«Проект „НОСУХА“ – это способ освободиться от кошмарных жизненных обстоятельств»

Мария Любичева

Мария Люби­чева — бессмен­ный участ­ник группы «Барто», люби­мица вели­кого и ужас­ного музы­каль­ного критика Арте­мия Троиц­кого, а также поэт, худож­ник и главарь лейбла BBT. Месяц назад у Маши вышел дебют­ный релиз её нового лого­цен­трич­ного музы­каль­ного проекта «НОСУХА». Корре­спон­дент VATNIKSTAN и созда­тель паблика ХРУЩЁВКА Иван Борт­ни­ков пооб­щался с Марией и её друзьями перед отъез­дом «Барто» на концерты в Таллин и Сток­гольм.


— Расскажи, как мы прове­дем с тобой это интер­вью?

Маша:

— Я решила отве­тить с друзьями на вопросы интер­вью. Мне кажется, так инте­рес­нее и даже как-то правиль­нее, взгляд со стороны, такая психо­те­ра­пия свое­об­раз­ная.

Парал­лельно мы делаем кавер на Летова, для внут­рен­него поль­зо­ва­ния, и боремся в связи с этим с програм­мой для созда­ния музыки «reaper».

— Чем обуслов­лено твоё жела­ние заняться соль­ным твор­че­ством и чем, на твой личный взгляд, отли­ча­ется прин­цип созда­ния треков для «НОСУХИ» и «Барто»?

Друзья:

— Это экспе­ри­мент!

— Это музыка не такая агрес­сив­ная, хотя в песне «Водка», как в «Барто» – настро­е­ние, она такая же прово­ци­ру­ю­щая, она застав­ляет следо­вать словам.

— Напиться, то есть?

— Поехали кататься на машине!

Слушаем песню «Водка.лав», чтобы осве­жить в памяти у устав­ших выпи­ва­ю­щих друзей.

Маша:

— В какой-то момент, когда со мной случи­лись разные аварии в прошлом году, я стала писать тексты. Их выли­лось из меня буквально сразу много. Просто тема­тика этих текстов как-то так меня плотно и надолго окру­жила, что стало довольно страшно, захо­те­лось срочно выбраться. Этот проект – это способ осво­бо­диться от кошмар­ных жизнен­ных обсто­я­тельств и от своей собствен­ной темной стороны.

А с другой стороны, я посмот­рела вокруг и отме­тила, что женской музыки, описы­ва­ю­щей мою реаль­ность или похо­жую на мою, особо нет, а реаль­ность есть, ну или я такой музыки не знаю (так с «Барто», кстати, было в момент созда­ния, мы просто не слышали вокруг музыки, кото­рая описы­вала бы наши пере­жи­ва­ния).

Всё, что я слышу – это сопли про мужи­ков и как без един­ствен­ного трудно, и глубина пере­жи­ва­ний и трагизма зашка­ли­вает, или россказни, какая геро­иня крутая баба по тем-то или иным причи­нам, чаще смеш­ным. А рефлек­сия – это мужская терри­то­рия будто бы. По факту разницы нет, и я пыта­юсь в проекте гово­рить честно о женских ощуще­ниях, о старе­нии, об изме­нах, о преда­тель­стве, не о роман­ти­че­ском одино­че­стве и хвастов­стве своим парнем.

Отли­чие от «Барто» в том, что тут я не только автор музыки, но и тексто­вик, и это тяжело, это как ходить сверх­го­лой. Не просто без одежды, а без кожи. Кстати, высту­пить без одежды, а в одном боди-арте мне уже удалось на днях, офиген­ный опыт, надо сказать.


— Ранее ты анон­си­ро­вала проект под назва­нием «Coati». Гугл-пере­вод­чик расска­зал мне, что «Coati» и «НОСУХА» – это одно и то же. Почему ты решила в итоге взять русско­языч­ное назва­ние?

Друзья:

— Скажи: я посо­ве­то­ва­лась со своим другом и спро­сила друзей, что лучше звучит «Носуха» или «Коати», все выбрали «Носуху».

