«Мне по-прежнему нравится называть нас „новым русским роком“»

Московский пост-панк коллектив «Группа Хмурый» появился к 2016 году, но уже превратился в законодателя жанра. Команда выпустила четыре EP, прогрессируя от каждого релиза, разогревала многих привезённых артистов, выступала в эфире радиостанций и попадала на страницы глянцевых журналов. 30 декабря «Группа Хмурый» выступит на вечеринке VATNIKSTAN и представит новый материал. По этому случаю VATNIKSTAN пообщался с участниками коллектива о полноформатных записях, «новой русской волне» и советской эстетике. Беседа получилась совсем нехмурой. Отвечают на вопросы — Дима (бас, вокал), Саша (синтезаторы), Паша (гитара), Паша М. (барабаны).


— Вы выкладываете музыку исключительно в виде EP, называя их «Картинами». Почему вы предпочитаете короткие формы? Стоит ли от вас ожидать полноценного лонгплея?

Саша: Мне кажется, это связано с возрастанием скорости информационного пространства. Законодатели мод 2000-х, группа Nine Inch Nails в какой-то момент изменила представление о саундтреках к фильмам. Если помните, до социальных сетей и интернета все саундтреки были в виде слезливой скрипочки, плачущей пианинки, и только после Трента Резнера, лидера NIN, начали повально использовать Moog (классические аналоговые синтезаторы. — Ред.). На последнем так называемом альбоме NIN было шесть треков. Как вы думаете — зря он так?

Дима: Я вот думал, на каком вопросе у Саши всплывут NIN? (смеётся) — На первом!

Паша М.: Кругом куча информации и людям сейчас нужно покороче и понятнее, поэтому мы тут идём несколько на поводу.

Паша: Люди стали мыслить плейлистами и отдельными треками. Поэтому делать целостные работы в виде пластинки достаточно сложно, да и времени много занимает. Поэтому мы предпочитаем лаконичную мысль заворачивать в небольшую историю из нескольких треков и показывать нашим слушателям.

Дима: Я ещё думаю, что для нас важна ещё цикличность: сделали треки, отрепетировали, записали, свели, подумали над обложкой, выпустили. Мы так делаем уже четвёртый раз и ещё нисколечко не надоело. Сейчас ещё и получилось так, что из полутора десятка идей и набросков хорошо выкристаллизировались ровно четыре хороших трека. Вот и EP!

Паша М.: В перспективе мы хотели бы выпустить полноценную…

Дима: (перебивает) Я скажу проще, я очень давно хочу альбом!

Домашняя вечеринка «Группы Хмурый». Паша М., Саша, Паша, Дима

— Издаёте ли вы свою музыку на физических носителях? Насколько ныне идея CD востребована? Или же всё время будет определённое количество фанатов, кто готов приобретать диски?

Паша М.: Мне кажется, у нас нет такого количества поклонников, чтобы покупать наши записи на CD, да и CD уже немодно и не функционально. Но кому-то нравится.

Дима: При этом мы издаёмся у Артёма (Артём Бурцев, основатель Sier­pi­en Records. — Ред.). Пока что на CD мы выпустили всё, что записали когда-либо «на чистовую» в студии. Трёх или четырёх треков нет в интернете, они только на CD.

Саша: Артёму интересно нас издать на CD, а нам интересно сделать красивую обложку.

— Расскажите про последний релиз. Как долго вы его записывали? Какая основная идея материала? Мрачная тональность сохранилась, но звучание стало разнообразнее. Как бы вы определили фарватер, в котором движется группа?

Дима: Я ещё никогда до этого так не уставал при сведении, проклинаю 24 канала ударных…

Паша: Мне кажется, общий тон материалу задали тексты Димы.

Паша М.: Как-то так получилось, что мы «Злобу» (первая композиция с EP. — Ред.) сделали в феврале–марте 2018 года, а к концу года эта песня очень актуальная стала.

Дима: Корпусы всех треков я залил к нам в чат группы в телеграм в конце мая, записывали и сводили мы с сентября по декабрь.

Саша: Движемся в сторону синтов.

Дима: Секвенцию вот вставили мою наконец, не забраковали.

(смеются)

Дима: Надеюсь, эту запись услышит больше людей, мы старались и делаем всё честно.


— Вы попали на сборник лейбла Dead Wax Records. Насколько ваше творчество интересно за рубежом? Планируются ли концерты за рубежом?

