«Нельзя сказать, что у зрителя нет вкуса, если он не смотрит авторский док»

Влад Куракин – выпускник мастерской Сергея Винокурова (автора фильма «Упырь») и Алины Рудницкой (призера АРТДОКФЕСТА), автор документального инди-фильма «Герои советского нью-вейва» и новой остросоциальной ленты «Противостояние». «Противостояние» на примере обманутых дольщиков рассказывает, как плотно переплелись в нашей действительности политика, коррупция и криминал. Это практически документальный «Левиафан» – мрачный и пугающий.

Корреспондент VATNIKSTAN Иван Бортников поговорил с режиссёром о новом фильме, фестивальной публике, госфинансировании и митингах.


Влад Куракин

– «Противостояние» недавно начало свой фестивальный путь: фильм побывал на «Киношоке», «Послании к человеку» и на фестивале «Соль земли». Как зрители встречают твою ленту?

– Да, фильм был показан не только на этих фестивалях. Были проведены несколько разных спецпоказов, в том числе и в других городах. В основном, многие удивляются, что показанное в фильме происходит на самом деле, а не сюжет какого-то «Дурака» или «Левиафана». Ведь обычный зритель знает о дольщиках в лучшем случае по коротеньким репортажам из телевизора или Интернета. А это целый закрытый мир противостояния простых граждан и власти.

Постер фильма

– «Противостояние», повествующий про обманутых дольщиков ГК «ГОРОД», был профинансирован Министерством культуры РФ. При этом бытует мнение, что наше государство неохотно даёт деньги на остросоциальное кино. Расскажи, как ты получил финансирование на проект? Было ли это просто? И какой был бюджет?

– Я начинал снимать этот документальный фильм в одиночку с 2015 года. В 2016 году в СПбГИКиТ проходил питчинг студенческих проектов (поддержка дебютного кино). Он проходил в два этапа, сперва в институте, где выпускники и студенты защищали свои проекты, со степенью готовности от 0 до 30 процентов. Собранное из педагогов жюри их защиту оценивало.

Проходило всё как обычный питчинг. Из всех поданных заявок одобрили только три. Следующий этап, в Министерстве культуры, заочный для меня. Там была создана комиссия из деятелей документального кино. На этом этапе осталась одна заявка. Как раз фильма об обманутых дольщиках. Все действительно удивляются – как государство могло профинансировать такой остросоциальный фильм. Однако, в обоих случаях, и в жюри, и в комиссии были в основном режиссеры и кинодеятели, а не чиновники.

Реализовывать проект взялась небольшая студия «СПбГИКиТ–Дебют», всё финансирование шло через них, поэтому я не осведомлен по вопросам реального бюджета. По сути, плюсами этого финансирования для меня стало наличие хорошей команды, в основном из студентов Кита, услуги которых были оплачены (очень несерьёзными суммами, конечно, по очень студенческим меркам), и оплачиваемая техника на все оставшиеся смены. Вот, пожалуй, и всё. Ну ещё одним плюсом является то, что продюсер никак не мешал созданию, не просил что-то вырезать.

Здесь и далее — кадры из фильма «Противостояние»

– В 2016 году ты, вместе с Зоей Петровой, снял документальный фильм «Герои советского нью-вейва» без помощи государственных денег и сам занимался его прокатом по территории СНГ. Почему «Противостояние» ты решил снимать не за свои деньги? И что дал тебе опыт работы с госбюджетами?

– Изначально «Противостояние» я снимал самостоятельно, а на питчинг вообще попал случайно, поскольку сперва не планировал получать субсидию. Мне предложил подать заявку на питчинг мой мастер Сергей Винокуров, у которого я выпустился в 2016 году. Поскольку на процентов 30 фильм был готов, то я решил попробовать – почему бы и нет. Опыт работы с госбюджетами лишь укрепил моё мнение о том, что на государственном документальном кино в России не заработаешь. Если только, наверное, не штамповать пачками пропагандистские документалки для каких-нибудь телеканалов.

– У тебя в фильме запечатлено много митингов дольщиков, а также ставший «культовым» митинг сторонников Навального 12 июня. Не страшно ли снимать на таких мероприятиях? И как ты сам относишься к такого рода «акциям»? Морально ли правительству их запрещать?

– Человеку с киноаппаратурой в любом случае не очень комфортно находится на митинге, где происходит давка, и в любой момент камеру или микрофон могут сломать. Меня и звукорежиссёра, прямо с оборудованием, вместе с сотнями других митингующих, забрали в отделение полиции (кстати, по иронии судьбы, в то же самое, куда двумя неделями ранее забирали дольщиков за пикеты с объявлением голодовки во время Экономического форума), и нам пришлось провести два дня там, до того как суд не оштрафовал меня, якобы за участие в митинге.

Я отношусь к подобным акциям двойственно – с одной стороны видно, что многие участники – это школьники, которые пришли выпустить энергию, и по большому счёту ещё не понимают, чего требовать от власти. А с другой стороны, подобные акции необходимы для массового формирования альтернативного мнения.

Что касается митингов дольщиков ГК «Город» – то это совершенно другой тип митингов. Все их массовые митинги санкционированы, и проходят они на отшибах Петербурга, рядом со стройкой. Поэтому общественность даже толком не знает о существовании этих митингов. При этом все претензии дольщиков «Города» к власти сформированы и нажиты горьким опытом.

