2018-й: год столетних юбилеев

В 2018 году многие из нас хотя бы раз услы­шали по теле­ви­де­нию или прочли в интер­нете стан­дарт­ную фразу: «В этот день 100 лет назад в России…» Этот год был богат на юбилеи, но видеть в них простую череду кален­дар­ных совпа­де­ний будет неверно: те, кто форми­руют ново­сти, осознанно выби­рают для осве­ще­ния опре­де­лён­ные исто­ри­че­ские собы­тия. Учёные даже назы­вают это «исто­ри­че­ской поли­ти­кой», когда в усло­виях конку­рен­ции мнений обще­ственно-поли­ти­че­ские силы через медиа продви­гают свою точку зрения на исто­рию. Какие собы­тия столет­ней давно­сти оказа­лись наибо­лее важными и замет­ными, а какие прошли мимо нашего внима­ния, читайте в нашем мате­ри­але.


Век назад на терри­то­рии России разво­ра­чи­ва­лись собы­тия Граж­дан­ской войны. Кратко офици­аль­ное отно­ше­ние совре­мен­ных властей к этому собы­тию можно описать в виде формулы: «траге­дия, после кото­рой необ­хо­димо прими­ре­ние». Жела­ние «прими­рить крас­ных и белых» было заметно ещё в сере­дине 1990-х годов, когда 7 ноября назвали «Днём согла­сия и прими­ре­ния». Прези­дент­ский указ 1996 года давал простую, но ёмкую моти­ва­цию: это было сделано, чтобы «не допус­кать проти­во­сто­я­ния, в целях едине­ния и консо­ли­да­ции россий­ского обще­ства».

Акцент на прими­ре­нии озву­чи­ва­ется до сих пор. Ещё в прошлом году активно обсуж­да­лась идея откры­тия «Памят­ника Прими­ре­ния» в Крыму, кото­рый должен был стать самым масштаб­ным проек­том Россий­ского военно-исто­ри­че­ского обще­ства, возглав­ля­е­мого мини­стром куль­туры Влади­ми­ром Медин­ским. Другое назва­ние памят­ника — «Един­ство России». Проект в итоге был приоста­нов­лен, как пере­да­вала «Россий­ская газета», «из-за разно­гла­сий потом­ков „крас­ных“ — совре­мен­ных комму­ни­стов, и „белых“ — потом­ков белой эмигра­ции. Они ведут между собой непро­стой диалог при посред­ни­че­стве РВИО», — сооб­ща­лось в феврале этого года.

Из офици­аль­ных мате­ри­а­лов откры­того конкурса на лучшую концеп­цию памят­ника

В музей­ной сфере — важной плат­форме для прове­де­ния поли­тики памяти — можно заме­тить реали­за­цию той же формулы. Скажем, откры­тая в декабре в Выста­воч­ном зале феде­раль­ных архи­вов в Москве исто­рико-доку­мен­таль­ная выставка «И пошёл брат на брата…» рассмат­ри­вает Граж­дан­скую войну как «траге­дию наци­о­наль­ного масштаба». Кура­тор выставки Лидия Патру­шева акку­ратно заняла центра­лист­скую пози­цию:

«Дезер­тир­ство носило массо­вый харак­тер: много было у крас­ных и много у белых. Срав­ни­вать можно только в процент­ном соот­но­ше­нии. Примерно одина­ково».

Фото­гра­фия с выставки «И пошёл брат на брата…» (Алек­сандр Корольков/РГ)

В то же время внеш­нее, формаль­ное урав­ни­ва­ние сторон конфликта в Граж­дан­ской войне нередко может служить ширмой для мани­пу­ля­ции исто­ри­че­скими фактами. Об этом гово­рит выставка «Три цвета правды» Музей совре­мен­ной исто­рии России в Москве (рабо­тала с мая по сентябрь 2018 года), где, кроме двух цветов «крас­ных» и «белых», рассмот­рены ещё и «зелё­ные». Влади­мир Медин­ский, кото­рый не просто откры­вал выставку, но и был, по сведе­ниям ТАСС, авто­ром идеи экспо­зи­ции, подчёр­ки­вал:

«В этой войне не было на сто процен­тов правых и на сто процен­тов вино­ва­тых, каждый защи­щал свою Россию, какой он её видел, какой он её пред­став­лял, защи­щал то буду­щее, в кото­рое верил».

