­шая часть насе­ле­ния, а в прессе публи­ко­вали сати­ри­че­ские стихи и кари­ка­туры про модни­ков. Боль­шин­ство мужчин одева­лись совер­шенно иначе. Многие дона­ши­вали старую воен­ную форму, кото­рую полу­чили во время Граж­дан­ской войны. Основу их простого гарде­роба состав­ляли гимна­стёрки с широ­кими кожа­ными ремнями, косо­во­ротки и холщо­вые, толстовки, в редких случаях — город­ские пиджаки и френчи. В массо­вой мужской моде изна­чально гораздо замет­нее были тенден­ции унифи­ка­ции, одина­ко­во­сти, кото­рые выйдут на пик в 1930-е.

Выпуск­ники учеб­ного заве­де­ния при Гаври­лов-Ямском льно­ком­би­нате. 1920-е годы.
Кари­ка­тура на нэпмана.

Модные журналы: «Ателье», «Домашняя портниха», «Искусство одеваться»

После Граж­дан­ской войны в СССР хлынул поток иностран­ных модных журна­лов, откуда многие поспе­шили почерп­нуть идеи для гарде­роба, с поправ­кой на дефи­цит тканей и необ­хо­ди­мость шить само­сто­я­тельно. Но для боль­шин­ства основ­ным источ­ни­ком знаний о моде и выкроек стали совет­ские журналы.

Журнал «Ателье», 1923 год.

Первый совет­ский отече­ствен­ный журнал мод «Ателье» появился уже в 1923 году при нова­тор­ском «Ателье Мод». Его возгла­вила уже упоми­нав­ша­яся Надежда Лама­нова. Цель — вернуть моду в СССР. С журна­лом согла­си­лись сотруд­ни­чать: худож­ники Юрий Аннен­ков, Борис Кусто­диев, Кузьма Петров-Водкин, Алек­сандр Голо­вин, Констан­тин Сомов, Игорь Грабарь, скуль­птор Вера Мухина, поэт Анна Ахма­това, исто­рик искусств Нико­лай Пунин. Здесь опуб­ли­ко­вали не только модные новинки, но и довольно серьёз­ные мате­ри­алы о свой­ствах тканей, их пластич­но­сти, важно­сти констру­и­ро­ва­ния одежды по фигуре. В первом номере журнала напе­ча­тали сразу 200 фото­гра­фий моде­лей. Тираж в 2 000 экзем­пля­ров разо­шёлся мгно­венно. Но, к сожа­ле­нию, этот номер стал послед­ним: изда­вать его было дорого, к тому же партий­ное руко­вод­ство оценило его как слиш­ком «буржу­аз­ный».

Уже в 1925 году Лама­нова совместно с Мухи­ной подго­то­вили аван­гард­ный модный альбом «Искус­ство в быту», в кото­ром пред­ста­вили 36 таблиц с несколь­кими женскими, мужскими и детскими наря­дами, а также совре­мен­ной мебе­лью и даже детскими игруш­ками. Среди других попу­ляр­ных изда­ний: «Домаш­няя порт­ниха», «Искус­ство одеваться», «Моды», «Журнал для хозяек». Они дели­лись с чита­тель­ни­цами модными тенден­ци­ями и выкрой­ками для само­сто­я­тель­ного шитья.

Здесь и далее — стра­ницы из альбома «Искус­ство в быту».

Как ушла мода

Вместе со свора­чи­ва­нием НЭПа усили­лись тенден­ции к унифи­ка­ции внеш­него вида «совет­ского чело­века». Одина­ко­вая одежда без укра­ше­ний, отказ от собствен­ного стиля в пользу общего, утили­тар­ность наря­дов отра­жали пере­мены в обще­стве. Скла­ды­ва­ние тота­ли­та­ризма проис­хо­дило не только в поли­тике, оно корен­ным обра­зом изме­нило и моду. Быть отли­ча­ю­щимся стало не только непри­лично, но и опасно. Ника­ких иных причин, кроме поли­ти­че­ских, уходу подоб­ной моды нет. Прекра­ще­ние свобод­ной торговли отме­нило возмож­ность подби­рать одежду инди­ви­ду­ально, выби­рать, что нравится. Дефи­цит тканей так и не удалось преодо­леть. В 1930-е одежда приоб­ре­тёт более мили­та­рист­ский и спор­тив­ный харак­тер.


Продол­же­ние увле­ка­тель­ного рассказа о моде раннего совет­ского времени — в следу­ю­щей статье Викто­рии Моки­ной «Мода эпохи 1930-х годов».

Автор статьи ведёт альма­нах «Капи­тель» об исто­рии, искус­стве и сего­дняш­нем дне.

Поделиться