Маша:

— Согласна. Потому что «коати» – это больше про нежную безза­бот­ную танце­валь­ную музыку. А после окон­ча­тель­ного пони­ма­ния, как будет звучать альбом, поняла, что «ну какая я коати, я – носуха».

Зверёк, в честь кото­рого назван проект, пригля­нулся мне ещё во время путе­ше­ствия в Мексику. Что-то типа енота, только рыжий и с длин­ным носом, суёт его везде, бегает, особо людей не боится. Я тоже люблю нос свой везде сунуть, в душу окру­жа­ю­щим особенно, посмот­реть, как всё утро­ено, разо­брать на винтики и вста­вить в песню.

Вот так выгля­дит носуха

— В твоей лирике очень много сатиры, направ­лен­ной на пове­ден­че­ские архе­типы жителя боль­шого города. Откуда такая тяга к высме­и­ва­нию реаль­но­сти? И чей юмор и слог из поэтов, писа­те­лей или испол­ни­те­лей лично тебе близок?

Друзья:

— Какое унылое интер­вью, ты можешь отве­чать весе­лее?

— Жить в мега­по­лисе, невы­но­симо не смеясь над тем, как всё тупо вокруг, а про поэтов не могу сказать, сложно за тебя отве­тить.

Маша:

— Вообще к поэзии очень прохладно отно­шусь, как и к театру, а кроме музыки, очень люблю прозу и кино, поэтому можно было бы отве­тить, что ника­кие поэты мне не близки, но это полная ерунда. Конечно, на меня влияют и совре­мен­ные авторы, и худож­ники прошлого.

Саша Соко­лов, Толстой, Досто­ев­ский, Пушкин. Из совре­мен­ных Андрей Машнин и Денис Третья­ков – мое всё, Наташа Рома­нова, Алек­сей Отрад­нов и Женя Овце­босх (авторы текстов «Барто»), а ещё, как ни странно, Пастер­нак и Хода­се­вич послед­нее время. Но я отдаю себе отчет в том, что я совер­шенно не поэт, но возможно, смогу им стать.

А насчёт высме­и­ва­ния реаль­но­сти: это скорее путе­вые заметки, а не сарказм с иронией, кото­рых в моей жизни предо­ста­точно, просто реаль­ность сама по себе иронична, можно смот­реть и пере­ска­зы­вать.

Друзья:

— Ты заме­ча­ешь вокруг важные мелочи.

Маша:

— Ну возможно, подме­чаю детали.

Недав­ний снимок Марии Люби­че­вой

— 9 сентября в клубе Saint у тебя был концерт в рамках презен­та­ция нового номера альма­наха «Moloko plus» «Рево­лю­ция». Расскажи, какую программу ты играла, ведь у «НОСУХИ» пока всего четыре трека в сети, был ли неиз­дан­ный мате­риал?

Друзья:

— Не, ну тут мы ничего отве­тить не можем, сама давай.

Маша:

— Высту­пала с двумя проек­тами, это «Тёмное женское», где поэтесса Ира Волын­ская читает свои тексты, а я накру­чи­ваю всякие эффекты на свои музы­каль­ные скетчи, и да, презен­то­вала «Носуху», доба­вив ещё пару треков для разно­об­ра­зия. Мне сейчас инте­ресно в какие-то дикие вещи вписы­ваться, спеть про поеда­ние любов­ницы на Невском или про то, что нарко­тики – это плохо в сквере Довла­това (хотя я так и пою, что это плохо). Высту­пить в чём мать родила перед толпой таких же ненор­маль­ных в темноте и боди-арте.

— Ты часто рабо­та­ешь в жанре «spoken word». «НОСУХА» в этом плане заме­ча­тель­ный пример акту­аль­ных текстов, поло­жен­ных на экспе­ри­мен­таль­ную элек­трон­ную музыку. Не хотела бы ты пойти по стопам неко­то­рых музы­кан­тов (Лёха Нико­нов, Максим Тесли) и издать книгу своих стихов?