Посе­ти­тели, однако, отме­чали, что в самом простран­стве выставки эмоци­о­наль­ные акценты были явно смещены в пользу «белых»: этому способ­ство­вали выбо­роч­ное исполь­зо­ва­ние исто­ри­че­ских фактов, осве­ще­ние, музы­каль­ное сопро­вож­де­ние и так далее.

В целом геро­иза­ция и роман­ти­за­ция белого движе­ния продол­жает наби­рать обороты, и глав­ной фигу­рой здесь по-преж­нему оста­ётся Алек­сандр Колчак. Удиви­тельно наблю­дать синхрон­ное исполь­зо­ва­ние фигуры Колчака на облож­ках декабрь­ских номе­ров консер­ва­тив­ного «Исто­рика» и либе­раль­ного «Диле­танта», явно приуро­чен­ных к столе­тию его госу­дар­ствен­ного пере­во­рота в Омске. При этом «Исто­рик» ещё пыта­ется анали­зи­ро­вать озву­чен­ную им на обложке возмож­ность «белой альтер­на­тивы», взве­ши­вая «за» и «против», в то время как «Диле­тант» прямо­ли­нейно эксплу­а­ти­рует краси­вый медий­ный образ Колчака в испол­не­нии Констан­тина Хабен­ского.

Обложки декабрь­ских номе­ров журна­лов «Исто­рик» и «Диле­тант»

Неко­то­рые обще­ствен­ные силы, судя по всему, ориен­ти­ру­ясь на исто­рию с мемо­ри­аль­ной доской Колчаку в Санкт-Петер­бурге (она была демон­ти­ро­вана в июле 2017 года), решили подверг­нуть сомне­нию право­моч­ность нахож­де­ния памят­ника Колчаку в Иркут­ске. В мест­ный суд посту­пил коллек­тив­ный иск от группы граж­дан с требо­ва­нием сноса памят­ника, кото­рый был моти­ви­ро­ван тем, что Колчак явля­ется «нере­а­би­ли­ти­ро­ван­ным воен­ным преступ­ни­ком». В июне суд оста­вил этот иск без удовле­тво­ре­ния. Харак­терно, что при осве­ще­нии этой исто­рии в медиа вновь всплы­вал тезис о необ­хо­ди­мо­сти «прими­ре­ния крас­ных и белых». О том, насколько этому прими­ре­нию способ­ствует огром­ный памят­ник «верхов­ному прави­телю России», каждый может судить само­сто­я­тельно.

Увеко­ве­чи­ва­ние памяти «белой» стороны Граж­дан­ской войны — не новая тенден­ция. В ряде случаев она может выхо­дить и на между­на­род­ный уровень. Под конец 2018 года разра­зился неболь­шой дипло­ма­ти­че­ский скан­дал. Мини­стер­ство иностран­ных дел России выра­зило недо­воль­ство уста­нов­кой таблички на памят­нике маршалу Ивану Коневу в Праге, где гово­ри­лось, что Конев «коман­до­вал крова­вым подав­ле­нием Венгер­ского восста­ния» и руко­во­дил разве­ды­ва­тель­ной рабо­той перед втор­же­нием войск в Чехо­сло­ва­кию в 1968 году. Россия в итоге пере­несла засе­да­ние межпра­ви­тель­ствен­ной комис­сии, кото­рое должно было обсуж­дать реали­за­цию проекта по уста­новке памят­ни­ков леги­о­не­рам Чехо­сло­вац­кого корпуса. Это вызвало резкую реак­цию сотруд­ника мини­стер­ства обороны Чехии Павла Фили­пека, давшего интер­вью под претен­ци­оз­ным заго­лов­ком «России на нас плевать».

Пикет против геро­иза­ции участ­ни­ков Чехо­сло­вац­кого корпуса в Сара­тове. Фото: Юрий Арте­менко, ИА Крас­ная Весна

Стоит отме­тить, что давний проект чешского мини­стер­ства обороны под назва­нием «Легион 100» был объяв­лен ещё в 1999 году: согласно нему, в России пред­по­ла­га­лось уста­но­вить 58 (!) памят­ни­ков леги­о­не­рам. На деле же долгие годы реали­за­ция проекта стал­ки­ва­лась и со слож­ными пере­го­во­рами с мест­ными властями, и с есте­ствен­ным сопро­тив­ле­нием мест­ных обще­ствен­ных объеди­не­ний. Неда­леко от стан­ции Липяги Самар­ской обла­сти, напри­мер, уже есть поста­мент, но самого памят­ника пока нет; зато есть подпись «Нет памят­нику граби­те­лям и убий­цам», кото­рую даже не стали закра­ши­вать во время цере­мо­нии возло­же­ния венков в этом году:

