«Петербургский рок тихо-мирно умер где-то в 2000 году»

Паблик «Уезд­ный город N» любим среди поклон­ни­ков русского рока. Созда­тель паблика Андрей Юрков соби­рает мате­ри­алы по исто­рии леген­дар­ных ленин­град­ских рок-групп. Андрей за 15 лет собрал внуши­тель­ную библио­теку книг о русском роке. Неко­то­рые изда­ния можно будет приоб­ре­сти на вече­ринке VATNIKSTAN в Санкт-Петер­бурге 14 июня. Перед меро­при­я­тием VATNIKSTAN обсу­дил с Андреем Юрко­вым концеп­цию паблика, неза­слу­женно забы­тые группы из 1980-х и совре­мен­ное состо­я­ние петер­бург­ского рока.


— Расскажи, как ты создал паблик «Уезд­ный город N». Какая у паблика концеп­ция?

— Шесть лет назад, когда «Вкон­такте» уже очевидно пере­жил свой роман­ти­че­ский период, я сделал группу, изна­чально рассчи­тан­ную на ауди­то­рию «в теме». На людей, кото­рые несколько дальше, чем «Цой — жив», и несо­мненно тоньше, чем эфир­ная сетка «Нашего Радио». Это эстет­ский, сноб­ский, местами стёб­ный паблик, кото­рый стал полем для моего прак­ти­че­ски науч­ного иссле­до­ва­ния стран­ной отече­ствен­ной, преиму­ще­ственно гитар­ной музыки 80–90-х годов. К тому моменту я уже пере­ло­па­тил прак­ти­че­ски все доступ­ные мне книж­ные источ­ники и даже какое-то время само­на­де­янно считал себя экспер­том в этой обла­сти.

Правда, год-полтора поде­лав группу в формате «несколько постов в день» каждый день, убедился, что ни черта, по сути, я не знаю. Прак­ти­че­ски сразу я стал брать интер­вью для группы у людей, возможно, не так широко извест­ных, но крайне важных для всей этой исто­рии под услов­ным назва­нием «русский рок». И многие согла­си­лись. Неко­то­рые даже отнес­лись с пони­ма­нием. Напри­мер, бара­бан­щик «Зоопарка» Вале­рий Кирил­лов меня пригла­сил к себе домой на интер­вью, когда в группе состо­яло восемь чело­век! Мне много инте­рес­ней­ших знакомств принесло это время, так что концеп­ция одна: я занялся своим обра­зо­ва­нием в этой обла­сти и сделал это публично, навер­ное, чтобы в какой-то момент не бросить сгоряча.

Лого паблика

— Как ты дума­ешь, почему исто­рия русского рока связана, в первую очередь, с Ленин­гра­дом? Чем это обуслов­лено?

— Я, чест­ное слово, не знаю. Ну то есть я тебе могу как эксперт наме­тить пунк­тирно причинно-след­ствен­ную связь, но это формаль­ная сторона вопроса. Я сам не пони­маю до сих пор, как я здесь 10 лет назад оказался. Думаю, тут на самом деле такая некая пато­ген­ная зона — проте­кают не вполне нормаль­ные для обыва­теля явле­ния, процессы и полным-полно крайне стран­ных людей. Тут что угодно может произойти. Даже рево­лю­ция. Даже рок-н-ролль­ная.

— Кого из числа ленин­град­ских групп 1980-х ты счита­ешь неза­слу­женно забы­тыми?

— Хоро­ший вопрос. Глав­ное, опре­де­литься с поня­тием «неза­слу­женно». Людей, не в полной мере реали­зо­вав­ших свои амби­ции и свой талант хватает в любой обла­сти. Я знаю, так или иначе, исто­рию прак­ти­че­ски всех прилич­ных отече­ствен­ных рок-групп. Неко­то­рых даже с подроб­но­стями, не извест­ными самим их участ­ни­кам.

Удиви­тель­ное было время! Из тех, кто хотел просла­виться и рабо­тал на это — прак­ти­че­ски все выплыли. Я это всё говорю потому, что сам не раз зада­вал самым различ­ным людям этот вопрос: кого же мы обде­лили внима­нием, кто не смог в полной мере? И у меня букет отве­тов, но это тема в прин­ципе для отдель­ного интер­вью.

Лично мне досадно, что, вот к примеру, прекрас­ная, до зубов профес­си­о­наль­ная группа «Тамбу­рин» даёт в год, дай Бог, один-два концерта в малень­ком Театре Дождей, рассчи­тан­ном чело­век на 50, а группа «Обер­ма­не­кен» уже лет пять не играет в Питере в прин­ципе…


— А какие бы ты реко­мен­до­вал фильмы и книги для того, чтобы ощутить атмо­сферу ленин­град­ского рока 1980-х годов?

— Для того, чтобы ощутить атмо­сферу, книги не помо­гут, ну или могут помочь тем, кто хоть как-то пред­став­ляет «как оно тогда было». Внятно. Не по клипу «Моне­точки» про 90-е годы.