Дима: Отвечу коротко: интерес невелик, за пределы России нас пока не звали, хотя мы были бы рады и, если бы не вся идиотская заварушка, я бы очень хотел съездить в Киев, Харьков, Одессу, может быть, Львов с концертами. Там хорошо. А Dead Wax Records — это DIY испанский — нам предложили, мы не отказались. Кстати, на этой же пластинке проект Il Mio Cam­po — это Дима Филюшин, который сейчас выступает под названием «Штадт». Мы с ним даже посмеялись, как это вышло, что они нас нашли и мы на одном лонгплее оказались.

Саша: Но у нас есть планы написать пачку писем организаторам и лейблам в долгие зимние вечера.

— Вас можно было бы назвать каноническим пост-панком. Даже ваше название очень соответствует данному стилю. При этом вы последнее время дистанцируетесь от этого тэга. Что для вас пост-панк? Только лишь музыкальный жанр с определёнными лекалами? Или всё-таки что-то большее?

Саша: Я считаю нас каноническим пост-панком и ничего плохого в этом не вижу.

Паша М.: Я бы не сказал, что мы пост-панк. В последнее время пост-панк стал размытым понятием. Мне кажется, «Группа Хмурый» — это рядом, но не совсем то.

Дима: Ну и есть «токсичная» тема с тем, что пост-панк — это сесть в ванную на кухне, записать «как Буерак» и гордо заявить всем, что «теперь я музыкант».

Паша М.: Самое главное — пусть слушатели уяснят, что мы совершенно другая, намного более продуманная, глубокая и умная музыка. Мы не «Буерак»! (смеётся)

Дима: (смеётся) И не Йен Кёртис!

Паша: Мне по-прежнему нравится называть нас «новым русским роком» или просто какой-то свободной от штампов музыкой с хорошей лирикой и многообразием звучания. Я рад, что мы ушли или даже убежали, совершили стремительный рывок от русского ортодоксального понятия «пост-панк» последних лет и имеем действительно богатый звук, который — как ни назови — очень хороший.

Дима: Мне всё равно, как нас будут называть. Я называю «инди», мне нравится «инди» как самое размытое понятие. А ещё мне нравится плотный бас и когда Паша М. настукивает шестнадцатыми в хай-хэт (смеётся). Для меня пост-панк – это, кроме Питера Хука, ещё и пара любимых альбомов U2 и, может, и мои любимые «Звуки Му» тоже. Да всё равно, как это называется. Пусть будет пост-панк, пусть будет новый русский рок. Пусть все называют как нравится, главное, чтобы слушали и нравилось, у нас же хорошие песни (смеётся). Пусть называют «Группа Хмурый».

— Вы визуализируете песни нарезкой из советских фильмов, а на обложках ваших релизов — сталинская архитектура. Насколько важна для вас советская эстетика? Вы ей вдохновляетесь или она является отражением вашего творчества?

Паша: Да, во многом. И потому как мы находим антиутопию сталинского ампира в прошлом, сулившего покрыть всю новую Москву на то время — это очень интересно. Это какое-то чувство переживания, неопределённости, ожидания, которое мне кажется сквозит в нашем творчестве.

Паша М.: Архитектура — это мощь, которую мы пытаемся передать.

Саша: Сталинские высотки просто эстетичные.

Паша: Замки!

Дима: Есть такое произведение у Франца Кафки, «Замок» — как вся наша жизнь (смеётся).

Я-то просто очень люблю пустую Москву. Москва в том виде, в котором мы сейчас её видим, самой пустой была после Сталина: большинство архитектурных символов уже построено, а сегодняшнего моря машин и близко нет. Ну и в целом, да, советская эстетика важна, но мы, скорее, работаем над тем, чтобы показать, что раньше тоже было вот что-то, из-за чего мы сейчас здесь такие, в этом городе, в стране. Сейчас уже стараемся не переборщить с этим, и так много поэксплуатировали.

А высотки на обложках — это же очень легко читаемый и приятный наш «очередной» концепт. Семь построенных, две непостроенных высотки в Москве, Академия наук в Риге, культурный центр в Варшаве, пара в Киеве и что-то ещё в Бухаресте. Сколько, штук пятнадцать выйдет, наверное? Да хватит нам на обложки.

— Когда я впервые услышал вашу песню «Белые стены», я сразу подумал, что это стопроцентный хит. А вы как считаете? Эта композиция — главный хит «Группы Хмурый»?

Паша М.: Честно говоря, когда я кому-то демонстрирую наше творчество, я первым делом включаю «Белые стены», потому что это живенькая песенка с хитовой формой.

Саша: А мне кажется, она для нас нетипичная.

Дима: Да-да, и помучались мы с ней, Паша меня месяц уговаривал опять к ней вернуться, с 2015 года лежала. Я вообще считаю, что главный хит сейчас — это «Полуночный герой», просто его ещё не все расслушали. Так она мне нравится — не передать. Давно надо было клип на неё снять. Ну, снимем.