Друзья:

— А зачем изда­вать книгу?

Маша:

— Издать как след оста­вить, поды­то­жить, музы­канты запи­сы­вают альбом, поэты печа­тают сбор­ники стихов. Но для меня это скорее нет. Научусь писать, может тогда, к тому же у меня реально текстов 15, я вообще нико­гда не пони­мала людей, напи­сав­ших пару текстов и давай себя везде печа­тать. Но это не насчёт Нико­нова и Тесли заме­ча­ние, конечно, эти пожили, делятся опытом.

— На твоей стене в ВК я прочи­тал, что одна из твоих люби­мых песен это Massive Attack – «Blue Lines». Влия­ние саунда Massive Attack заметно в неко­то­рых треках «Барто». Но на что ты ориен­ти­ро­ва­лась при созда­нии звука в «НОСУХЕ»?

Звонок друга:

— На «Парад планет» скажи, что за вопросы.

Маша:

— Massive Attack «Blue Lines» – это про весь альбом, он шикар­ный и знако­вый для совре­мен­ной элек­тро­ники. Люблю группу с сере­дины 1990-х и до сих пор очень сильно. Но в «Носухе», как и в «Барто» в своё время, ориен­ти­ро­ва­лась я вовсе не на Massive Attack, а чтобы было мясно и колбасно, только в другом темпе и это такое злое мясо.

Знаете, этот еб_й [стран­ный] кули­нар­ный тренд про то, что хоро­ший кури­ный бульон сварен из счаст­ли­вой курицы, кото­рая не боялась умереть. Так вот, моей курице было п_ц [очень] как страшно. Плюс я еще замед­ли­лась на 20–30 bpm в этом альбоме, да и вообще в жизни, так как темп окру­жа­ю­щей меня музыки тоже сильно замед­лился и теперь мне нужно как-то суще­ство­вать с этим новым ощуще­нием нето­роп­ли­вого, но кача­ю­щего движе­ния.

Но Massive Attack влияет на меня до сих пор, чего уж скры­вать.

Группа «Барто»

— Лейбл BBT, кото­рый суще­ствует уже почти четыре года, выпу­стил уже 58 рели­зов! Могла бы ты назвать тройку люби­мых? И какие релизы стоит ожидать на лейбле в ближай­шее время?

(Входит SWAG FAG, артист с лейбла BBT)

Маша:

— А вот и SWAG FAG подтя­нулся, пусть за меня и отве­чает.

SWAG FAG:

— Ох_ый [офиги­тель­ный] послед­ний сбор­ник, лучший сбор­ник русской музыки на сего­дняш­ний день!

Маша:

— Да я так и считаю, что лучший релиз – это сбор­ник, состав­лял Овце­босх, он у нас по худо­же­ствен­ной части, прекрас­ный вкус у него. Мне ещё нравятся: «тема креста», (the)DEAD ELVIS и BEES AND COBRAS, но сбор­ник пипец крутой.

— Кроме кури­ро­ва­ния лейбла и своих музы­каль­ных проек­тов, ты выкла­ды­ва­ешь свою живо­пись. Когда ждать выставку?

Маша:

— Кроме кури­ро­ва­ния меня выпи­ва­ние инте­ре­сует, но сейчас уже меньше.

Не нари­со­вала ещё на отдель­ную выставку, плюс бабки всё время нужны на жизнь, музыку, расход­ники, так что я эти картины сразу продаю в основ­ном (штук пять из 50 всего не продала, может). Есть задача выпу­стить полно­цен­ный альбом «Носухи», потом засяду за рисо­ва­ние, хотя парал­лельно что-то рисую и сейчас. Но я моло­дой худож­ник, пока только ищу свой стиль.

— Вот текст из твоего недав­него поста:

«Я готова, а ты готов? – это вторая самая частая фраза, кото­рую я слышу в своей жизни, песне больше 8 лет, но мне её обяза­тельно цити­руют с разными приба­ут­ками, но основ­ном в духе, что мол песня, да, хоро­шая. Да, хоро­шая.