Самым замет­ным собы­тием, привя­зан­ным к хроно­ло­гии Граж­дан­ской войны, стал расстрел царской семьи. Неко­то­рые обще­ствен­ные деятели и журна­ли­сты ожидали каких-то действий или хотя бы коммен­та­риев от первых лиц госу­дар­ства, но они не после­до­вали. По мнению журна­ли­ста Олега Кашина, связано это с тем, что «заве­домо конфликт­ные даты, начи­ная с 7 ноября прошлого года, отме­ча­ются нишево, когда одни празд­нуют, другие скор­бят, и никто никого, в общем, не заме­чает».

Память о кано­ни­зи­ро­ван­ной семье Рома­но­вых была в итоге отдана на откуп Русской право­слав­ной церкви. Центром годов­щины стал XVII Между­на­род­ный фести­валь «Царские дни» в Екате­рин­бурге — в его рамках прошло более 50 куль­тур­ных, обра­зо­ва­тель­ных и музы­каль­ных меро­при­я­тий в тече­ние июня–июля 2018 года. Звучали вполне ожида­е­мые коммен­та­рии от патри­арха Кирилла:

«За этим преступ­ле­нием есть некий пово­рот в исто­ри­че­ской жизни святой Руси, кото­рый завёл народ в тяжё­лый и страш­ный тупик. Что же проис­хо­дило с наро­дом нашим? Страна была усеяна церк­вями, все люди были крещё­ными, почему же это произо­шло, почему спустили курок убийцы?»

Кроме рели­ги­оз­ного подтек­ста, исто­рия послед­них Рома­но­вых пери­о­ди­че­ски препод­но­сится как роман­ти­зи­ро­ван­ная исто­рия семьи. В этом отно­ше­нии выде­ля­ется выставка Госу­дар­ствен­ного исто­ри­че­ского музея в Москве «Нико­лай II. Семья и престол» (откры­лась в ноябре 2018 года), кото­рая рассмат­ри­вает не период прав­ле­ния послед­него импе­ра­тора, а именно его личность и семью через фото­гра­фии и другие доку­мен­таль­ные источ­ники. Теле­ка­нал RT (Russia Today) и вовсе попы­тался экспор­ти­ро­вать «бренд» Рома­но­вых, запу­стив муль­ти­ме­дий­ный крос­сплат­фор­мен­ный проект #Romanovs100, в рамках кото­рого 4 тысячи фото­сним­ков с Рома­но­выми распро­стра­ня­лись через соци­аль­ные сети. Причина подоб­ной роман­ти­за­ции ясна: пред­став­ле­ние о Нико­лая II как «простом чело­веке» и замал­чи­ва­ние его поли­ти­че­ского насле­дия гораздо удоб­нее, чем попытки фаль­си­фи­ка­ции и мани­пу­ля­ции исто­ри­че­скими фактами.

Впро­чем, и культ Колчака, и культ Нико­лая II лишь продол­жали давно продви­га­е­мые ранее тенден­ции и вряд ли заиг­рали новыми крас­ками. А вот столе­тие с окон­ча­ния Первой миро­вой войны, о кото­рой так много гово­рили в 2014 году, как будто вовсе оказа­лось забы­тым. Частично это связано с объек­тив­ной исто­ри­че­ской реаль­но­стью: Россия не имела отно­ше­ния к заклю­че­нию Компьен­ского пере­ми­рия 11 ноября 1918 года и вышла из войны на несколько меся­цев раньше. Тем не менее, инфор­ма­ци­он­ный вакуум вокруг этой темы рази­тельно отли­ча­ется от масштаб­ных и доро­гих меро­при­я­тий четы­рёх­лет­ней давно­сти (напом­ним, что памят­ник на Поклон­ной горе в Москве, откры­тие кото­рого посе­тил прези­дент, стоил 74 милли­она рублей).