Саша: А мне нравится «Мы просто хотим выбирать».

Паша: Мне тоже кажется, что «Белые стены» стоят особняком. Объясню почему: если воспользоваться ссылкой к творчеству Романа Литвинова (он же Mujuice. — Ред.) — это песня «Бесконечная весна», я каждый раз, когда слушаю, оказываюсь в конце апреля — начале мая и очень люблю её.

Дима: Да-да, а «Белые стены» — это где-нибудь в конце июня — начале июля, когда можно в футболке ночью ездить на велике в гости или в «Джон Донн» за пивом. К подкове бульваров, и всё вот это причитающееся.

— Вы ощущаете, что в России растёт интерес к гитарной музыке. «Новая русская волна» — изобретение журналистов или же культурное явление, которое имеет массовую аудиторию? Ощущаете ли вы свою принадлежность к некоей «новой русской волне»?

Саша: Мне кажется, само явление «новая русская волна» появилось тогда, когда у всех появились интернеты и больше ничего. Да, мы тоже, наверное, «новая русская волна»?

Паша: Гитарная музыка — да, стала популярнее. Мне кажется, этот интерес взялся, когда на смену замыленному до дыр «Нашему радио» стали появляться такие группы, как «Утро» и Motora­ma, «Труд», да и «Буерак», и это то, к чему мы, не особо скрывая, стремились, когда только собрались играть вместе в 2015 или 2016 годах. Потом, моя любимая группа «Вальс» из Ростова…

Дима: (перебивает) …И моя! Кстати, где они, выпустили один альбом и исписались? Парни, вы нужны нам! (смеётся)

Паша: …всё это настоящий андеграунд, независимая сцена, когда музыка делается ради музыки, а не ради попытки где-нибудь засветиться.

Саша: Я и сама задавалась этим вопросом, что считать «новой русской волной», и источники в виде нескольких статей мне подсказали, что это абсолютно определённое понятие, оно зародилось в Томске году в 2010-м на серии вечеринок, которые назывались «Высота» или как-то ещё, и тогда движ начался. Ну и мы сейчас отчасти пользуемся плодами того, что когда-то было в Томске.

Дима: Ну и, при всём уважении к тому, что делает один известный в узких кругах организатор, не эта фраза делает всё. Этот движ сегодня — это синергия всех: музыки, музыкантов, публики, организаторов, интернета.

Паша М.: Мы видим, что много людей слушают по радио какую-то **** [дребедень]. (Все смеются). И очень пытаемся сделать так, чтобы эти же люди слушали хорошие песни и музыку. Пусть будет «новая русская волна».

Дима: Это явление. Потом кто-нибудь в своей монографии про 2010-е напишет, что из-за того, что любой человек может поставить на свой комп Able­ton или Log­ic и реализовать свой талант или, наоборот, понять, что слуха нет — из-за этого всего в России, в Москве появилось невероятное количество хорошей музыки, которую, возможно, и ещё иногда приятно слушать, что это была «новая русская волна» (смеётся).

— Вы выступали с Jessica93, Kill Your Boyfriend и Sovi­et Sovi­et. Кто из привезённых артистов, кого вы разогревали, больше всего впечатлил?

Саша: Меня больше всего впечатлил Buzz Kull из Австралии.

Паша: Не то, чтобы они меня впечатлили, но я испытываю тёплые чувства к группе Super Besse, мы их разогревали в начале 2017 года, играли они как профессионалы и вели себя тоже предельно дружелюбно.

Дима: Да и я за них очень «болею», парни сейчас объехали пол-Европы по маленьким фестам и поехали в тур по Азии. Вот им там странно, наверное! А так Kill Your Boyfriend играли круто, мы с басистом Jes­si­ca 93 очень смешно пообщались, он очень круто двигается. А вот Sovi­et Sovi­et вживую лажали многовато, хотя звук у них мощный.

Паша М.: …К тому же они чекались половину нашего и без того короткого сета, и мы не успели совсем проверить, что там по звуку, играли вслепую.

— А есть ли артисты, с которыми вы мечтаете выступить на одной сцене?

Саша: Klling Joke.

Паша: A Place to Bury Strangers.

Дима: Не знаю, причём тут это, но с группой «Труд» очень люблю (смеётся). Я хочу с Cold Show­ers и с Shame. Первые выдержанные, вторые — оторвы.

Саша: The Cure.

Дима: Да, хочу на Пикнике Афиши с ними.

— Кто ходит на ваши концерты? Могли бы вы описать свою аудиторию?

(смеются)

Паша М.: Винишко-тян.