Но эта печать на нас навсе­гда – шлейф поли­ти­че­ской группы, чтобы мы не делали, не гово­рили. А потом и силь­ней­шее разо­ча­ро­ва­ние в протестном движе­нии…»

Можно ли сказать, что «Барто» навсе­гда дистан­ци­ро­ва­лись от поли­ти­че­ских акций? И почему к вам пришло это разо­ча­ро­ва­ние?

Все хором:

— Можно!

SWAG FAG:

— В послед­нем альбоме у группы очень много поли­тики.

Маша:

— Где?

SWAG FAG:

— Напри­мер, первая песня.

Маша:

— Можно сказать, да, моло­дым везде у нас дорога. Пусть теперь они не дистан­ци­ру­ются. Но я сама, как субъ­ект, прини­маю участие в поли­ти­че­ской жизни страны и обще­ства. Ну как можно не прини­мать, хотя непо­нятно, как быть рядом с совре­мен­ной оппо­зи­цией, такое впечат­ле­ние, что примы­кать к ней можно только потому что ты против суще­ству­ю­щей власти, а не ради конкрет­ных задач, борьбы за свободу СМИ, слова, напри­мер. У нас же в стране вообще свобод­ной прессы прак­ти­че­ски нет, как только появ­ля­ется что-то некон­тро­ли­ру­е­мое и на что трудно давить, это прямо напал­мом выжи­гают (после­дите за альма­на­хом moloko+, такое впечат­ле­ние, что там не журна­ли­сты, а ИГИЛ рабо­тает).

Но что каса­ется оппо­зи­ции, то объеди­ня­ю­щей цели и программы как не было, так и нет, как и 10 лет назад, чему ж тут сочув­ство­вать можно, непо­нятно. Прин­цип работы «вода камень точит», «давайте просто выйдем постоим в знак проте­ста» меня устра­и­вать пере­стал со време­нем, по-моему, он не рабо­тает ни фига. Но другие вольны посту­пать, как считают нужным, и глав­ное, по сове­сти.

Группа «Барто»

— Не могу не спро­сить о произо­шед­шем год назад, когда на вас с Евге­нием напал некий Чижи­ков и сломал тебе руку, об этом писали «Ридус» и «The Village», а спустя несколько недель тебя сбила машина. Сильно ли эти случаи повли­яли на твою твор­че­скую актив­ность? Как сейчас твоё здоро­вье? И понёс ли нака­за­ние Чижи­ков?

Маша:

— Это серьёз­ные эпизоды в моей жизни и за ними потя­ну­лись страш­ные цепочки собы­тий, вспо­ми­нать кото­рые особо не хочется, а резуль­та­том стал проект «Носуха», напри­мер.

Чижи­ков нака­за­ние понёс, не в мою, правда, пользу, но напа­де­ние на меня и друзей уско­рило завер­ше­ние его конфликта с жите­лями дома, где он мошен­ни­че­ским обра­зом пред­став­лялся пред­се­да­те­лем ТСЖ и брал с жите­лей неза­конно деньги и терро­ри­зи­ро­вал их лет пять до этого случая. Жители выиг­рали у него несколько милли­о­нов, насколько я знаю, так как на ситу­а­цию со мной и его безна­ка­зан­но­стью обра­тили внима­ние круп­ные СМИ. Вполне можно сказать, что это победа, на меня он напал напрасно, вселен­ная ему отве­тила, а он отве­тил по закону.

Я же потом загре­мела в боль­ницу и не раз до Нового года и факти­че­ски от всего опра­виться смогла чуть лишь по весне этого года. Боль­шое спасибо моим друзья и близ­ким, кото­рые мне помогли и меня поддер­жали.

— Как ты дума­ешь когда-нибудь в России насту­пит «свет­лое завтра»?

Друзья:

— Конечно, после­зав­тра!

Маша:

— Присо­еди­ня­юсь.


Ближай­шее выступ­ле­ние «Носухи» – 12 октября в Санкт-Петер­бурге в клубе «Цоколь».

Поделиться