Специ­а­ли­зи­ро­ван­ная пресса, однако, отме­ти­лась рядом публи­ка­ций: журналы «Родина» и «Исто­рик» в ноябре вышли с темой номера о Первой миро­вой войне. В «Родине» доктор исто­ри­че­ских наук Борис Миро­нов, продол­жая приво­дить сухую стати­стику роста тех или иных эконо­ми­че­ских пока­за­те­лей в 1910-е годы, прихо­дит к уже извест­ному по его книгам выводу:

«Рево­лю­ция, её орга­ни­за­торы и вдох­но­ви­тели украли у России победу и лишили её лавров и трофеев побе­ди­теля».

Эту неза­мыс­ло­ва­тую поли­ти­че­скую идею, связан­ную с исто­рией Первой миро­вой войны, мы уже слышали довольно часто в прошлом году, в связи со столе­тием рево­лю­ции. Веро­ятно, повто­рять бесчис­лен­ное коли­че­ство раз одну и ту же мысль просто надо­едает, и потому Первая миро­вая оста­лась почти неза­мет­ным инфо­по­во­дом.

Также прак­ти­че­ски пропу­щен­ным в медиа оказа­лось столе­тие ВЛКСМ, хотя огром­ный массив исто­ри­че­ских фактов и мате­ри­а­лов проявил себя в музей­ной среде: москов­ский Музей совре­мен­ной исто­рии, Музей исто­рии Петер­бурга, многие реги­о­наль­ные музеи открыли выставки на тему исто­рии комсо­мола осенью 2018 года. Должно быть, музей­ный фонд, нако­пив­ший значи­тель­ное коли­че­ство экспо­на­тов по этой теме за 70 лет совет­ской исто­рии, сам по себе напра­ши­вался на исполь­зо­ва­ние в выста­воч­ном простран­стве, но это не повли­яло на серьёз­ные попытки осмыс­ле­ния и акту­а­ли­за­ции моло­дёж­ной поли­тики прошлого — таких попы­ток в медиа и поли­ти­че­ском дискурсе заметно не было.

50-летие комсо­мола полвека назад, как нетрудно дога­даться, отли­ча­лось совсем другим масшта­бом празд­нич­ных и симво­ли­че­ских меро­при­я­тий.
На фото — торже­ствен­ное закры­тие капсулы с пись­мами. Ново­рос­сийск, 1968 год. Из нашей подборки к 100-летию комсо­мола.

Столет­ний юбилей, кото­рый дал даже нефор­маль­ное назва­ние всему 2018 году, был связан с датой рожде­ния Алек­сандра Солже­ни­цына — соот­вет­ству­ю­щий указ прези­дента о празд­но­ва­нии столе­тия со дня рожде­ния писа­теля на госу­дар­ствен­ном уровне был подпи­сан ещё в 2014 году. Можно ли сказать, что множе­ство меро­при­я­тий в музеях, библио­те­ках, обра­зо­ва­тель­ных и обще­ствен­ных орга­ни­за­циях было доста­точ­ным для такого празд­но­ва­ния? Кажется, это зави­сит исклю­чи­тельно от точки зрения отве­ча­ю­щих.

«Новая газета», напри­мер, считает, что «Год Солже­ни­цына» прошёл «почти неза­метно, формально: раз был указ, надо отчи­таться, открыть памят­ник, назвать его именем улицы, прове­сти силами партии „Единая Россия“ конкурс школь­ных работ „Как нам обустро­ить Россию“». В то же время откры­тие памят­ника в Москве 11 декабря, в день рожде­ния Солже­ни­цына, посе­тил сам прези­дент, что авто­ма­ти­че­ски привлекло внима­ние всех ключе­вых медиа страны. Так что гово­рить о неза­мет­но­сти этого собы­тия было бы неверно — Солже­ни­цын вполне орга­нично вписы­ва­ется в куль­ти­ви­ру­е­мый консер­ва­тив­ный дискурс.

Следу­ю­щий год объяв­лен — вновь ориен­ти­ру­ясь на столет­нюю дату со дня рожде­ния — «Годом Дани­ила Гранина», совет­ского писа­теля-блокад­ника. Под конец жизни он уверенно писал о том, что партий­ное руко­вод­ство во время блокады Ленин­града пита­лось «ромо­выми бабами». Даже не вдава­ясь в подроб­но­сти этой исто­рии, можно дога­даться, что новый год прине­сёт новые споры о том, правиль­ным ли курсом идёт наша исто­ри­че­ская поли­тика.

Поделиться