Кино, конечно, на этом поле лучше рабо­тает. Есть картины, впря­мую пока­зы­ва­ю­щие тех людей и ту их среду — ясное дело, прежде всего «Йя-Хха» Рашида Нугма­нова и «Рок» Алек­сея Учителя, но я бы поре­ко­мен­до­вал для ощуще­ния атмо­сферы два неоче­вид­ных фильма. Они совсем не про музыку, но очень про время. Это дебют­ная режис­сёр­ская работа Веры Глаго­ле­вой «Сломан­ный свет», там в эпизо­дах фигу­ри­рует, к примеру, Курё­хин и Всево­лод Гаккель, и фильм «Ленин­град. Ноябрь» совет­ско-немец­кого произ­вод­ства.

А к прочте­нию я бы поре­ко­мен­до­вал «Назад в СССР» и «Скелеты в шкафу. Восток алеет» Арте­мия Троиц­кого, книжку Алек­сандра Кушнира о Сергее Курё­хине и Влади­мира Мароч­кина в соав­тор­стве с Андреем Игна­тье­вым «Хроно­скоп русского рока. 1953−2004» — лично я ничего лучше этой книги в этой обла­сти не читал.

— Как ты счита­ешь, коррект­нее назы­вать рок-музыку 1980-х русским или совет­ским роком?

— Коррект­нее «совет­ским». Ты знаешь, это в прин­ципе вопрос даже не одного интер­вью, а целой жизни. Я мог бы даже вкратце зака­тать телегу по этому поводу, но думаю, у тебя голова забо­лит.

— У твоего паблика ретро-направ­лен­ность. А ты следишь за совре­мен­ным петер­бург­ским роком? На кого стоит обра­тить внима­ние?

— Я не слежу. Трудно следить за тем, чего нет, если ты, конечно, не прапор­щик из фильма «ДМБ». Я бы даже сказал так: непро­сто следить за тем, что есть, когда это такое, что лучше бы этого и не было… Рок-н-ролл на самом деле умер. Ты пойми, я не некро­фил и не дрочу на те ушед­шие времена. Просто сейчас неин­те­ресно на самом деле талант­ли­вым людям в это впря­гаться. Есть инте­рес­ные группы, я уверен, но я, навер­ное, стар и ничего не пони­маю.

У нас есть боль­шой фести­валь с исто­рией, «Окна открой» назы­ва­ется. Каждый год прохо­дит, уважа­е­мые люди в жюри какие-то отбо­роч­ные смот­рины прово­дят, но у меня лично от этих групп такой рвот­ный рефлекс. Вот у Гречки хоро­ший второй альбом. На самом деле жизне­спо­соб­ный. Я два раза прослу­шал. Больше мне и не нужно.

Я всем этим спичем хотел сказать, что нет уже ника­кого петер­бург­ского рока. Он тихо-мирно умер где-то в 2000 году как движе­ние. Пришли другие времена, и ему нет ника­кого смысла суще­ство­вать вопреки им.

Андрей Юрков и Вася Васин из группы «Кирпичи»

— Ты водишь экскур­сии по важней­шим местам Санкт-Петер­бургу для рок-куль­туры. Расскажи про два-три места, где ты быва­ешь с экскур­сией.

— Экскур­сии — это больше возмож­ность потре­паться лично со мной о том о сём и при жела­нии много всего инте­рес­ного узнать, чего ни в каких книж­ках ещё лет 30 никто писать не станет, пока мы идём от Пушкин­ской, 10 к клубу «Грибо­едов».

Конкретно в Питере есть два обще­до­ступ­ных реально суще­ству­ю­щих места — это клуб-музей «Камчатка» на Петро­град­ской стороне и Музей русского рока в Арт-центре «Пушкин­ская, 10», кото­рый на самом деле на Лигов­ском, 53 прямо напро­тив Москов­ского вокзала. Ну ещё клуб Олега Гаркуши вот открылся, а всё осталь­ное — это стены и байки. В центре вокруг Невского проспекта можно за три часа обойти эти 5–6 мест. Иногда я рабо­таю на боль­ших авто­бус­ных экскур­сиях — там поин­те­рес­нее, но по сути одно и тоже. Экскур­сии такого плана — это не места, это настро­е­ние, кото­рое создаёт экскур­со­вод.

— Какие книжки ты будешь прода­вать на вече­ринке VATNIKSTAN?

— Я лет за 15 собрал внуши­тель­ную библио­теку. Думаю, нет в прин­ципе такой книги о русском роке, кото­рую я бы не прочёл. Правда, уже прак­ти­че­ски все рари­теты распро­дал. Будет несколько инте­рес­ных изда­ний, кото­рые выхо­дили неболь­шим тира­жом — книга о группе «Центр», напри­мер, или тексты БГ 1996 года. У меня имеет смысл купить книжку с авто­гра­фом автора. Это уже арте­факт, это память и почёт­ное место на книж­ной полке. Ну, разу­ме­ется, если оно вам надо.



Вече­ринка и книж­ная ярмарка VATNIKSTAN прой­дут 14 июня в петер­бург­ском клубе Down Town. Подроб­но­сти читайте в отдель­ной ново­сти на сайте.

Поделиться