– Наверняка обычный зритель не знает имён режиссёров-документалистов. Можешь назвать несколько имен, с которых стоит начать знакомство с авторской российской документалистикой?

– Сложно говорить на тему лучших режиссёров-документалистов, поскольку сегодня много документальных фильмов. Я видел много талантливых работ молодых режиссёров на фестивалях и показах, поэтому мне сложно дать однозначный ответ о лучших, поскольку я понимаю, что есть десятки документальных фильмов, которые я не успел посмотреть. Если же говорить о «патриархах» – то это, конечно же, Манский, Косаковский, Рудницкая (её новый фильм показывали на «Послании к человеку» – очень красивая и поэтичная лента, которую отчасти можно причислить к остросоциальным), Герц Франк (но это уже классика).

– Согласен ли ты с утверждением, что российское кино в жопе?

– Не согласен с этим утверждением. В жопе разве что российское мейнстримовое кино, ну вон то, что из списка Бэдкомедиана – все эти бесконечные комедии с камедиклабовскими ребятами, жалкие русские ужастики и фантастика. Что касается артхауса или условного андерграунда – то ситуация здесь гораздо лучше. Очень много разных, реально талантливых постановщиков – тот же Хлебников, Звягинцев, Сигарев, Каримов, не «сериальный» Быков. Да чего уж, даже энтузиасты типа Гончукова показывают, что российское кино есть и, нередко, это кино интересно.

Просто обычный зритель всё время ждет «нашего ответа Голливуду», а его не надо ждать, это глупо. Это совершенно разные миры, и в экономическом, и даже в творческом смысле. А все наши попытки сделать подобное почти на 100 процентов обречены на неуспех, поскольку у нас практически не развита культура жанрового кино.

– Согласен ли ты с утверждением: «В России не смотрят авторское документальное кино, потому что нашего зрителя нет вкуса»? Если нет, то с чем ты связываешь отсутствие сеансов таких фильмов в кинотеатрах?

– Мне кажется, что документальное кино изначально довольно нишевая вещь, тем более если речь идёт о каких-то сложных кинонаблюдениях. Опять же, из-за того, что у зрителя не сформирована культура просмотра такого документального кино. Все документалки, что людям навязал телевизор – это говорящие головы, передачи, ток-шоу, в лучшем случае байопики а-ля ЖЗЛ к какой-то дате, в худшем пропагандистские и милитаристские передачи.

А в Интернете людей подсадили на формат шоу и блога. Весь спрос на документалистику вполне закономерен. Люди сами выбирают контент. Кому и правда интересна тру-докуменалистика с кинонаблюдениями, тот её посмотрит, кому нет – посмотрит Дудя. И нельзя сказать, что у зрителя нет вкуса, если он не смотрит авторский док. Каждый смотрит то, что хочет. У всех вкусы разные. Нельзя же заставлять смотреть условного Герца Франка, если человеку это не близко. Возможно, когда-нибудь человек сам дойдет до такого момента и посмотрит его, и только тогда фильм откроется ему как искусство.

– Представим гипотетическую ситуацию. Тебе дают 10 миллионов долларов на один любой твой кинозамысел. Что бы ты снял за эти деньги?

– Я бы снял игровой фильм. Истерн, но реалистический, без супергеройства. Про столкновение идеологий и, как следствие, людей. Сюжет времён Гражданской войны. При этом фильм не был бы эпиком а-ля Михалков, это была бы более камерная история о людях, и происходила на Урале, а не в Петербурге или Москве. В такой форме мне было бы интересно проводить аллюзии на наше время. Фильм был бы скорее такой метафорой нашего времени.

– После «Противостояние» лично у меня остался очень горький осадок, из-за того, что я ещё раз убедился в несправедливости жизни. Ты снимал фильм три года и наблюдал за этой историей очень долго. Что двигало тобой? Ведь ты наверняка понимал, что этот фильм никогда не принесёт тебе миллионы. Было ли это, чувство справедливости?

– К сожалению, дольщикам ГК «Город», как и многим другим дольщикам в России, реально не повезло. Многие в стране знают о неких проблемах дольщиков, но мало кто понимает, что это значит – быть дольщиком в России. Хочу заметить, что Россия – это единственная страна в мире, где эта проблема стоит так остро. Поэтому изначально мне хотелось снять фильм об этой чисто национальной проблеме, о природе этой проблемы, и как люди, несмотря ни на что, борются за свои права.

– Над каким фильмом ты сейчас работаешь?

Сейчас я работаю над новым музыкальным фильмом, попутно вписываясь во всякие движухи молодых киношников в качестве оператора. Плюс идут переговоры о съёмках 26-минутной документалки для одной питерской студии.

– Какой временной период российской киноистории тебе больше всего интересен? Фильмы какого периода тебе нравятся меньше всего?

– Я люблю отечественное кино самых разных периодов. Из самых ярких впечатлений назову, пожалуй, нелюбимое многими «перестроечное кино», ведь именно оно пропитано особой энергетикой эксперимента и свободы, попыткой создать национальное жанровое кино. К сожалению, этот период весьма недооценен и оказался достаточно коротким. Конечно, для многих портит впечатление плохое качество пленки, скудость бюджетов, но тем не менее огромное количество фильмов, которые мне интересны, сняты именно в тот период.

Я, наверное, как и многие, не люблю тот период в русском кино, когда началась волна вышеупомянутого мейнстримового барахла. И, по-моему, меньше его не становится. Это как какой-то вирус.

Поделиться