Саша: Коммунишко-тян. Коммунишко-тян должна, наверное, втыкать советскую романтику?

(смеются)

Саша: Публика у нас разная, как в анекдоте: «Причины могут быть разные, а последствия — варьируются».

— Кого бы вы выделили из новых русских групп, которые появились последнее время? Что-нибудь попало к вам плейлисты?

Паша: У меня очень своеобразная подборка (копается в телефоне).

Саша: Больше всех мне нравился In a Lone­ly Place. Почему-то, когда они перестали, это стал проект одного человека «Пожар» и он уже не так доставляет. А In a Lone­ly Place были просто потрясающие.

Дима: Я люблю песню «Мир» у Пожара. Мы, кажется, друзья по переписке с Мишей, выступали на каком-то фесте в Москве.

Паша М.: Мне нравятся в последнее время «Дома Молчат», Кедр Ливанский.

Дима: «Молчат дома» это называется.

Паша: Я люблю «секс-панк группу „Влажность“». Ещё есть группа «Фивы» — они антагонисты стиля, но мне очень нравятся. Я опущу мэтров, которые есть в русском плейлисте.

Дима: Например?

Паша: Ic3peak. Мне нравится украинская сцена — вся эта тусовка около «Мастерской» (украинский лейбл Ивана Дорна. — Ред.). Группа «Адвокаты», которые играют…

Дима: …«Штат Арканзас».

Паша: Да там вообще много всех. А, Ishome, но это совсем другая музыка.

Дима: Short­paris. Они очень крутые, круче всех. И каждый концерт — событие. «Пруд», песни «Репост» и «Росбарнадзор» — это ж настоящий пранк на повседневность, устроил слем на их концерте в «Плутоне» летом. «Всигме» — неописуемая и крутая бессмыслица, «ДК Посторонних», «Юрын Миёми», «Образ» и Bran­den­burg. Песня «Дым» у Lucid­vox. А, да, ещё есть совершенно потрясающая рок-группа «Друг», они поют с Сироткиным, и у них есть ещё песня «Горю» с какой-то девушкой. Но у них уровень продакшна, видимо, не DIY совсем. Пара треков из последнего альбома Севидова (Tes­la Boy). Ну и на ютуб-вечеринках в гостях я люблю ставить Pom­peya и «Электрический пёс» «Казускомы», вот они сумасшедшие, хоть мне и не близко их музло. А вот Гречку, Монеточку, «Комсомольск» я слушать совсем не могу.

— В интервью JagerVibes вы упоминали о «стадионном звучании». Полагаю, что у вас есть определённые музыкальные амбиции. Хотели бы вы заниматься исключительно музыкой? Насколько много времени вы сейчас уделяете музыке?

Паша: Ну мы можем на стадионе, да.

Саша: Пора уже.

(смеются)

Дима: Я музыкой занимаюсь каждый день. Но исключительно музыкой, наверное, нет, не хочу пока. Мне кажется я быстро перегорю — я эмоциональный, когда что-то не получается, злюсь на себя. Работа всё же задает какой-то тонус ежедневный. Ну и если перестанет нравиться на работе — брошу.

Паша М.: Вообще большая сцена за нами уже соскучилась. Зовите скорее.

— Откуда вы узнаете о новой музыке? На какие паблики VK стоит подписаться, а какие сайты следует добавить в избранное?

Саша: (неуверенно) Pitch­fork?

Дима: (передразнивает) The Wire?

Паша: Плейлисты в Apple Music.

Дима: На VK иногда смотрю в «Родной звук», плейлисты в Apple Music, рандом на Sound­cloud, рекомендации на Last.fm. Друзья-музыканты тоже подкидывают что-нибудь постоянно.

— Что поклонникам ожидать от вас в новом году?

Хором: Тур.

(смеются)

Cаша: Мы как раз сейчас обсуждаем, в какие города можем съездить. Организаторы, зовите нас везде.

Паша: Думаю, мы займёмся злым электронным звуком, который мы все очень любим.

Саша: Я хотела бы больше ядрёных синтов.

Паша М.: Я хотел бы больше мощных барабанов.

(смеются)

Саша: Куда ещё более жёстких, Паш?

Дима: У меня на компе дома материала на три альбома. Как в знаменитом видео с Майком — «Дайте мне студию, я запишу три альбома». Ну мы что-нибудь запишем, конечно. А вообще я оперу люблю. Ждите двадцатиминутных треков в стиле «Хованщины» (распевает) «Батя, батя, выйди к нам!»


Вечеринка VATNIKSTAN пройдёт 30 декабря 2018 года в баре Frak­cia. Событие на VK и Face­book.

Поделиться